Юлия Рыженкова – Цифрономикон (страница 83)

Я смиренно расплатился, потому что не люблю морочить людям голову, по крайней мере – в реале, в Сети-то куда ни шло… Заказал, значит – покупай.

Тут же, на площадке перед лифтом, я решил опробовать «Чильтены». Снял с плеера упаковку, сунул в ухо таблетку наушника и запустил первый файл. Услышал гулкий и ритмичный перестук, похожий на шум идущего поезда. Несомненно, что-то гипнотическое в этом нечетком и монотонно звучащем лязге имелось. Но чтоб он стал панацеей от предстоящих неприятностей… Не ве-рю!

За полчаса я доехал до нужной остановки. Еще минут десять погулял по набережной Ишима, с упоением мазохиста накуриваясь натощак.

Затем – горбольница. Просторный, щедро освещенный коридор. Люди с унылыми и болезненными лицами. Неприятные звуки, доносящиеся из-за двери. Честно говоря, хотелось сбежать. Я едва держал себя в руках. Но медсестра назвала мою фамилию, и мне ничего не оставалось делать, как последовать за ней.

Точно утопающий, хватающийся за соломинку, я нащупал дрожащими пальцами плеер.

И пришел в себя на ступенях перед главным входом больницы. В руке я сжимал распечатку с результатами ФГДС.

Я действительно ничего не помнил.

Только горло сводило от холода из-за обезболивающего, которого меня заставили глотнуть перед процедурой.

В тот же день я попал на прием к своему терапевту. Врач сказал, что у меня – «хороший» гастрит, от которого можно избавиться с помощью таблеток и диеты. Вот, и стоило глотать «шланг»?.. Но знакомство с «Чильтенами» уже состоялось, и, надо признаться, в этот день я думал лишь о том, как ловко мне удалось сжульничать.

Всё оставалось по-прежнему. Я не стал ни умнее, ни красивее, ни богаче. Но что-то неуловимо переменилось. Я не сразу сообразил – что. А потом понял. Никогда мне не выпадало такого ништяка. Это ведь не в лотерею выиграть. Это власть! И не просто власть, а власть над судьбой!

У меня даже уши зачесались, так захотелось поэкспериментировать над этой самой судьбой. Для начала – попробовать что-нибудь простенькое… Ну, например, терпеть не могу мыть посуду!

Я воткнул наушники, включил плеер.

Это было похоже на короткий обморок. В следующий миг я уже сидел на табурете за кухонным столом, а в сушилке белели чисто вымытые тарелки. На мне был мокрый фартук.

Вот же черт, никогда мне не удается помыть посуду так, чтобы брюхо не намочить…

Я прислушался к своим ощущениям. Странно как-то. Всё, что происходит, происходит не с кем-нибудь, а со мною, но не оставляет в памяти ни малейшего следа. Ну, это ладно, гипноз там, то-сё… Что-то типа двадцать пятого кадра… Непонятно другое, откуда эти самые «Чильтены» знают, когда надо прекратить меня гипнотизировать? Эдак я могу полдня под гипнозом шататься, как зомби, если не больше.

Наверное, воздействие прекращается само собой, как заморозка после удаления зуба или глотания «кишки».

Придумав более или менее достоверное объяснение, я понял, что не в силах больше напрягать мозги. Да и скучно это. Гораздо интереснее экспериментировать с «Чильтенами». Я вспомнил, что так и не написал про «Райымбек». Лезть в Сеть, тарабанить по клаве, сочиняя провокационно-рекламную чушь, не хотелось. Терпеть не могу всей этой нудной заказухи, хотя она меня и кормит. Но денежки следует отрабатывать, иначе грош мне цена, как вольному стрингеру.

Злорадно хихикая, словно мультяшный злодей, я снял мокрый фартук, зашвырнул в дальний угол. Потом приберу. И вообще, мне теперь уборка нипочем. Врубил «Чильтены», раз – и в квартире идеальная чистота! Или бац – и пост про боксерский клуб уже собирает сотни каментов, а я как бы и не при делах…

Полюбовавшись делом рук своих – своих ли? – я отправил пост в просторы Интернета.

Была у меня еще одна проблемка…

Я тянул с ней больше месяца, не лежала душа браться за это дело. Один из московских заказчиков отказался перечислять гонорар за цикл статей, потребовав с меня справку-подтверждение о том, что я плачу налоги в Казахстане. А чтобы проклятую справку получить, надо сначала налоги заплатить. Платить было нечем – это раз, отношений с налоговой инспекцией я никогда не имел – это два.

Походы по бюрократам меня пугали еще сильнее, чем визиты к врачам. Вряд ли в налоговой помогут даже «Чильтены». Это тебе не «кишку» глотать и не тарелки драить, и даже – не посты тискать, здесь нужна нечеловеческая выдержка в сочетании с изворотливостью и находчивостью. А еще – готовность унижаться. С «ушами» на голове и отсутствующим взглядом – не прокатит. Увы.

Но все-таки я решился и на такой эксперимент.

