Юлия Резник – Раз и навсегда (страница 19)
– Ты про Эйр Таг? – впервые с начала нашего разговора в него вмешался Вахид.
– Не знаю! Такая круглая штука от Эппл!
– Сестра! – воскликнула Зарина, умоляя меня одуматься. Опасаясь, что ей влетит. Боже, как же это все сложно!
– Зарина, это вопрос жизни и смерти! Тебя не будут ругать… Клянусь. Скажи как есть. Вахид защитит тебя от Фаттаха.
– Я даю тебе слово, – кивнул Байсаров. – Ну же!
– Это же просто шалость… Банальная шалость. Шутка…
– Мы это понимаем. И ни в чем тебя не виним. – Я прижала пальцы к вискам, чувствуя, что в голове начинает как-то странно пульсировать. Концентрироваться было все труднее. Но я не могла упустить этот шанс! – Просто… У нас есть все основания полагать, что Фаттах причастен к похищению Адама. Если это так – следилка поможет нам установить, где его удерживают, понимаешь?! Твоя шалость может спасти жизнь моего мальчика.
– Этого не может быть. Он, конечно, не подарок, но…
– Тогда тебе тем более нечего терять! – я схватила за локти и хорошенько тряхнула сестру. Откуда только взялись силы?
– Эй! Ты что? – испугалась моего невменяемого поведения Зарина.
– Мой сын пропал десять дней назад. Десять, – я всхлипнула, все же скатываясь в истерику. – Ты можешь помочь. Что тебе стоит? Ты же… сама мать… Умоляю!
Теряя силы, остатки воли, я стала опускаться на колени. Но была подхвачена Байсаровым с одной стороны и разрыдавшейся Заринкой с другой.
– Ну, ты что, Аминка? Ты что?! Конечно, я все покажу… Вот. Возьмите.
Шмыгнув носом, Зарина достала из сумочки телефон и протянула Вахиду.
Глава 13
На смену полному отупению пришла нездоровая совершенно активность. Если раньше я лежала, не в силах пошевелиться, то теперь не могла усидеть на месте.
Вахид уехал, обещая держать меня в курсе новостей, в ожидании которых я металась по дому, как загнанная волчица, и в исступлении молилась, чтобы у Заринки получилось не выдать нас всех. Утешала себя тем, что это было в ее интересах. Получив шанс избавиться от ненавистного мужа, Зарина была бы полной дурой, если бы им не воспользовалась. Тем более что Вахид обещал сохранить капитал за их с Фаттахом детьми и помочь с решением других вопросов, которые неизбежно возникнут. На первый взгляд мои доводы были более чем разумными. Но даже они не могли заглушить неистовую, отчаянную тревогу, сжимающую мое сердце холодными щупальцами страха.
Была бы моя воля, я бы вообще не разрешила Заринке вернуться в дом мужа. Но у Вахида было другое мнение на этот счет – нам нельзя было спугнуть Фаттаха, пока от него зависела жизнь Адама. Ведь если бы Фаттах почувствовал, что запахло жареным, в панике мог наделать глупостей. И тогда… О том, что могло случиться тогда, я себе запрещала думать – ведь это был верный путь к безумию.
Словом, мои нервы были натянуты до предела. И когда у меня, наконец, зазвонил телефон, я аж подпрыгнула.
– Да?! Все хорошо, Ваха? Вы его нашли?!
– Пока нет. В процессе. Просто держу в курсе.
– Ясно. – Я не смогла скрыть разочарования в голосе, но испугавшись, что он перестанет звонить, поспешила тут же исправиться: – Спасибо!
– Что там Зарина?
– Пока все нормально.
– Молодец. – На заднем плане в трубке раздались оживленные резкие голоса. – Мне надо идти. Чуть позже тебя наберу.
И все… Связь оборвалась прежде, чем я успела что-то ответить или спросить.
Чтобы не оставаться наедине с обрушившейся на меня тишиной, позвонила Адилю. Сходу сообщив, что новостей нет, я срывающимся голосом попросила его рассказать о том, как прошла премьера. Это был очень важный период в жизни моего мальчика, и мне было безумно стыдно, что из-за похищения Адама я едва не забыла об этом, считай, никак его не поддержав. Впрочем, Адиль отнесся с пониманием к ситуации. Рассказывая о том, как все прошло, мой мальчик даже пытался шутить. Как и мы с Вахидом, делая то, что должен, тогда как его душа и мысли были со старшим братом.
Как ему это давалось? Очевидно, что тяжело. Он даже порывался все бросить и приехать, но Ваха строго-настрого ему это запретил, и Адиль не посмел ослушаться. Уверенный, что достаточно разочаровал отца своим выбором профессии, мой мальчик очень осторожно относился к любым просьбам Байсарова, с отчаянием выискивая его одобрения. Бедный…
– Я так тобой горжусь! Ты такой молодец, сыночек. Теперь-то ты покажешь маме свою работу? – заметила я, когда Адиль замолчал.
– Нет, – проворчал он. – Посмотрим все вместе. Когда Адам…
– Да, – поспешно согласилась я. – Так и будет.
– Держи меня в курсе новостей, ладно?
– Конечно. Хорошего вечера, мой дорогой.
– У меня утро. Пока, мамуль. Люблю тебя.
– Я тоже очень-очень тебя люблю.
