Юлия Рахаева – Запах вереска (страница 19)

– Что происходит? – спросил Вернер.

– Давайте ещё подождём моего кузена, – сказал Юстас. – Нам тут очень нужен сыщик.

– Это ещё для чего? – крикнул кто-то. – Совесть твою искать будем?

– Нет, скорее, здравый смысл, – ответил Эскот.

– Вы понимаете, что оторвали меня от работы?

– Да, а вы не забывайте, что я в любой момент могу себя поджечь.

– Поджигай! – крикнули из толпы.

– Что, настолько меня ненавидите?

В этот момент часть людей отошла в сторону, пропуская появившегося в Тиере Эриша.

– И что за цирк ты тут устроил, братец?

– Ты же в курсе, кто меня сюда притащил, я надеюсь? – голос Юстаса теперь звучал совершенно трезво.

– Доктор Тиррел. Только он не признаётся, кроме как под гипнозом.

– Не знаю, работал ли он в перчатках. Не помню. Но на всякий случай можно будет снять отпечатки с бутылок в домике бабки Милены, которые там стоят, как в лучшем баре. Но даже если в перчатках, то среди нас тут есть помощница Тиррела. Помнишь, ту женщину, которая мне показала дорогу? Вон она.

Эриш обернулся, а женщина замялась и начала озираться по сторонам.

– Задай-ка ей пару вопросов, братец лис. Уверен, что никто из амаргов не возражает против применения гипноза. Нет повода тебе не доверять.

– Так что? – заговорил Эриш. – Сама признаешься или под гипнозом?

– А что я сделала не так? – воскликнула амарга. – Твой брат – настоящий позор Тиеры. Доктор Тиррел – хороший амарго. Он хотел, чтобы все поняли уже, каков Юстас. Раньше таких изгоняли из Тиеры, а теперь… Юстас приезжает к нам, когда захочет, а нужно лишить его этого права. Сейчас своим поведением он только доказал, что так и следует поступить.

– Начнём с того, что я не алкоголик, – сказал Юстас. – Можете хоть сейчас пригласить знахарку, анализы она брать умеет, я точно знаю. Можно взять у меня кровь, могу в баночку пописать, что хотите. Любой анализ покажет, что я уже давно не пил. Также он покажет, что во мне была лошадиная доза снотворного, которую мне любезно прописал Тиррел вместо общеукрепляющего.

– А если ты не алкоголик, то что ты делал в центре «Око трезвости»?

– Выполнял поручение моего работодателя – Дерека Морта, хозяина «Шилонена». Его завскладом погиб, упав с крыши центра. Сыщики решили, что это самоубийство, но Морт не поверил и попросил меня разобраться. Для этого я притворился алкоголиком, а Эриш сдал меня врачам. Его самого тоже насторожила эта ситуация, и он решил мне помочь, начав следствие. Уже не секрет, что в итоге выяснилось, что медсестра центра Милена Дрейк убила двух пациентов и планировала ещё и меня на тот свет отправить из-за нелюбви к алкоголикам. И тут вдруг доктор Тиррел, вышедший на дежурство, узнал, что я его пациент, и решил, что это прекрасный шанс для всех амаргов Тиеры, которые меня возненавидели. Устроив сейчас это маленькое представление, я окончательно в этом убедился, а также узнал, что эта милая женщина была с ним заодно. И всё бы ничего, но доктор Тиррел знал, какими лекарствами меня накачала Милена, я сам ему рассказал. После них выпить столько, сколько мог бы сорвавшийся алкоголик, было смертельно опасно. И Тиррел это понимал. Так что, думаю, он хотел, чтобы я с позором отошёл к праотцам у вас на глазах. А это уже покушение на убийство или, по крайней мере, причинение тяжкого вреда здоровью. Кстати, он же, наверное, тоже сейчас сюда примчится, чтобы убедиться в успехе своего плана.

– Если кто-то из вас всё ещё не верит господину Эскоту, – проговорил Макс, – то хочу вас заверить: он не алкоголик. Это я знаю наверняка. Надеюсь, никто из вас не усомнится в моей правоте.

Юстас улыбнулся: он знал, как амарги верят губернатору. Вернер сделал очень многое, чтобы добиться любви Тиеры, и оба Эскота помогли ему в этом. Другой вопрос, какой ценой, но сейчас Юстас не хотел вспоминать об этом. Результат был важнее.

– Там Тиррел! – крикнул кто-то. Толпа расступилась, и все увидели доктора, который замер на месте, понимая, что внезапно стал центром внимания.

– Допросить вас под гипнозом? – предложил Эриш. – Или полагаете, нам хватит показаний вашей сообщницы?

– Что происходит? – спросил Тиррел.

– Они всё знают, – растерянно проговорила амарга. – И Юстас не алкоголик. И он не пил, он притворялся.

