Юлия Щетько – После заката (страница 9)
Конфликт нарастал. Мы оба повышали голос, пытаясь доказать что-то друг другу, но это было бессмысленно. Отец отказывался принимать мою точку зрения, я – его. Выхода не было.
– Замолчите оба! – внезапно раздался звонкий голос матери. Она указала на меня пальцем. – Ты идешь в свою комнату. Я принесу тебе обед, – мама повернулась к отцу. – А ты идешь к машине и ждешь меня там.
– Трикси, она… – начал было отец, но мама грубо перебила его.
– Живо! Делайте, что я сказала!
Бросив на меня короткий взгляд, отец скрылся за поворотом, направившись к входной двери. Я не поняла его эмоций. Не смогла ничего прочитать в глазах. Ясно было только одно: этот разговор не окончен, лишь поставлен на паузу.
Не проронив ни слова, я выскользнула из кухни и устремилась вверх по лестнице. Сердце стучало с бешенной скоростью, адреналин кипел в крови. От чувства недосказанности грудь сдавливало так, что легкие были словно зажаты в тиски. Дышать становилось все труднее и труднее. Я не могла понять, чего мне хотелось больше: разрыдаться или выкурить сигарету.
Ворвавшись в комнату, я с грохотом захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, навалившись всем телом. Эмоции зашкаливали. Я была на грани. Не знала, как обуздать этот хаос, как успокоить взбесившееся сознание, хотя прекрасно понимала, что гнев – плохой советчик, что он лишь усугубит ситуацию. Но порой чувства были сильнее меня, и это был именно такой случай.
Не знаю, сколько я так простояла, подпирая дверь, но внезапно в вихрь мыслей ворвался приглушенный стук.
– Джил, я принесла еду, – услышала я тихий, заботливый голос мамы.
Сделав несколько глубоких, рваных вдохов, я оттолкнулась от двери и распахнула ее. Мама стояла на пороге, держа в руках деревянный поднос, на котором едва умещались глубокая тарелка с дымящимся супом, ломтики свежего хлеба, стопка блинчиков и чашка свежесваренного кофе.
– Спасибо, – произнесла я как можно приветливее и попыталась забрать поднос, но мама притянула его ближе к себе, не позволив даже прикоснуться к нему.
– Я хотела с тобой поговорить. Можно войти? – спросила она и, не дождавшись ответа, уверено шагнула вперед. Мне пришлось посторониться, пропуская ее внутрь.
Пройдя в глубь комнаты, мама поставила поднос на компьютерный стол и повернулась, заглянув в мои глаза.
– Андре не успокоится, – строго начала она. – Ты и сама должна это понимать. Мы обе знаем, насколько он вспыльчив. Кстати, эта черта есть и в тебе. Не самая лучшая.
Мама усмехнулась и отвела взгляд в сторону. Улыбка вышла скорее печальной. Я еле заметно кивнула, глядя на нее. Она права. От отца я унаследовала некоторые скверные черты характера: неуравновешенность, нетерпеливость, беспокойство. Список можно продолжать бесконечно, но стоит ли? Гораздо важнее понять, как их обуздать. Пока мне это не удавалось.
– Но есть способ изменить ситуацию, – продолжила мама, вновь глядя на меня. – Если не хочешь, чтобы он считал, что ты ни на что не способна, нужно доказать обратное. Хватит сидеть в комнате и заливаться слезами! Я понимаю, что прием документов в университеты начнется только в середине осени, но до этого времени тебе нужно выбрать, куда ты будешь поступать. Начать активно готовиться к возможным экзаменам и…
Мама замолчала, явно не решаясь произнести то, что я и так уже знала. Для того, чтобы продолжить нормально жить, мне нужны деньги, а они не появляются по взмаху волшебной палочки.
– Джил, тебе нужна работа.
Шумно выдохнув, я перевела взгляд на окно за маминой спиной. Она снова права. Отказавшись лететь в Манчестер, я не облегчила себе жизнь, а лишь усложнила ее. В скором будущем школа сменится работой, ведь теперь на мне лежала двойная ответственность. Я обязана обеспечивать себя и готовиться к поступлению. Кроме того, мне придется выдерживать гнев отца, непонимание родственников и знакомых, бесконечные вопросы «зачем?» и «почему?». Возможно, кто-то даже осмелится заявить, что у меня ничего не получится, что второй шанс дается не каждому.
Но пути назад нет. Я уже сделала свой выбор, и теперь мне придется идти до конца. Доказать всем вокруг и, самое главное, себе, что мои желания сильнее обстоятельств, что я буду жить по своим правилам и самостоятельно распоряжаться своей жизнью, несмотря на юный возраст.
– У тебя есть предложение? – тихо спросила я.
Мама улыбнулась.
– У нас в ресторане открыта вакансия администратора. Директор никак не может найти подходящую кандидатуру. Еще немного, и он впадет в отчаяние. Я готова поговорить с Ари и предложить взять на работу тебя. К моим словам он прислушается, но ты же понимаешь…
– Да, да! Я не должна тебя подвести, – перебила я ее. – Но ты тоже должна осознавать, что я ничего не смыслю в ресторанном бизнесе.
