Юлия Щербинина – Несущие Свет (страница 54)
– Доставить в подземелье дворца.
И побрёл в глубь леса.
За ним пошёл его черноволосый приспешник, великий князь и все гвардейцы, кроме тех, что снова направили на Руслана винтовки со штыками.
Сквозь чудовищное усилие он двинулся по указанному направлению. Только не напрямую, а держась как можно ближе к лесу и как можно дальше от неё.
И всё равно, проходя мимо, не смог не заметить, как к одинокой фигуре подходит их старый приятель Александр. Видел боковым зрением, как берёт её руку и дарит галантный, полный решимости поцелуй. Видел, но не хотел больше на неё смотреть. Просто шёл прямо, и Вера осталась позади.
И всё равно не удержался – он хотел ещё раз посмотреть ей в глаза!
Но ей не до него. Она слишком занята, слишком увлечена адмиралом. Как можно думать об обречённом на бесцеремонную казнь нищим бродяге, когда один из властителей всего сущего, импозантный красавец и полигамный самец лишает её пространственной ориентации горячим поцелуем, в котором она тонет и забывает обо всём на свете?
Руслан не хотел этого видеть. Не хотел, но из раза в раз оборачивался и ждал, когда она оторвётся от адмиральских уст и посмотрит на него. Не понимал, что хочет увидеть в её глазах. Злорадство? Самодовольство? Нет, она не такая, и он это знал. Наверняка после опьянения пылкостью любовника на её лице отразится не осознаваемое изначально чувство вины, и Руслан хотел его поймать. Каждые два-три шага он крутил головой в ожидании долгожданного зрелища.
Наконец Вера опустила голову и посмотрела на него своими затуманенными глазами, в которых ещё не сузились расширенные зрачки. То, что он хотел увидеть, проявилось в них очень быстро.
Он получил желаемое, но ему было мало. Весь свой путь Руслан видел её глаза, но уже не мог видеть то, как пристально за ней наблюдает Александр, намеренно не поворачиваясь к тому, на кого она смотрит. И то, как он опустил чуть ниже голову к её лицу и странно напрягся. Как будто учуял запах чужих уст.
…Когда раскидистые деревья и спины гвардейцев скрыли Волхонского из виду, Вера взглянула на адмирала. Твёрдой рукой он потянул за повязку на её груди и скинул с плеч мантию покойной графини Волхонской. Они безмолвно обменялись друг с другом каждый своими чувствами и что-то для себя поняли, после чего адмирал согнул руку, Вера обхватила его локоть, и они пошли за остальными.
Её конь с недовольным ворчанием попятился, вытянув шею, освободил от верёвки голову и направился за хозяйкой. Несчастный Раскат остался один, намертво привязанный к суку дерева.
* * *
Уже больше часа барон Гайдаров скакал по просторным лугам, минуя лесополосы, озёра, реки и все места возможного привала Волхонского. Поиски были тщетны.
Со вчерашнего дня Степан не находил себе места, и даже долгожданное присутствие Тани не смогло его отвлечь. Барон не высказывал вслух своих переживаний и не проронил о Волхонском ни слова. Но объявленная крестьянскому народу баронесса видела, как он нервозен и молчалив и совсем не походит на того влюблённого дурака, что клялся выкупить её, с условием, что она непременно станет его женой. И плевать на мнение высшего общества.
Проснувшись с пасмурным рассветом в баринской постели, Таня застала Гайдарова в раздумьях у окна.
– Стёпа.
– Да куда ж он попёрся-то один?! – выпалил барон, всплеснув руками. – Ну о чём думает? Вляпается же, нутром чувствую, вляпается! Вот я хорош! Взял так просто и отпустил, в никуда, одного! Даже денег с собой не было, ему дать. Ох уж этот пустоголовый я!
Таня вылезла из постели и прижалась к его спине, обхватив руками туловище.
– Всё будет хорошо. Он не один. Ты же видел, как он уехал вместе с той девушкой.
– А как она ему поможет-то! И против кого! Против основателей империи!
Она испугано замотала головой и крепче прижалась к нему.
– Не связывайся с ними, не надо! Я видела их, Стёпа! Это страшные люди. Они дом сожгли дотла одним только взмахом руки. Каменный дом!
Степан сжал её ладонь.
– Я единственный, кто у него остался.
– Как и у меня! Ты
Она не смогла его остановить.
Гайдаров обскакал уже все бывшие графские владения, не заезжая разве что в глухие леса, но всё бесполезно. Волхонского нигде не было. Однако причаленный к берегу Всемирного океана корабль разжёг его любопытство, и барон направился туда. Неприятные предчувствия не покидали барона, и он не мог не проверить единственный вариант.
Его опасения подтвердились. С большого утёса, на котором однажды граф повстречал маркиза де Руссо, он взглянул на берег и увидел военную процессию, в центре которой разглядел своего друга. Под прицелом десятков стволов.