Я вышел из дома в дурном настроении. Мело так, что в двух шагах было не видно ни зги. Пригибаясь, отворачиваясь от лезущего в глаза снега, я подошел к двухэтажному зданию районной налоговой. Тяжелая, будто обшитая броневой сталью дверь с трудом подалась. Я протиснулся в образовавшуюся щель, опасаясь быть раздавленным. В лицо дохнул нежилой запах лежалой бумаги и скипидара. Шаги мои гулко отдавались в коридоре. Как сомнамбула, вышагивал я вдоль двойного ряда дверей. А когда нашел нужную – нажал кнопку на панельке плеера.

В следующий миг я уже стоял у родного подъезда с бумажкой в руке, на которой в метельных сумерках синели печати и подписи. Пронесло! Оказывается, дивная программка и это умела – обуздывать бюрократов!

– Всесилен, всесилен, – бормотал я, повторяя фразу то ли из какой-то книжки, то ли из сериала.

Не чуя ног, я взлетел к себе на этаж, ворвался в квартиру, содрал ботинки, куртку и шапку. Я был свободен. Может быть, впервые за всю свою недлинную пока, но крайне глупую жизнь. Я теперь ничего не боялся. Ни налоговиков, ни врачей, ни работодателей. Мне больше не грозили бытовые мелочи, настырные и неистребимые, как крысы. Я мог делать всё, что заблагорассудится. На чем держалась такая уверенность, не знаю. В ту минуту – в минуту абсолютного счастья – меня не волновал этот вопрос. Мне было так хорошо, что я решил поработать. Находясь в полном сознании и твердой памяти. БЕЗ «Чильтенов», представляете?

«Странная особенность человеческой психики. Я откладываю на завтра то, к чему не лежит душа сегодня, словно на следующий день этим вопросом предстоит заниматься не мне, а совершенно постороннему человеку. Проблемой ли или же просто вызывающей раздражение рутиной. Словно завтрашнему альтер-эго будет в радость разбираться с тем, от чего меня воротит сегодня.

А вдруг это действительно так? Вдруг той твари, в которую я превращусь завтра, окажется всё по плечу? И она с готовностью примется жить жизнью, которой я старательно избегал и от которой правдами-неправдами отказывался? И находить в ней недоступное мне удовольствие? Смогу ли я снова стать самим собой, если на фоне меня-завтрашнего я буду выглядеть бледно и жалко?..»

Я свернул окно с недописанным постом, поменял фоновую музыку. Слишком уж трагическим получался текст. Хотя мне – человеку творческому – простительно слегка сгущать краски. Вот и френды мои любят предельные эмоции. Либо всё зашибись, либо все завтра сдохнем. Золотой середины в Сети не существует. Так что оставлю пост пока таким, какой он есть…

Потянулся и почесал пузо. Надо бы выбраться в реал за хлебом и сигаретами.

Я распутал наушники, включил плеер и, испытывая чувство, близкое к вожделению, закинулся «Чильтенами».

Тухтух-тухтух, – мчал поезд мысли по промороженной степи, увозя куда-то за горизонт событий.

Я уже знал, что у двери подъезда меня «срубит» и что я очнусь сидящим в удобном кресле перед компом. И на мониторе будет либо моя страница на horde.me, либо загрузочное меню игры «Diezel».

И никакого сырого полумрака зимнего дня, никакого льда под ногами. Никаких постных рож на улицах и в магазине.

Я пролистну эту скучную, ненужную мне страницу.

«Не хрена себе – сходил за сигаретами…» – подумал я, разглядывая лицо лежащей рядом со мной девушки. Скуластая, курносая, полногубая. Каре каштановых волос рассыпалось по подушке.

Мерьем. Она жила в соседнем подъезде. Отец и мать, маленький сын. Мужа не было точно, но не исключено, что Мерьем с кем-то встречалась. Еще не хватало на мою голову свихнувшегося на почве ревности джигита… В реале за мной не стоит армия культистов Ктулху.

И когда я умудрился ее подцепить? И каким, черт возьми, образом?

С женщинами, честно говоря, в реале у меня не очень ладилось.

В незашторенные окна заглядывало бледное солнце. Его свет то разгорался, то угасал, теряясь за рваной завесой снежных туч.

День вроде был тот же. До компа бы дотянуться или до мобильника, чтоб проверить. Мои джинсы валялись рядом с кроватью, из кармана торчал провод наушников.

Ай да Джекилл… Ну, и Хайд, без которого – никак, тоже постарался.

– Говорю, квартира у тебя – так себе, – сказала Мерьем сонным голосом. – Берлога какая-то. Ни уюта, ни порядка.

Ничего. Никаких воспоминаний. Вроде должны быть. Вроде стоит напрячь мозги, и память оживет. Но нет. Всё равно, что вспоминать ускользнувшее сновидение. Точно знаешь, что оно было, но ни единого проблеска…

– И как… тебе? – спросил я, надеясь, что Мерьем поможет воссоздать картину. Или, скорее, для того, чтобы не показаться обескураженным и неестественным. Мой голос сильно дрожал.

– Было забавно, – ответила Мерьем тоном, судя по которому, особой радости она не испытала. – Во всяком случае, позитив получила. В нашей жизни тоже не лишнее.