Несмотря на то, что мама – шеф-повар в одном из популярных ресторанов Рейкьявика, я ни разу не заглядывала к ней на обед. Что уж говорить о том, чтобы разбираться в тонкостях ее работы.
– Не обязательно углубляться в бизнес, чтобы работать администратором. В твои обязанности будет входить контроль качества блюд, урегулирование конфликтов с гостями, координация работы персонала. Администратор может предлагать свои идеи по изменению интерьера и улучшению работы сотрудников. Ты креативная и быстро учишься. Я уверена, что ты справишься! Но тебе потребуется приличная одежда. Рваные джинсы и толстовки отправятся в утиль.
Я бросила взгляд на закрытый шкаф в углу комнаты.
– В этом и будет проблема, – усмехнулась я. – Папа сказал, что денег мне не даст, а единственная нормальная вещь у меня в гардеробе – платье с выпускного.
– Деньги есть не только у твоего отца.
Внезапно в голове что-то щелкнуло. Ослепленная злостью отца, я совершенно не замечала доброты матери. Не заметила, как однажды за ужином она произнесла: «Папа этого мальчика не даст вам видеться, даже если мы разрешим». Пропустила мимо, когда она отдала мне ключ от дома, чтобы я смогла попрощаться с Сергеем. Не заметила ее спокойной реакции на мой отказ учиться в медицинском университете. Да, она была расстроена, но ни разу не сказала, что мой выбор неверен.
Даже сегодня на кухне! Мама подсказала мне убрать улыбку, лишь бы отец не увидел моего хорошего настроения и не понял, чем оно вызвано.
Сейчас она помогает мне усмирить гнев отца. Помогает найти работу. Помогает начать все сначала.
Она на моей стороне.
– Когда мы сможем поехать в магазин? – спросила я.
Мама улыбнулась.
Глава 6
Сергей
Ад существует. Я в это верю. И, кажется, я нашел его на Земле. Нью-Йорк – настоящая преисподняя.
Летом температура в городе не опускалась ниже двадцати девяти градусов Цельсия. В совокупности с раскаленным асфальтом, загазованностью воздуха, толпами на улицах и разнообразием запахов: от сладких ароматов сахарной ваты на набережных до тошнотворной вони застоявшегося мусора в городе, это было невыносимо. Днем я старался не передвигаться, предпочитая вечернее время, когда солнце скрывалось за горизонтом. Да и маршрут у меня был один и тот же: от дома к Кайлу, от Кайла – домой. Изредка родители вносили коррективы в мои планы: то вытаскивали меня погулять в Центральном парке, то полюбоваться волнами Атлантического океана. Я не перечил, стараясь поддерживать с ними хорошие отношения. Ведь именно от родителей зависело, смогу ли я до совершеннолетия еще раз оказаться в Рейкьявике.
Наступил сентябрь, а вместе с ним и первый день обучения в новой школе. Вопреки ожиданиям, жара на улицах не спала, и о том, что на дворе осень, напоминала лишь дата в календаре.
Перед первым днем занятий родители торжественно вручили мне… карточку для проезда в метрополитене. Повертев ее в руках, я вопросительно уставился на отца.
В Лос-Анджелесе я всегда ездил в школу на машине. Серебристый «Lexus RC». Я обожал этот автомобиль, подаренный мне сразу же после получения водительского удостоверения в шестнадцать лет. К сожалению, из-за переезда его пришлось продать, но отец заверил меня, что в Нью-Йорке мы подберем мне новую машину.
И что теперь? Проездной на метро?
– Твое Калифорнийское водительское удостоверение не действует на территории Нью-Йорка, – пожал плечами отец.
– Класс, – саркастично отозвался я. – Обожаю этот город!
Схватив полупустой рюкзак, я быстрым шагом направился к двери.
– После дня рождения ты сможешь поменять права, – добавил он.
– Ага, я понял!
– Удачного первого дня! – крикнула мама мне вслед. Я сделал вид, что не услышал, и выбежал из дома, захлопнув за собой дверь.
«Издеваются что ли?» – промчалось в мыслях.
В середине декабря мне исполнится семнадцать. Достаточно, чтобы обменять водительское удостоверение, но слишком мало, чтобы самостоятельно распоряжаться своей жизнью.
Сделав две пересадки, насчитав с десяток крыс, перечитав кучу граффити в вагонах и встретив трех бездомных, которые с жалобными глазами выпрашивали мелочь, я все-таки добрался до заведения, в котором мне предстояло учиться долгих два года.
Стараясь не привлекать внимания, я вошел в школу и сразу направился в приемную, где мне должны были выдать расписание и поручить какому-нибудь несчастному провести для меня экскурсию.
В холле стоял невыносимый шум. Голоса старшеклассников сливались воедино, создавая неразборчивый гул, действующий на нервы. Хотелось забиться в угол, схватиться за голову и громко закричать: «заткнитесь!». Вместо этого я ускорил шаг, лавируя между учениками. Благо, родители заранее объяснили, куда мне нужно идти, не забыв упомянуть, что я отказался смотреть школу вместе с ними.