Юлия Резник – А если это любовь? (страница 14)

– Мне  уже лучше. Отек спал. А синяки я загримирую. Так что дело лишь за тобой.

– За мной дело не станет. Но я не могу с той же уверенностью говорить о Бэлле.

Вот именно. В отношении Бэллы она ничего не могла гарантировать. Что-то Дарине подсказывало, что Альке там ничего не светит. Поэтому ей нужен был запасной план. И он у нее появился. Ведь за свои услуги Дарина потребовала столько денег, сколько позволило бы ей не только оплатить родительские долги, но и вернуть свой долг Альке. Теперь у нее на счету лежала кругленькая сумма, и она, наконец, могла ни о чем не беспокоиться. Это было непередаваемое ощущение свободы, которое пузырилось внутри, подобно золотым брызгам шампанского.

– Ты обещала! – Алька схватила Дарину за руку, а разглядев ее маникюр, понимающе хмыкнула: – Чувствуется рука хорошего мастера. Где делала?

– Аль, давай это в другой раз обсудим. Я вообще-то на работу спешу.

– Ну, да! – растянула та губы в похабной улыбке.

Сердце Дарины пропустило удар. И взволнованно затарахтело. Маникюр у нее был и впрямь красивый. Ничего особенного, мастер просто обрезал все лишнее и, не трогая данной ей от природы формы, до блеска отполировал ногти. Но как по этому маникюру можно было определить, что она… Чуйка у Альки, что ли? А с другой стороны, не все ли равно? Доказательств у нее никаких нет. И никогда не появится. Один раз – не пидорас. Это всем известно.

Жаль только, недолго ей носить эту красоту. От химии и бесконечных уборок очень скоро ее руки обретут свой первозданный вид. А пока… Пока можно и похвастаться. Какие они красивые. Никогда еще она так уверенно не держалась за поручень в метро. Удивительно, что обычный маникюр с людьми делает.

– Ну, наконец-то! Какого черта ты не берешь трубку?! – Дарина вздрогнула и повернулась к застывшей в дверях номера Бэлле.

От автора: друзья, сегодня у нас завершена книга "Девочка из снова" и начата новая книга "Нулевой километр" добро пожаловать!

– Ну, наконец-то! Какого черта ты не берешь трубку?! – Дарина вздрогнула и повернулась к застывшей в дверях номера Бэлле.

– Я не слышала звонков. И к тому же, если честно, я не представляю, о чем нам говорить.

– О чем? О чем?! Например, о том, что твоей работой остались недовольны!

– И что теперь? Не подписывают акт выполненных услуг?

Бэлла открыла рот, пораженная Дарининой наглостью. Постояла так, комично шевеля губами, пару секунд, а следом откинула голову и рассмеялась.

– Черт! Ты мне нравишься, Шанель. Заходи… Обсудим, – потребовала Бэлла, вернувшись к привычной строгости. Дарина покосилась на свою тележку. И со вздохом толкнула ту к входу.

– Я пока уберусь. У нас здесь свои стандарты. На трёхкомнатный номер, подобный этому, мне отводится всего полчаса. Я должна в них уложиться.

– Да убирайся, Христа ради. Но прежде ответь, какого черта ты ускакала от клиента посреди ночи.

– А что мне было делать? Лечь рядом с ним спать?

Бэлла хмыкнула. Поиграла кольцами на пальцах, наблюдая за Дариной, которая в этот момент как раз взялась опорожнять мусорные корзины.

– И ты его не опаивала, значит?

– Чего-о-о? Я…  Вы что такое говорите? Господи, да он просто уснул без задних ног, когда я отлучилась в ванную.

Не представляя даже, чем ей грозят подобные обвинения, Дарина с трудом обуздала панику.

– Да ты так не нервничай. Я тебе верю. И он тоже на самом деле так не думает, иначе разговор был бы совершенно другим. Мурадов не из тех, кто такое спустил бы.

Мурадов… Родион Мурадов, значит. Интересно.

– Тогда зачем вы мне это говорите?

– Хотела посмотреть на реакцию. Да ты не горячись. Он, что, в самом деле уснул?

– Как сурок.

Бэлла захохотала.

– Ну, что ж. Тогда это его проблемы. В конце концов, он платил за выезд.

Дарина кивнула. Подводя окончательную черту под нелепыми обвинениями Бэллы.

 – Но это не мешает ему требовать отработки.

– Вы же сказали, что это его проблемы!

– Да, сказала.

– К тому же я не собираюсь больше этим заниматься. У нас был разовый договор, и я выполнила его условия!

– А я тебя ни к чему и не принуждаю. Так? Но если он остынет и предложит мне устроить еще одну встречу за отдельную плату…

– Я откажусь.

– Твое право. Мое право – озвучить поступившее предложение.