Экран погас. Я опустилась на ступеньки. Из гостиной выглянула домработница. Я махнула рукой, дескать, все нормально. Она постояла, будто не решаясь уйти. Но потом все же удалилась по своим делам, покачав головой напоследок.
Я прикрыла глаза и опустилась щекой на колени. После разговора с Адилем я почувствовала себя ощутимо лучше. Жаль, с Алишером пока не было связи. Ему телефон выдавали всего на пару часов в день. В строго отведенное время. Я скинула в чат просьбу обязательно мне позвонить… И залипла, гипнотизируя экран телефона – заставка на котором не менялась уже лет семь. Провела пальцем по своему смеющемуся лицу на фото, обращенному к Алишеру. С другого бока от меня сидел Адиль, а Адам нависал сверху, обхватив мои плечи ладонями. Какими же счастливыми мы были! Несмотря ни на что! А теперь… Господи.
Чтобы отвлечься, открыла чат с Доннелом. Просмотрела фото со дня рождения Тильды, которые он прислал. Смеющиеся знакомые лица… Торт. Который Доннелу пришлось собрать за меня. Вышло, конечно, совсем не так, как я задумывала, но Донннел клялся, что на вкусе это никак не отразилось. Я улыбнулась дрожащими губами, вглядываясь в эту чужую безмятежную жизнь… Если честно, я совершенно не ожидала, что он доделает мою работу. Разве не проще было купить готовый торт в магазине? Но нет. Доннел не только довел до ума мою затею, но и перевел оплату, которую я совершенно не заслужила, вот так все бросив. А еще он продолжал мне писать, хотя я вела себя некрасиво, игнорируя его попытки коммуницировать. Рассказывал смешные истории про Тома, который, если верить Доннелу, страшно по мне скучал, а вчера даже прислал его фото.
«Спасибо тебе за все. Ты совершенно невероятный», – написала я непонятно к чему вообще, но не в силах сформулировать свои мысли лучше.
«О, да!» – Доннел прислал фото, на котором он стоял у промышленной плиты, весь взмыленный, с огромной парующей сковородкой в руках.
«Красавчик!»
Все. На большее меня не хватило. Я сунула телефон в карман и вновь пошла мерять шагами дом. Полчаса, час, бесконечность… И, наконец, звонок.
– Да?!
– Привет, мам!
– Адам? – я неверяще отвела телефон от уха, уставившись на экран. Я сходила с ума, да? Это просто галлюцинации? Громко всхлипнув, я заткнула ладонью рот. И безмолвно закричала. – Адам? Это ты, сыночек?
– Я. Мы с отцом едем домой. Он велел позвонить, чтобы ты не волновалась. Так что не волнуйся, ага?
Пульсация в голове стала навязчивой. Я дернула плечом, словно отмахиваясь от звоночков, что становились все назойливее с каждым разом. Меня немного трясло. Нет, не так… От эмоций меня просто подкидывало на месте.
– Конечно. Как скажешь, душа моя. Возвращайся скорее, – задыхаясь, промолвила я.
– Примерно час ехать, – проворчал сынок.
– Адам!
– М-м-м?
– Сыночек, с тобой все хорошо? Тебя не обижали?
– Нет! Не придумывай.
Ответ сына мне показался излишне поспешным, но радость от того, что он жив, от того, что я могу слышать его голос, а потом еще и обнять, не дала зациклиться на этой мысли. В конце концов, поправимо все, кроме смерти. Что бы там ни было – мы с этим справимся. Обязательно.
Господи, он жив! Все позади. Самые страшные мысли. Самые черные дни… Я подскочила, захлестываемая эмоциями. Ворвалась в кухню.
– Надежда Ивановна, Адам едет домой! Немедленно накрываем на стол… Где у нас мука?! Давайте сюда закваску… Я хочу испечь его любимые лепешки. И что еще?
Я бросила взгляд на домработницу, ища поддержки. Но в ответ та посмотрела на меня как будто… с опаской?
– Вы уверены?
– В чем? Что мой сын едет домой?! – захохотала я, тем самым, наверное, только убеждая бедную женщину, что моя психика не выдержала случившегося. – Конечно. Ну же! Скорее. Надо успеть к их возвращению.
Я развила такую бурную деятельность, что дым стоял коромыслом. Это помогло пережить ожидание, которое растянулось на тысячи и тысячи лет. Готовка… И наш оживший чат с сыновьями, в который Адам даже сбросил свое новое фото в ответ на слова Алишера о том, что он не поверит, что все хорошо, пока не увидит брата своими глазами. Фото вышло смазанным. Но… Это был он. Уставший и какой-то… шальной. Такой знакомый и незнакомый мальчик. Пульсация в голове усилилась. Я стряхнула выступившие на глаза слезы.
– Амина Аслановна, вам бы присесть. Вы выглядите нездоровой, – заметила домработница, мягко обхватывая мое запястье.
– Глупости. – Я уставилась на свое искаженное отражение в дверце микроволновки. Там я и впрямь выглядела как смерть – но это же не зеркало! – Включите, пожалуйста, сковороду.
Когда в приоткрытую форточку донесся звук приближающейся машины, стол уже был накрыт. Я обтерла руки и побежала навстречу своему мальчику. Вылетела из дома и замерла, в нетерпении заломив руки.