Юлия Обрывина – Сердце Алана 2. Возрождение Эйтала (страница 12)

Лилит на редкость терпелива, но, наконец, она дождалась момента, когда может вернуть Высшему Сознанию должок. И я тоже. Только поэтому она сейчас так играет вожделение.

Я кашляю, чтобы обратить на себя внимание и закончить затянувшийся разговор, но эти двое слишком заняты друг другом. У меня мало времени, и чтобы избавить себя от муки ожидания, я подхожу к трону и громко бью по нему ногой.

Темный фантом сразу оборачивается и спешит занять его, но по его довольной роже я понимаю, что он не откажет мне. Значит, даже у Люцифера есть мозги, или что там у фантомов в башке, кроме пустоты.

Он садится, самодовольно склоняется в мою сторону, оперевшись о подлокотник трона, и заявляет:

– Так и быть. Я отдам тебе часть своей силы, но всего на день.

– И с чем связана такая пунктуальность? – интересуюсь я и подбираю новую скабрезность: – Ты спешишь на сборище фантомов в жерле какого-то вулкана или опять будешь лакомиться горсткой идиотов в одном из Храмов этой дыры?

Он улыбается и спокойно продолжает, будто я его самый близкий друг.

Это раздражает.

– Без всей силы я не смогу оставаться главным, и очередной фантом попытается занять мое место.

Сразу видно, кто их хозяин! Кичиться каменной табуреткой и при этом не видеть, что происходит под его же носом вполне в духе Демиана!

– Так вынеси этот стул в другое место! – восклицаю я. – Какой прок от этого трона, если твоя задница находится здесь? Поверь, я знаю, о чем говорю. Я мог бы одолжить тебе свой черный трон, только я уже обещал его другому… – продолжаю я и обращаюсь к Лилит: – Крошка, ты же справишься с защитой Люцифера хотя бы еще деньков десять?

– У меня тоже есть планы, Ош, и они не менее важные, – отвечает Лилит и поднимает брови в знак несогласия.

– Конечно, столько севиров требуют твоей ласки, – ухмыляюсь я и размышляю: – Похоже, мне придется пересмотреть график.

Люцифер же протягивает мне руку и говорит: “Один день, Ош, и не минутой больше”.

Меня не воодушевляет держать за руку полуголого фантома, но я делаю усилие и брезгливо протягиваю свою, а фантом делает вид, что ничего не замечает, и резко хватает меня за предплечье.

Черная энергия из его искры сразу проникает в мое тело, расползается, как смола, и жжется, будто меня облили кислотой. Я кричу, как раненный зверь, но это длится недолго. Вскоре моя кожа тускнеет и постепенно исчезает, как и чувствительность.

Теперь я не ощущаю ни ветра, ни тепла от тусклых лучей светила, и торжествующе улыбаюсь от нового вида темного идиота.

Фантом стал противным черным сгустком с красными глазами, и должен признать, что эта жуткая физиономия идет ему намного больше!

“Ты сможешь принимать более плотную форму, когда захочешь”, – напоминает Люцифер.

Призрак ни черта не знает про Эйтал. Объявиться там в плотной форме подобно смерти. Растения, питомцы Низуан и сотня слезливых детишек попытаются меня остановить, не говоря об их усталых наставниках.

Я не боюсь, но в прошлый раз, когда Алан заявился в Обитель, они доставили ему немало хлопот, особенно Ифэ. Она только притворяется престарелой принцессой пие́рий, а на самом деле скрывает нож поострее моего интеллекта. А еще там есть пернатый страж, песчаные вихри и дюжина пространственных водоворотов, чтобы поймать меня.

Мамочку я не беру в расчет, она точно задумала что-то изящное, чтоб не только помешать мне, но и выставить полным болваном. Только ничего не выйдет. Старуха скована собственными правилами и должна следить за всеми мирами, а не только за этим.

И все же, она не покидает его, и это наводит на подозрение, что все мы здесь находимся не по своей воле.

Я тянусь к льентерису и вижу, что он выглядит, как серая еле заметная горошина.

– Что с ним? Он должен быть видимым, когда я начну воплощать свой гениальный план, – спрашиваю я.

– Он невидим, только когда находится у тебя, – вмешивается Лилит. – Брось его, и он станет прежним.

Конечно же, все просто!

Подбрасываю горошину и убеждаюсь, что бестия права. Льентерис приобретает обычный вид, как только отрывается от руки.

Теперь все готово! Нужно спешить.

Закрываю глаза и представляю себя под куполом Обители, чтобы сразу появиться там. Я почти уверен, что так же поступают другие фантомы, чтоб преодолеть пространство, но со мной это не срабатывает. Вернее, действует не так, как я ожидал.

Должно быть логово светлых настолько защищено, что вместо комфортного зеленого сада я оказываюсь перед воротами Обители. Именно там, где каждого путника поджидает пернатый приятель.

Оглядываюсь и чувствую ловушку. Стража нет на месте, чего не бывало раньше, а ворота прямо-таки сверкают золотыми лучами, чтобы сделать момент моего появления еще более эпичным.

