Юлия Рысь – Одесский дворик, или Тайная жизнь растений (страница 8)
– Вэйзмир, Сёма! Какое горе! – Не удержалась от эмоций Софочка, – или таки… это для нас радость?
– Ой, пока не знаю, Софа… может так на так? – Задумался Семён Семёнович, – может очередные цацки-пецки, а может таки и знак свыше, шо недобрая аура у этом доме в деревне! Потому как это не все потери за неделю.
– Сёма, вы на меня таки специально страху нагоняете?
– Ну, что вы, дорогая, так просто балаболю за новости. Сам пытаюсь разобраться, в том шо это было? Магнитные бури, или просто людское рукожопство во всей красе? Ну, посудите сами? Как они, эти наши люди, могут приличные растения выращивать, если у них даже всякая шушера, типа зелени дохнет по чём зря.
– Таки да, Сёма, это наводит на подозрения… – задумчиво проговорила спатифиллум. Ей очень не хотелось повторить судьбу ростков Айсберга.
– Вот как вам это нравится, Софа? – Не унимался сансевиерия, – ну ладно, по салату в прямом смысле Пежо прошёлся, а кинзе каюк это как? Просто под руку попалась или у людей совсем таки крыша потекла от радости, шо перехали в эту дыру?
– А шо с кинзой? Я о ней вообще первый раз слышу!
– А то, дорогая Софочка, шо из рассады кинзы, площадью двадцать на тридцать сантиметров, у этих лохов, которые наши люди, выжило всего два ростка. Или им, таки с кинзой, конкретно не везёт, потому шо это ихняя уже третья… Или даже четвёртая попытка вырастить зелень из семян. Или, таки семена им попадаются коцаные и не способные к росту? Или? В общем, двое спасённых ростков эти олухи пересадили у отдельный горшок в абсолютно новый грунт и теперь молятся на них шо те дураки!
– Семён Семёнович, уважаемый, ну как вам не стыдно делать бедному спатифиллуму нервы и когда? Перед самым сном! Хочете, чтобы дама всю ночь, таки от кошмаров мучилась?
– Кстати о птичках, Софа, – цветочный психотерапевт сделал вид, что не заметил замечания соседки, – а вы, таки случайно не замечали у себя на грунте такого белого непонятного и противного налёта? Вон ростки базилика уже от этого самого налёта получили большой гембель. То есть того, таки загнулись!
– Вэйзмир, Сёма, ну почему вы таки сейчас заговорили о таком тихом ужасе? Ну шо, нельзя было потерпеть до завтра? Или хотя бы до утра, когда люди проснутся!
– А шо их ждать? Вы лучше, Софочка, внимательно у своём грунте покопайтесь. И грунт Беньки, таки да, проверьте. Вы же всё-таки его жена.
– Беня, просыпайся! – Отчаянно замахала ветками спатифиллум, – кажется мы, таки поимели немножко проблем!
– Софа, откуда ты взяла манеру будить приличных растений ни свет ни заря? – Лениво потянулся веточками Беня, – шо и где у нас случилось?
– Бенджамин Натанович, уважаемый, – подключился к разговору Семён Семёнович, – у нас тут нарисовался неожиданный гармидер! На грунте у ростков Базилика выявился белый налёт. Так шо давайте, просыпайтесь и присоединяйтесь к нашему всеобщему гвалту! А то вы таки знаете, шо наши люди хорошо умеют делать только одно и это крутить дули горобцам. А не содержать у здравии целый дворик домашних растений у них мозгов не хватает.
Семён Семёнович, цветочный горшок которого стоял возле самой боковины шкафа, передал морзянкой сигнал бедствия. Снизу ему ответила Мелисса Мятовна. Тайно сговорившись, растения устроили настоящий переполох. Ну, как устроили – мысленно посылали гневные флюиды в сторону людей. Сами растения считали, что устроили настоящий кошмар и сумасшедший дом.
– Ой вэй, – кричала благими матом Мелисса Мятовна, – белый налёт душит, шо боюсь скоро помру молодой!
– Уберите паука Валеру, – кричали Свидетели Сельдерея, – этот босюк уже усе ветки потоптал, гад такой!
– Уберите белый налёт! Спасите, помогите!
Наверное, домашние растения, действительно очень громко возмущались и слали в уши людей сигнал SOS, поэтому эпидемия в виде белого налёта была быстро обнаружена.
Одесский дворик домашних растений вздохнул облегчённо, когда услышали последние новости, которые человечка громогласно вещала второму человеку:
– Представляешь, – говорила она, – руккола растёт медленно. А я-то надеялась, что в очередную лазанью пойдёт зелень из собственного "огорода". Вот такая селяви… Одни Свидетели Сельдерея, несмотря на пожелтевшие стебли, стабильно дают урожай. К слову, о белом налёте. Он появился почти у всех растений! Надо купить новый грунт и устроить плановый осмотр жителей цветочного дворика. Возможно, кому-то придётся делать срочную пересадку.
На следующий день, воспользовавшись отсутствием интернета, в связи с масштабными ремонтными работами в деревне, люди устроили глобальную пересадку. Первыми "подопытными" по обновлению грунта стали Свидетели Сельдерея. Остальные жильцы дворика выстроились в неровную очередь.
