Юлия Николаева – Воронья поляна (страница 7)

В это время дверь тихо скрипнула, и на пороге появилась хозяйка дома – баба Зина. В её руках было небольшое ведро, от которого исходил приятный аромат парного молока. Кот, уловив запах, выскочил из своего укрытия прямо под ноги женщине.

– Сейчас, сейчас, подожди, – произнесла баба Зина, мягко отталкивая кота в сторону. Затем она обратилась к Илье и Денису: – Проснулись уже? Утречка доброго вам. Как спалось? Как нога, Денис?

– Всё хорошо, баба Зина. И вам утра доброго, – ответили друзья, поднимаясь.

– Ну и славно, – кивнула хозяйка, – сейчас молочко процежу, позавтракаем, да через часок Андрей уж придёт. Позвонила я ему, рассказала за вас. Обещался зайти.

Кот, не теряя времени, принялся тереться о ноги бабы Зины, выпрашивая угощение. Она, не обращая на него внимания, продолжила:

– А пока давайте-ка умывайтесь, да за стол. Думаю, день сегодня будет хлопотный.

Друзья переглянулись, чувствуя, как утренний воздух наполняет их лёгкие свежестью и бодростью. Баба Зина направилась на кухню, откуда вскоре послышалось ворчание масла, затем донёсся приятный аромат яичницы.

Савельев, как и говорила баба Зина, пришёл через час. Крепкий, высокий мужчина, возрастом примерно под пятьдесят, с седыми волосами и тонким шрамом на лбу над правым глазом.

– Доброго утра, тёть Зин, – поздоровался он с хозяйкой дома, по-свойски обнял её и чмокнул в щёку.

– Здравствуй, здравствуй, сынок, как жив-здоров? Как семейство?

– Да всё хорошо, тёть Зин. Радость у нас: Анютка с внучком через недельку погостить приезжают, ждём.

– Ох, и правда радость, – всплеснула руками баба Зина, – в гости пусть обязательно заходят, рада буду.

– Обязательно, – кивнул Савельев. – Так где же твои гости?

Баба Зина указала на друзей, сидевших на лавочке перед домом.

– Знакомьтесь.

– Андрей Савельев, – представился он и протянул руку.

– Илья, – парень встал и ответил на рукопожатие.

– Денис, – парень с забинтованной эластичным бинтом ногой остался сидеть.

– Ну, рассказывайте, что у вас случилось.

Илья рассказал всё, без утайки.

– Решили мы срезать путь через лес, да не на ту дорогу свернули. Ехали весь день и приехали в никуда. Дорога закончилась, и мы оказались в западне. Ни вперёд, ни назад не двинуться. За помощью к вам в село нас отправил лесничий. Объяснил, как дойти, сказал найти вас, что вы поможете.

Андрей, внимательно слушавший рассказ Ильи, слегка удивился и спросил:

– Лесничий, говоришь? Это кто же такой? Широков, что ли? Почему же он сам не пришёл? Вас в ночь по лесу отправил?

Илья пожал плечами:

– Широков или нет – не знаю, он не сказал фамилию. Сказал, что все его Иванычем зовут. Сам не пошёл в село, потому что в другую сторону шёл, обход у него, времени нет.

Андрей и баба Зина переглянулись, не скрывая изумления на лицах.

– Как ты сказал? Иваныч? Ты ничего не перепутал?

– Нет, точно Иваныч, – ответил Илья.

– Абсолютно точно, – подтвердил Денис. – Он и удостоверение показывал. Только вот рассмотреть его не удалось, стоял он не вплотную.

Савельев нахмурился и задумался, а баба Зина прижала ладонь лицу и сказала:

– Вот так дела!

Андрей, немного поколебался, затем спросил:

– Кто ещё с вами был?

– Нас восемь человек. Моя невеста, её мать с младшим братом, девушка Дениса и двое друзей, – ответил Илья.

– А где же они? Остались в машинах?

– Нет, – ответил Денис. – Их Иваныч в какой-то лесной дом повёл ночевать. Сказал, что мы сможем их оттуда забрать, когда вернёмся с помощью.

Андрей помрачнел.

– А где вы, говорите, застряли?

– Иваныч сказал, что на старой дорогое, где тупик.

При этих словах баба Зина застыла, а Андрей помрачнел ещё больше.