Мамочка всегда отличалась отменным чувством юмора, и это в ста случаях из ста заканчивалось очень хреново для Алана. Я же всегда выходил с гордо поднятой головой, и этим омрачал все ее веселье, но сейчас я не знаю, что ждет меня дальше, и это нервирует.

Снова пытаюсь переместиться в Обитель, минуя ворота, но ничего не происходит!

Я должен пройти через них, и это, наверняка, та самая ловушка, которую я так жду. Если увижу какое-то движение в свою сторону, то вернусь на Ниссэал.

Да, мой план не сработает, но это лучше, чем молить старуху об отпущении грехов, если меня поймают.

Я осторожно провожу рукой по прозрачной ткани портала и вхожу в него целиком, как только понимаю, что никакой опасности нет.

Что же ты задумала, старая ведьма? Не могла же ты так просто впустить меня без сопротивления?

Это было слишком легко, как и в прошлый раз. Алана никто не остановил, но страж тогда сидел на месте, а мой прием скорее похож на презрительное молчание.

По ту сторону портала все, как всегда: вдалеке мерцают знакомые купола со снующими внутри эталийцами, несколько вихрей ходит по пустыне, разметая песок, а парочка пространственных водоворотов в виде прозрачных воронок перемещается по поверхности, чтобы затянуть в себя незваных гостей.

Я легко преодолею эти детские преграды, так что не боюсь их, но вдруг происходит нечто, чего даже я не мог представить.

Как только я собираюсь переместиться в сад, ко мне обращается мужской голос, и он доносится откуда-то сверху: “Не так быстро, Ош”.

Чтобы понять, кто это, я поднимаю голову, но меня ожидает новый сюрприз: рядом никого нет.

То ли пернатый играет со мной, то ли старуха начала воплощать свой грязный план, но вместо того, чтобы ожидать нападения стража, я опасаюсь песка.

Он собирается в огромные барханы, и в местах, где просвечивает белое плато, возникают куски асфальта, а с другой стороны – ровный газон. Все это, как пазл, быстро собирается в одно полотно и образует широкую улицу. Из песчаных гор поднимаются деревья, дома и фигуры людей, а мегаполис расширяется, и его очертания уходят за горизонт.

Я оказываюсь у кромки пешеходного перехода. За спиной белая стена. Буквально, будто там заканчивается мир, а вокруг меня какие-то люди ждут зеленого сигнала светофора. Среди них светлые. Обычно я узнаю их по одухотворенным лицам, но сейчас все проще. Они одеты в белые балахоны, чтобы выделяться на фоне серых лиц.

На дороге нет машин, так, зачем здесь пешеходный переход?

Подталкиваю парня перед собой, чтоб сдвинулся и освободил дорогу, но он стоит как вкопанный. Светлая рядом видит мое нетерпение и качает головой, чтобы я прекратил, а затем мило улыбается какой-то старушке, которая явно не понимает, куда попала. Как и я.

С другой стороны мальчик лет десяти выглядывает из-за спины и теребит меня за рукав.

Спешишь пройти? Вперед!

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, что будет дальше, но светлый взглядом призывает его подождать, и тот останавливается.

Что это за место? Я должен быть на Эйтале! Мне нужно уйти отсюда!

Из-за стены выходят еще люди и быстро заполняют все свободное место. У всех ошарашенные лица, кроме псов старухи. Они явно чувствуют себя, как дома. Мне же плевать на весь этот спектакль, и я озираюсь, чтобы найти выход, но бесполезно. Единственное, куда я могу попасть – это другая сторона улицы.

Наконец, светофор сигналит зеленым, и в толпе начинается движение. Каждый шаг по переходу рождает во мне странное чувство, что здесь я просто человек, и мое место зависит от того, что я совершил за время жизни.

Человек? Но я был фантомом!

Только сейчас я замечаю, что вижу свои руки и ощущаю дуновение ветра, пряный запах опавших листьев и влаги. Она повсюду, будто свинцовая туча спустилась до самых крыш и вот-вот разразиться сильным дождем. Это всего лишь непогода, но почему-то она вызывает дежавю.

Куски воспоминаний Алана врываются в мой разум, только я вижу их со стороны, а не являюсь участником, как обычно.

Когда я был в нем, слюнтяй постоянно перебирал их в голове, и я запомнил каждое наизусть, а в этом он стоит под дождем и держит за руку свою подружку.

Даже не хочу вспоминать ее имя…

Они так улыбаются друг другу, что мне тошно, а затем эта девчонка мечется по улице, и Алан хватает ее за плащ, чтобы она не попала под машину.

Черт! Убери это нахрен! Я не хочу больше видеть эти слащавые взгляды и дождь. Проклятый дождь!

Что ты этим хочешь сказать, старая ведьма? Дождь – это предвестие важной встречи? Это отзвук отчаяния или жестокая закономерность? Что я должен увидеть здесь?