И вот, вроде бы – в ее словах был смысл. Но в то же время… А зачем ей это знать? Теперь ведь не успокоится. И будет постоянно думать о том, захочет ли он провести с ней еще одну ночь за деньги? А если да, то как далеко зайдет его интерес? Сколько такой мужик, как Родион, будет готов выложить за обычную проститутку? Во сколько ее, Дарину Никитину, оценивают на его персональной бирже?

– Мне не интересно. – Дарина покачала головой и, тут же вспомнив про Альку, затараторила: – Но у меня есть знакомая, которая очень заинтересована в работе на вас.

– Вот как? Боюсь, с меня пока достаточно новеньких. От них сплошная головная боль.

– Пожалуйста, Бэлла! Просто встретьтесь с ней.

– А твой-то какой в этом интерес?

– Эта девушка, моя соседка по общежитию, она… Понимаете, она меня очень выручила в свое время. Я ей должна.

– Много должна? – подозрительно сощурилась Бэлла.

– Встречу с вами.

– У тебя есть фото этой девицы?

– У меня нет. Но можно найти в Инстаграм. Одну минуту…

Дарина нашла страничку Альки и ткнула старенький телефон Бэлле под нос. А та, напротив, отвела экран на максимальное от себя расстояние. Явно страдая от дальнозоркости, но стесняясь носить очки. Дарина улыбнулась, хотя ситуация и не располагала к улыбкам.

– Прости, Шанель, но тут без вариантов.

– Почему?

– Я не беру таких прожженных, понимаешь?

– Нет.

– Я продаю не тело. Я продаю мечту. Иллюзию любви, если хочешь. Партнеров для своих девочек я выбираю тщательно. И, как правило, те забирают их на содержание прежде, чем девочка успевает пойти по рукам. А у этой твоей Алины, судя по всему, мужиков было столько, что… В общем, она просто не впишется в концепцию моего бизнеса.

Дарина не нашла, что возразить. И смирившись с тем, что ей все же придется отдать долг Альке деньгами, взялась за смену постельного.

Глава 11

Родион проснулся посреди ночи. От неудобной позы ломило все тело. Он со стоном поднялся, не понимая, за каким чертом улегся спать на диване, сел, разминая шею, и, наконец, вспомнив, какие события предшествовали его пробуждению, ругнулся:

– Твою мать!

Как некстати его срубило. Будь это обычное свидание, он бы, конечно, здорово опростоволосился, уснув в самый неподходящий момент. Но, к счастью, их встреча с девчонкой свиданием не была. Он  ей платил, а значит, мог делать все, что угодно. Хоть трахаться, хоть спать. Хоть на голове ходить.

– Эй! Дарина… – позвал Мурадов, впервые произнеся вслух ее имя. – Ты где?

Он прошелся по первому этажу, по второму. Но девчонки ни там, ни там не было. Не было ни ее пиджачка, ни туфель. Ушла. Любительница легких денег. Не посчитав нужным те как следует отработать. А у него этой работы, между прочим, был непочатый край. Вон, как стоял. Крепко… Весь вечер, считай, хоть в это довольно сложно поверить, особенно учитывая то, чем этот вечер закончился. Дарина в самом деле сумела его заинтересовать. Расположить к себе. Понравиться. В разумных пределах, конечно. Было в ней что-то непосредственное и смешное, чего обычно не ждешь увидеть в шлюхе.

Не глядя на время, Мурадов схватил телефон, набрал Бэллу и устроил той разгон. Полушутя, полусерьезно – потому что идиотизм ситуации, конечно, зашкаливал. Закончил тем, что потребовал сатисфакции. Бэлла тактично его послала, объяснив, в чем он неправ. Мурадов проникся, хотя напоследок и зарядил совсем уж лютую чушь про то, что девчонка его якобы опоила. А Бэлла, безошибочно считав по голосу, что он и сам в это не очень-то верит, фыркнула. И в следующий раз посоветовала придумать что-нибудь более убедительное. На том они вроде как и закончили.

Потому что на следующий день Родиона закрутила привычная жизнь – работа, встречи, одним словом – рутина. Но один черт он нет-нет да и вспоминал о Дарине. Какого хрена, конечно, непонятно. В конечном счете Мурадов решил, что все дело в незакрытом гештальте. Вряд ли бы он о ней вспомнил, если бы дело дошло до конца. А так… иногда возвращался мыслями в тот вечер. Особенно когда оставался один в своей огромной квартире. Одиночество – странная штука. Тут кто угодно полезет на стенку и что угодно начнет вспоминать. Например, шлюху, которая готовила ему ужин. Заполняя пустоту его выхолощенной натертой до стерильного блеска квартиры вкусными, каким-то домашними, родом еще из детства ароматами, болтовней и… предвкушением.

Пару раз Мурадов забирал к себе сына. С Левкой было, конечно, получше. Одно плохо – к сыну всегда прилагалась и его мать. Достаточно красивая. Точно знающая, что ему нравится. Готовая это дать – только попроси. Учитывая то взвинченное состояние, в котором Родион находился, добиться своего ей было совсем несложно.

– Родь, ты выглядишь таким усталым… Может, массаж?