Юлия Проза – Треугольник (страница 2)
- Такой и была, - капает доктор успокоительное на рану. – Я написала в твоей карте не лекцию по книжке, а итог проведённого с тобой времени. Ты живое доказательство моей работы.
- Но она когда-нибудь вернётся? – будто не слышит Кристина. – Моя прежняя жизнь?
- Время без воспоминаний зависит от сложности травмы. Память возвращается, если дать ей значимые эмоциональные переживания, похожие на прошлые. Восстановление – это всегда индивидуальный процесс, - и второй рецепт. – Ты прямо сейчас можешь перестать искать то, что было до травмы, и сию же минуту начать с нуля, здесь, сидя в этом кресле.
- Узнавать себя заново?
- Твой мозг вспомнил умение выходить из себя, когда возникла похожая для этой вспышки ситуация, – отмечает доктор результат наблюдений. – Значит, где-то заново, а где-то продолжая вспоминать – подобное будет притягивать подобное, - и неожиданно. – Чем тебе нравится Вадим?
Кристина меняется в лице не от вопроса в лоб.
- Что ты сейчас делаешь? – направляет доктор Мозг.
- Хочу ответить на вопрос.
- Когда в тебе есть интерес, который затрагивает живые струны и может затянуть, ты даже не пытаешься юлить и уворачиваться, - улыбается Татьяна. – Значит, нравится?
- Да, - преспокойно отвечает девушка и доктору, и матери, не смущаясь.
- Как мужчина? – продолжает управлять та процессом.
Кристина останавливает течение мыслей, фокусируется, чтобы выхватить из этой реки нужные, и уходит под воду, в своё пространство, огороженное от внешнего вмешательства крепким забором. В этот момент раздумья она чётко слышит, как мужской голос произносит её имя с вопросительной интонацией... Она оборачивается на звук, и мысль, которая приходит в голову, создаёт в прежнем течении воронку.
- У меня был парень.
Она ощущает, как эта вспышка прокатывается по телу длинной, горячей волной, как загораются щёки и колет в пальцах.
- Ты видишь, как он выглядит? – цепляет доктор воспоминание.
- Нет, только услышала, - и начинает грызть ноготь на мизинце.
- Я смотрю, вместе с ним вернулась и старая привычка, - подмечает Татьяна.
- Это так и происходит? – взволнованно дышит пациентка.
- Я попросила тебя перечислить то, что привлекает тебя в мужчине, ты начала копаться и вспомнила мужчину, в котором, возможно, эти привлекательные качества есть. Не исключено, что это может быть отец, или родной брат.
- Исключено, - слишком уверенно отрицает Кристи. – У меня не было брата, я одна, - и прикусывает язык.
- Отлично! – радуется доктор Мозг. – Вот и разобрались с твоими мужчинами.
От нового старого открытия по спине пробегает холодок...
- Моё тело странно реагирует на проблески в голове, - сразу делится пациентка.
- Значит, оно и будет проводником. Этакая лампочка, которая, загораясь во тьме, тут же превращает её в свет.
Самым страшным лучом света оказалось воспоминание об отце. Кристина уже благополучно вышла замуж, исполнив, как джин, все желания участников процесса. Вадиму она ответила взаимностью, потому что считала, что влюблена, и приняла бразды правления в только что построенном им парке-отеле, как пророчила Татьяна Ивановна. В этот день у мамы-волшебницы по части предсказаний был назначен ужин по случаю дня рождения.
Вадим открыл дверцу машины, предлагая Кристине переднее сиденье, и девушка остолбенела... Её как будто раздели и выставили на лютый мороз, который мгновенно сковал все надежды на выживание – одно только сердце билось изо всех сил, сотрясая грудную клетку. Подбородок задрожал, губы разомкнулись, и вместо слов изнутри вылился какой-то набор несвязных звуков.
- Что с тобой? – удивляется Вадим.
- Он был со мной в машине...
- Кто?
- Папа... В день аварии...
Слёзы потоком заливают лицо, и Кристина падает на колени посреди улицы.
- Он жив? – плачет с надрывом всем телом. – Где он?
- Давай вернёмся в дом, - быстро берёт муж ситуацию под контроль, и уже через пять минут девушка кричит не своим голосом в лицо свекрови:
- Почему мне никто не сказал, что смотреть на этот свет ужасно больно?
Потом истеричная тирада обрывистых фраз:
- Он держал за руку... в скорой помощи... я ничего не видела... Было так больно! Так страшно! А он говорил...
- Кристина, - внушительно вмешивается доктор.
- Он был со мной! Я помню! В той машине!
- Это правда.
Девушка трясётся мелкой дрожью, неспособная её прекратить.
- Что с ним?
- Этого ты не помнишь?
Кристина качает головой, как безвольная кукла.
- Скажите уже!
- Он не мог держать тебя за руку в скорой помощи, - гипнотизирующим тоном отвечает Татьяна. – Твой отец был за рулём и погиб на месте аварии.
- И я умерла, - стеклянными глазами смотрит девушка в прошлое.
Вадим садится очень близко, а доктор опускается на колени перед диваном.
- Неужели вы будете отрицать?
- Тебе делали искусственное дыхание. Потом кома.
- Меня прежней нет, - как будто подводит она черту под диагнозом, который не существует.
«Крис...»
И девушка вздрагивает.
- Никто меня так не зовёт, - не оборачивается она на шёпот за спиной.
«Очнись, пожалуйста...»
И тут Кристина понимает, как скрученное судорогой тело расслабляется, позволяя разжать челюсти и нормально вдохнуть.
- Почему вы ничего не сказали? – становится её взгляд ясным, и слёзы отступают.
- Я запретила всем, кто бы мог, говорить с тобой о твоём прошлом, - поднимается доктор с колен, словно миссия выполнена. – Ты сама должна вспомнить, или окончательно забыть.
- Это часть грандиозного плана по ковырянию в моей голове? – усмехается Кристи, и от прежнего смятения не остаётся и следа.
- Пусть будет так, - подписывается доктор Мозг под диагнозом, который не существует.
- Всем? – хмурится девушка. – Есть ещё кто-то кроме тётки?
- Моё лечение – мои правила, - категорично заявляет психотерапевт.
- Я уже не ваш пациент.
Татьяна Ивановна выглядит так, словно знает всё на свете, но не собирается выкладывать карты на стол.
- После аварии прошёл год, - продолжает она. – После реабилитации – полгода. Ты в любой момент можешь спокойно почувствовать себя моей пациенткой, потому что после всех этих сложных «после» - это нормально.
- Я чувствую себя сумасшедшей, – смотрит Кристина на мужа. Её глаза блестят, как при высокой температуре. – Как ты живёшь со мной?