– Ох, ёжкин!.. – схватился Степан за голову. – Вляпался всё-таки, ой, вляпался! Романыч!
Совсем не думая, как может помочь пленнику, он пришпорил лошадь и понёсся вниз по склону горы.
– Романыч!
…Заган первым заметил незваного гостя. Вопросительно посмотрел на императора, остановился и стал ждать, когда пленник, гвардейцы и идущие позади всех Александр с Верой пройдут мимо него.
Владимир остановился на берегу. Все остальные поднимались на корабль, а незваный всадник приблизился настолько, что Волхонский смог услышать его крик.
– Романыч! Стойте!
…Он почти догнал. Он успел! Сейчас он что-нибудь придумает, остановит это безумие. Всё ведь можно уладить по-хорошему. Не все там военные, значит, есть и командиры. Значит, есть возможность договориться. Демоны милостивы, они выслушают. Вот, один уже остановился и ждёт его, спрятав руку в складках чёрного плаща.
Степан Гайдаров всегда был отменным наездником. И сейчас, спеша на помощь другу, он уверенно держался в седле, когда Цикада на полной скорости мчалась с горы. Поэтому падение с лошади оказалось внезапным.
Отчего-то тело вдруг парализовало, равновесие утерялось, и барон повалился боком на землю, застряв ногой в стремени. А кобыла продолжала скакать.
Почему-то он не чувствовал боли, скользя волоком по земле. Обеспокоенная Цикада развернулась и убежала в другую сторону. Нога освободилась от стремени, Степан несколько раз перевернулся и остался лежать в сырой траве, но отчего-то не ощущал её холода.
Он лежал на спине, смотрел сквозь треснувшее пенсне на плывущие по небу серые тучи и ничего не мог понять. В голове так и осталась мысль о немедленном спасении друга, и ни о чём другом он больше не мог подумать. Она словно бы застыла в покрывшемся инеем мозгу, который больше никогда не отогреется, и мысль эта не растает и не впустит более других. Увидел, как стекает со лба по носу и щекам тёмная кровь, но не почувствовал её тепла.
Он больше ничего не мог чувствовать. Солнце выскользнуло из-за туч, и в застывшие, безжизненные глаза пролился бледный свет…
…Вид мёртвого тела заставил Веру крепче обхватить руку Александра и потянуть его к кораблю. Но адмирал не шевельнулся и не позволил себя увести. Как будто заставлял её смотреть и принимать все результаты того, что она сделала.
Заган поставил пистолет на предохранитель, убрал во внутренний карман плаща, подошёл к императору и Ярославу, и три бледные, полупрозрачные вспышки поглотили их, вознесли к небу и унесли вдаль.
Гвардейцы строем поднялись на корабль, прихватив с собой коней Веры и Ярослава. Несколько солдат остались на берегу. Они бесполезно угрожали и тыкали винтовками в упавшего на колени Волхонского, из груди которого вырывался протяжный крик отчаяния и скорби.
* * *
Словно бы звезда сорвалась с неба, промчалась сквозь толщи туч, плавно опустилась на лесную прогалину и стала человеком.
Черноволосый парень в чёрной мантии с накинутым капюшоном осмотрел походный привал и привязанного к дереву коня. Несомненно, это то самое место. Но он опоздал.
Опоздал… Задержался всего на несколько минут, и потенциальный союзник в его великом замысле всё же захвачен в плен основателями империи.
Но когда трудности останавливали меланхоличного, но всё же неуловимого отшельника, единственного, кто был способен противостоять таким соперникам?
Раскат навострил уши и уставился на идущего к нему человека с пугающе могущественной энергетикой.
* * *
Ярослав расхаживал по спальне и никак не мог собраться с мыслями.
Сегодня он сделал первый шаг, оставшись наедине с отцом и ведя себя, как подобает наследнику престола, если бы император был смертен. Вторым шагом была просьба разрешения отправиться с ним в Александрийскую губернию, когда он получил сигнал. Ярослав даже сам вызвался собрать воедино охраняющий его сестру отряд гвардейцев в намеченном императором месте. Владимиру, Александру и Загану оставалось только прибыть на всё готовенькое. И вроде бы правитель остался удовлетворён его инициативностью. Невозможно сказать «доволен», потому что он никогда не был довольным чьими-то стараниями.
Всё прошло удачно. Они получили артефакт, и Ярослав стал думать, что ему делать дальше, чтобы расположить императора к себе и продемонстрировать ему свою покорность. Но стоило великому князю остаться наедине, как его перехватил Джулиан Ховард.
– Perfect! – прохрипел он, вцепившись в локоть князя. – Артефакт у нас. Точнее, у великой княжны, но это вопрос времени. Жди. Скоро Рофокаль соберёт Орден и поручит тебе раздобыть его. Кстати, её высочество представляет серьёзную конкуренцию. Придётся избавиться от неё. Об этом тебя тоже сегодня любезно попросят на заседании.