Юлия Рыженкова – Цифрономикон (страница 33)

Я подавил вздох облегчения.

Попытался было организовать поиски пропитания, но наша небольшая компания уже разобралась сама. Седой ушел «на разведку», а вернулся с двумя заячьими тушками. Эльза и Оля к тому времени насобирали ягод, остальные принесли дрова. Когда стемнело окончательно, у нас уютно потрескивал костер да ароматно пахло жарящимся мясом.

Ели жадно, за сутки все изголодались, два зайца на такую ораву оказалось очень мало, в ход пошли собранные ягоды и грибы, но всё равно все остались голодными. Я же, после вынужденного поста, чувствовал сытость. Народ у костра завел разговоры, а я лежал на остывающей земле и смотрел в небо. Перед глазами стояли незабудки.

– Стас, – негромко сказала Эльза, присаживаясь рядом. – Я хотела тебя попросить.

– Всё, что смогу.

– Отправь, пожалуйста, меня домой. Мне к дочке очень надо.

Эльза смотрела на меня преданным взглядом, напоминающим взгляд той, кого я оставил лягухам.

– Эльза, ну что я могу? Я же не бог. Я такой же человек, как и ты. Если бы я мог, то давно сделал бы это для всех, и для себя в том числе.

Я видел, что Эльза мне не верит.

– Понимаешь, мне очень надо! Мне нужно к моей Полине.

– Я не могу.

Она опустила голову и отошла, будто побитая собака. Чувствовал я себя скверно. Но как я не мог предоставить доказательств того, что это сон, так же не мог доказать, что не бог. Ни в то, ни в другое люди без доказательств верить не хотели.

– Не помешаю? – Седой появился незаметно. А может, я просто сильно задумался.

– Если не будешь просить вернуть тебя домой, то нет.

– Эльза?

Я кивнул.

– Она считает меня богом.

– Во сне мы все боги.

– Но не в этом.

– Не в этом. Я хотел спросить, может, ты еще что-то знаешь? Или умеешь? Ведь звук камертона при приближении лягух никто кроме тебя не слышит. Я не думаю, что ты бог. Я просто думаю, что в этом сне у тебя больше возможностей, чем у нас. Может, это просто твой сон, а мы тебе снимся так же, как и лягухи?

– Вряд ли тогда бы вы мне не верили, – хмыкнул я. – Нет у меня ничего в загашнике, кроме домыслов.

– Поделишься домыслами-то?

– Бери сколько хочешь. Домысел номер один: мы все умерли и находимся в чистилище или в аду. Домысел номер два: это просто бредовый сон. Домысел номер три, твой: вы все существуете только у меня в голове, так что вам нечего переживать.

– Есть домысел номер четыре?

– Есть. Лягухи пробуждают в нас всё отрицательное, и за это отрицательное, как за веревочку, тянут к себе.

Седой задумчиво поцокал:

– Отрицательное к отрицательному… А броненосцы?

– Это же очевидно. Если принять, что цель лягух – притянуть к себе человека, усилив в нем всё отрицательное, которое тем больше проступает, чем больше лягух собирается, то броненосец – это супермагнит. Рядом с ним не устоит даже святой. Единственного в жизни плохого поступка будет достаточно, чтобы «зарядиться» отрицательным зарядом и, подпав под «тягу» броненосца, превратиться в итоге в зомби.

Седой задумался.

– Да, в этом есть смысл. Но зачем это всё?

– Хотелось бы мне знать…

Камертонный звук ворвался в голову, как гудок паровоза на переезде.

– Лягухи! Бежим! – заорал я, вскакивая.

На этот раз их было очень много, около пятнадцати. С диким визгом, не дав никому опомниться, они похватали ближайших и утащили в темноту. Началась паника, люди метались, не зная в какую сторону бежать. Казалось, они везде. Мощный импульс «тяги» чуть не сбил меня с ног.

– Туда, туда! – орал я, указывая, в какую сторону бежать, но меня почти никто не слышал.

Лишь один метнулся в ту сторону, остальные же либо завязли в лягушачьих лапах, либо очумело носились туда-сюда. Я схватил первого попавшегося и силком потащил в безопасное место. Оттащив шагов на двадцать, толкнул в спину:

– Беги!

И Денис, а это его, оказывается, я вытащил, побежал. Я вернулся к костру. Кто-то из наших, то ли Эльза, то ли Ольга, разобрался, наконец, куда бежать, – я увидел женский силуэт. Но, переведя взгляд обратно, похолодел.