– Скверную историю вы рассказали.

– А что не так? – спросил Илья и его тревога, так и не отпускавшая с утра, усилилась.

Денис тоже заметно занервничал.

Андрей искоса взглянул на бабу Зину, задумался и, немного помолчав, ответил:

– Сам пока не знаю. Но из леса вас надо срочно выручать.

7.

Она мчалась сквозь лес, подгоняемая страхом и отчаянием. Время словно остановилось, и она не видела ничего вокруг – ни корявых стволов деревьев, ни их угрожающего треска, ни оглушительного шелеста листвы. «Обернись, обернись», – пульсировало в её сознании, но она не слушала, продолжая свой безумный бег.

Ей казалось, что если она будет бежать достаточно быстро, то сможет вырваться из этого кошмарного места. Но лес не заканчивался, он только становился гуще, давил на неё своей бесконечностью. Набат в голове становился всё громче: «Обернись!»

Внезапно что-то хлестнуло её по лицу, и она упала. В тот же миг что-то тёплое и склизкое коснулось её кожи. Ужас сковал её, ледяной и липкий, исходящий из самой глубины ее существа. Она попыталась закричать, но не смогла – склизкое нечто заполнило её горло и нос, лишая возможности дышать.

Задыхаясь, она пыталась отбиваться руками и ногами, но нечто обволакивало её, проникало внутрь, заполняло собой. Его тепло было неправильным – одновременно ледяным и обжигающим. «Обернись, обернись», – гремело в её голове, и ей казалось, что череп вот-вот расколется от этого набата.

Она попыталась повернуть голову, но не смогла. Нечто перетекло ей на глаза, и она поняла – слишком поздно. Она погибла.

Страх смерти на мгновение придал ей сил, она дёрнулась, пытаясь сбросить с себя это мерзкое нечто…

И проснулась.

Настя открыла глаза и села, не сразу осознав, что происходит. Из окна лился тусклый предрассветный свет, слышалось ровное дыхание спящих подруг. Это немного успокоило девушку. Она вытянула руку вперёд, та тряслась мелкой дрожью. Поняв, что ей приснился кошмар, она тряхнула головой. «Приснится же такое!» – подумала она.

Настя повернулась, посмотрела на мирно спящих подруг, затем осторожно, стараясь не шуметь, спустилась с печи. В доме было прохладно, и Настя не обратила на это внимание. «Под утро всегда так, становится прохладно. Наверное, я замёрзла, вот и приснился кошмар», – подумала она.

Она на цыпочках пробралась в сенцы, чтобы выйти на свежий воздух и резко остановилась: входная дверь была закрыта. Настя нахмурилась, пытаясь понять, как такое могло произойти. Вчера вечером она точно помнила, что дверь никто не закрывал.

Настя взялась за ручку, чтобы открыть дверь, но она не открылась. Она дёрнула сильнее, но снова ничего не произошло. Внимательно оглядев дверь и косяки, она убедилась, что никаких замков и запоров нет.

Тогда она снова попыталась её открыть. Дверь не поддавалась. «Может, это Матвейка вышел и решил подшутить?» – с тревогой подумала Настя.

Она вернулась в комнату, подошла к кровати у окна. Матвейка крепко спал, разметав во сне руки. Славик и Ирина Яковлевна так же спокойно спали в своих кроватях.

Настя вернулась к двери и снова попыталась ее открыть, приложив максимум усилий. Безрезультатно. Она встревожилась. Что-то в этой ситуации казалось ей неправильным. Она вспомнила, как Иваныч говорил, что нужно держать дверь открытой, и это теперь казалось важным.

Внезапно её осенило: что, если дверь заперта снаружи? Вдруг это вернулись Илья с Денисом и закрыли их? «Ну нет, зачем же им нас запирать?» – одёрнула она саму себя.

Мысли путались, решения не приходили. Настя резко развернулась и направилась в комнату – будить остальных.

– Эй, народ, просыпайтесь! У нас проблема! – громко воскликнула Настя, подойдя к кровати Ирины Яковлевны. – Мам, проснись! У нас проблема, говорю.

– Ты чего орёшь, Насть? Дай людям поспать, – недовольно пробурчала Вика с печи.

– С ума сошла, что ли? – сонно пробормотал Матвейка, пытаясь разлепить глаза.