– Ну, шо, держите мой макинтош, – крикнул соседям Свидетель Сельдерея пока человеческие руки вынимали его из горшка вместе с корнем, – если шо… Сами знаете! Залабайте за меня Шопена так, шоб запомнилось!
– Ой, – вскрикнула человечка, – Тут же паучок Валера!
– Заметила? – Злорадно ухмыльнулся Свидетель Сельдерея, – вот теперь дыши носом и гони эту тварь на улицу, пока он мне усе побеги паутиной не задушил!
– Вот же ж, мерзость развели, – подал голос Семён Семёнович со своего места в очереди на приём, – Таки как вам это нравится? У них тут бродячие пауки табунами ходят, а они шо? Ничо себе не думают, в тырнетах разных сидят и не чешутся!
Следующей на операционный стол попала спатифиллум Софочка.
– Шо там с Софой? – Выглянул из-за листьев сансевиерии фикус Беня. – Вас уважаемый, тут не стояло! Без очереди тулитесь и обзор заграждаете? А там между прочим, моя законная супруга! И я, как муж, имею таки право знать правду!
– Вейзмир, Беня, вам таки лучше этого не видеть, – казалось, что Семён Семёнович ещё сильнее растопырил листья, мешая Бене заглядывать, – а то боюсь, шо вашему скоропалительному браку придёт логический конец!
– Шо там? – Встрепенулся фикус.
– Так, Беня, – выставил вперёд листики цветочный психотерапевт, – Ша, дышите носом! Вскрытие таки показало, шо наша скромняжка Софочка оказалось молодой матерью пяти прелестных дочерей. Ой, сомневаюсь, шо вы, Бенджамин Натанович, принимали таки участие у зачатии. Скорее всего это было до вас…
– Как ей наглости хватило? – Обескураженно вздохнул Беня, – а я-то думал, шо она ради меня листики распушила. А она шо? Скрыла таки свою многоплодную беременность пышными листьями… А вы? – Фикус со злостью посмотрел в сторону Семёна Семёновича, – вы таки всё знали и молчали у тряпочку!
– Та шо вы знаете о тайне психотерапии? – Успел крикнуть сансевиерия и… следующим попал на операционный стол
– Ой вэй, Софа, как ты могла, – вполголоса сокрушался Беня, – я, конечно, понимаю шо наш брак был с обоюдным гешефтом, но шоб скрывать детей? И зачем?
Тем временем плановые операции продолжались в штатном режиме. Беня наблюдал за следующими пациентами уже со своего места в пентхаусе, всем своим видом демонстрируя обиду. Он действительно, был обижен до глубины души. На Софу, за то, что скрыла беременность, и на Семёна Семёновича, за то, что он знал и ничего не сказал. А ведь Беня искренне считал Семёна Семёновича своим другом!
Следующими на операционный стол попали "банды" дворика: Игоряны, Костяны и Петунья. Было решено, что очередная пересадка станет для разросшейся Петунии инициацией в "банды", если, конечно, переживёт долгую зиму. А это было под очень большим вопросом.
Последней на операционный стол попала Мелисса Мятовна.
К слову о ней. Во время операции на Игорянах, обнаружилось, что не только Софочка хитрая женщина. Мелисса Мятовна оказалась ещё хитрее – она как кукушка уже в который раз подкинула очередного ребёнка соседям. Теперь досталось цитрусовым. В их длинном ящике спокойно выросла маленькая Мелисса. Вначале она ничем не отличалась от ростов Игорянов, поэтому и осталась незамеченной. Потом показала настоящую себя. Подброшенный ребёнок был временно пересажен в новый горшок из пластикового стаканчика.
Не исключено, что психотерапевт Семён Семёныч знал все тайны дворика, но как настоящий профессионал предпочёл соблюсти этический кодекс и сохранил полученную информацию в полной конфиденциальности. Если бы не случай с налётом, неизвестно, когда бы раскрылись все секреты.
Приплод Софы было решено сдать в детский сад, то есть, пересадить в отдельный горшок. А пока они будут получать усиленное зимнее питание с подкормкой. Поскольку приличного вместительного цветочного горшка под рукой не оказалось, в квартирном вопросе пришлось подвинуться секьюрити Тыблоку. Его пересадили в обрезанную пластиковую бутылку.
Гораздо больше беспокойства человекам и обитателям дворика доставлял Рено. Ещё несколько дней назад, он хоть и вяло, но ел и хорошо себя вёл во время водных процедур. А потом забился в раковину и перестал выходить, даже во время купания. Через несколько дней депрессивного состояния Рено тихо ушёл из жизни. А произошло это так: в один момент он залез в свою раковину и… забыл из неё вылезти. Его пытались реанимировать холодной и тёплой ванной в течение суток, но он упорно не подавал признаков жизни.
– И чего ему не хватило в его улиточной жизни? – рассуждали обитатели дворика. – Еда была всегда свежая и разнообразная, домик стоял в самом тёплом месте… К слову, ахатинка Пежо, живя в более скромном по размеру домике, росла… или, правильнее говорить росло? Ведь улитки гермафродиты! Словом, росло оно быстрее и вело себя шустрее. Чего только стоил побег из контейнера на грядку с ростками салата!