Седой какой-то неестественной походкой шел к лягухам, толстяка уже держали двое, еще одна лягуха вцепилась в Илью. Я рванул вперед и почувствовал, как меня накрывает. В голове билось лишь одно: мне надо к лягухам, мне надо к лягухам. Но вид дергающихся из последних сил мальчика и седого держал меня, как якорь в бурю. Я мог сорваться в любой миг и понимал, что успевал лишь к одному. Доли секунды на размышление, и я шагнул вправо. Схватив Илью за руку, дернул к себе. Лягуха не отпускала. Пришлось съездить кулаком ей по морде. Она разжала лапу, мальчик тут же обмяк, и я поймал его в падении. Взяв на руки, побежал прочь. Бежать пришлось долго, слишком много наших «ушло» к лягухам, слишком выросла «тяга». Отпустило только минут через десять бега на пределе. Я прошел еще и споткнулся о Дениса.

– Стас, мы тут, Стас! – закричал он, вскакивая. На земле сидели еще Ольга и Эльза.

– Мне надо вернуться. Вдруг там кто еще живой?

Я очень хотел, чтобы седой удержался, хотя и понимал, что это невозможно.

– Стас, я с тобой, – пискнул Илья.

– Мы все пойдем с тобой, – сказала Эльза, нащупала мою ладонь и сжала.

Когда мы вернулись, никого, конечно, уже не было. Костер оказался затоптан, на земле я нашел свой ватник. Никаких следов великого побоища не осталось. Да и побоищем это назвать язык не поворачивался. Оставшиеся достали навигаторы и увидели на карте лишь нашу маленькую компанию.

Утро было еще более хмурым, чем обычно. Молча поели ягод, молча умылись и напились из ручья.

Я решил, что лягухи нас так просто не оставят, поэтому раздавшийся звон камертона для меня не был неожиданностью. Но звон оказался тихим, поэтому я рискнул:

– В укрытие!

Распластавшись по земле меж корней, мы напряженно вглядывались в сплетение веток и дождались. Эльза охнула, но тут же замолчала. У Дениса округлились глаза, Илья вцепился мне в руку. «Тяга» была небольшая, поэтому я не стал никого уводить. Мы смотрели на броненосца, передвигающегося вдали по своим делам. Зомбированные люди, скорее даже тела людей, вряд ли в них осталось что-то еще от человека, несли на себе людские пластины. Этот оказался даже больше первого, но я к такому зрелищу был готов. Мы видели монстра всего несколько секунд, но этого хватило. Не знаю, что успели рассмотреть остальные, но мне показалось, что в ноге броненосца я заметил нашего толстяка.

Я снова очутился в лесу, а когда понял это, то выругался. Я ведь просыпался! Я вернулся в реальность, а теперь (через сколько дней или лет?) мне снова приснился этот сон! Какой раз я уже в него попадаю? Я не помнил. Когда же это кончится? Казалось, что самое главное – это проснуться. Но я не подумал о том, что в любую минуту могу снова попасть сюда.

– Черт бы побрал этот лес с его лягухами и броненосцами! Опять жрать бруснику и голубику! Ненавижу!

Впрочем, брусника мне не светила. Жара стояла как в бане, видимо, я попал в разгар лета. Оказалось, что я очень даже по погоде одет: футболка, легкие брюки и сандалии.

Лес неожиданно кончился, и я вышел на поле. Примерно в полкилометре виднелись бревенчатые дома. Я насчитал одиннадцать штук и еще один, в отдалении. Сказать, что удивился – это не сказать ничего.

«Вот те на! Тут живут люди? Или это деревня лягух?» Но камертон молчал, и я медленно, внутренне приготовившись мгновенно обратиться в бегство, пошел туда.

На подходе увидел детей. Две девочки и три мальчика, старшему не больше шести, младший, похоже, только научился ходить. Обычные дети, только чумазые и совсем без одежды. Они не испугались, но прервали свою игру и вытаращили на меня глаза, как на заморское диво. И тут из-за забора крайнего дома раздался женский визг. Прибежали мужики с дубинами, но, увидев меня, остановились, будто на стену налетели.

– Цыц! – наконец рявкнул бородатый на орущую. Та замолкла.

– Ты не лягуха, – сказал он, разглядывая меня.

– Ты тоже, – ответил я.

– Откуда ты взялся?

Вокруг бородача, видимо, главы этого поселения, стояло уже человек тридцать. Все с дубинами, в льняных штанах и рубахах навыпуск, женщины выглядывали из-за их плеч.

– Откуда и всегда. Уснул и попал сюда.

– Еще один полоумный, – сплюнул кто-то в толпе.

– Слышь ты, полоумный, убирайся туда, откуда пришел, – грозно сказал мне бородач, но дубину опустил.

– Да я бы с удовольствием, только от меня это не зависит. Я не могу сам вернуться.

– Эй, а его нету на навигаторе, – толкнул молодой бородатого локтем в бок.