– Я просто хотел, чтобы… – доктор замолчал.

– Что я сделал тебе лично? – подойдя ближе, спросил Юстас. – Из-за чего всё это?

– Ты работал на Тода. А он стоял за жертвоприношениями. Погибшим был мой старший брат.

– Погибшим был бродяга, – вмешался Эриш. – Сектанты специально выбрали человека, которого никто не станет искать. И дело случая, что этого бродягу любил двор, в котором он жил, и они попросили помочь его разыскать, когда он исчез.

– Этот бродяга был моим единокровным братом.

– И как же так случилось, что он стал бродягой?

– Мой отец вычеркнул его из завещания, когда узнал, что брат хочет жениться на проститутке. Невеста, кстати, его бросила, когда выяснилось, что у него больше ничего нет. Брат запил и окончательно всё потерял. Потом завязал и стал бродяжничать.

– И ты просто смотрел на это?

– Что я мог? Это его жизнь. Он сам сделал такой выбор.

– А ты сделал свой. Я обещал тебя арестовать, так я выполняю своё обещание.

– Жаль, что тут нет госпожи Далтон, – вдруг сказал Юстас. – Как психолог она бы сейчас тебе объяснила, что ты захотел переложить вину за гибель брата со своих плеч на мои. Так проще жить, не так ли? И знаешь, что я тебе скажу? Твоего брата принесли в жертву ещё до нашего знакомства с Тодом. Я начал на него работать уже после жертвоприношений. А о его связи с ними было объявлено, лишь когда открылась его вина в эпидемии. Хотя… я тебе уже говорил, не Тод совершал кровавые обряды, а сектанты-фанатики. Вот же не повезло «Оку трезвости» – потеряли сразу двух сотрудников.

Эриш увёз Тиррела и его сообщницу, а Мартин предложил Юстасу поехать с ним и Максом, на что тот согласился, решив оставить амаргов переваривать всё произошедшее и приходить к каким-то своим выводам.

– Мне и в голову не приходило, что в Тиере так к тебе относятся, – проговорил Вудс уже в машине.

– Я знал, – ответил Юстас.

– Я тоже, – кивнул Макс, сидевший рядом с Тимом, который вёл автомобиль.

– Но почему? – удивился Мартин.

– А как им ещё ко мне относиться? – развёл руками Эскот. – Вспомни себя, когда я работал на Буркхарда. Я ведь до сих пор помню, какими глазами ты на меня смотрел после пожара в Тиере.

– Но ты столько для них делаешь…

– Только они этого не знают и не должны знать.

– Это несправедливо.

– Сложно искать справедливость в нашем мире, но главное, я точно знаю, для чего всё это. Понимаешь?

– Понимаю. Но я всё равно считаю, что так не должно быть.

– Ты романтик, Марти, но это прекрасно. Кто-то должен быть таким.

– Ты прав. Из четырёх людей в машине только Мартин по-настоящему искренен и больше всех нас верит в людей, – проговорил Макс.

– Вы лукавите, – ответил Вудс. – Вы тоже верите. Если бы ты, Макс, не верил, ты не был бы губернатором. Ты, Тим, не работал бы на него. А ты, Юстас, не был бы агентом Бешеной ладьёй. У всех нас одна цель. И у Эриша тоже. Просто идём мы к ней по-разному.

– Марти, у вас в губернаторском дворце случайно нет торта с взбитыми сливками? – вдруг спросил Юстас.

– Нет, но можно заехать в кондитерскую по дороге.

– Тогда поехали. Мне срочно нужен торт, потому что спиртное мне сейчас противопоказано.

– Нам всем иногда нужен торт, – проговорил молчавший до сих пор Тим.

V

Идея устроить показ прямо в «Шилонене» зрела у Морта уже давно, а теперь, когда Юстас разобрался с гибелью Лотера, а его убийца ожидал суда, Дерек решил, что время пришло. Считая себя человеком прогрессивных взглядов, он пригласил на показ исключительно молодых дизайнеров, и Эскот, конечно же, должен был демонстрировать чуть ли не половину одежды. Когда Морт сказал Юстасу, что собирается отправить приглашение на показ не кому-нибудь, а губернатору, Эскот едва не поперхнулся кофе, который он пил в кабинете хозяина «Шилонена».

– Ты же понимаешь, что это высшая степень наглости? – проговорил он.

– Разумеется, – довольно ухмыльнулся Дерек.

– Может быть, не будем переступать черту?

– Разве я собираюсь сделать что-то противозаконное?

– Вернер прекрасно знает, кто ты.

– А я прекрасно знаю, кто он, и что? Или ты думаешь, что он не примет моё приглашение?

– Примет.

– Тогда я не вижу проблемы. Я сегодня же отправлю ему приглашение с курьером.