Юлия Николаева – Мой личный сорт Бонда (страница 4)

Константин всю мою речь стоял, внимательно глядя и неизменно приоткрыв рот. Когда я замолчала, он, потерев в задумчивости переносицу, вздохнул.

– Ситуация, безусловно, неприятная, но, к сожалению, я не могу вам помочь. Скажу только, что через нас чернила заказывают около десяти лиц, некоторые частные, некоторые – фирмы. Но дать по ним данные… Что, если вам рассказать об этом полиции? Они пошлют нам официальный запрос и…

Я так скривилась, что он замолк, может, просто сообразил, что сморозил глупость. Так и будет наша полиция заниматься подобными вещами, конечно.

– Ладно, – махнула я рукой, – я что-нибудь придумаю.

Из магазина я выходила в смешанных чувствах. С одной стороны, все казалось глупостью. Ну чем я вообще занимаюсь? Ищу какие-то чернила, которые вообще не факт, что покупали в магазине… И куда они меня приведут? К мифическому мужику, отправляющему мне послания? Бред какой-то.

С другой, внутренний голос упорно шептал, что я на верном пути, что в этом все что-то есть. Что неизвестно, что ждать от этого посланника и на что он может решиться. Лучше попытаться найти его.

Так я попыталась, попыталась вот. И потерпела неудачу. Никто мне не даст данные без официального запроса. Или…

Я остановилась напротив железной двери, поглазела на нее. Нет, нет, это просто безумие. Да он просто дверь захлопнет перед моим носом, и ничего удивительного в этом, кстати, не будет. Прошлое оно на то и прошлое, чтобы где-то там быть, в сундуке времени. Да и что я ему скажу? Что мне нужно знать, кто пишет этими чернилами? Он решит, что я просто спятила.

Хотя я бы даже не стала рассчитывать на то, что он мне даже откроет. Увидит в глазок и просто уйдет в комнату. Сделает вид, что его нет.

Нет, неужели, правда, не откроет?

Я сама не поняла, как нажала на звонок. Испуганно оторвала руку, прижав к губам. Что я делаю, что я делаю? Сбежать к черту, пока он не открыл. Сбежать немедленно.

– Наверное, доставка, – услышала я в следующий момент, и дверь распахнулась.

И даже в этот момент я все еще думала: сбежать, сорваться вниз и сбежать. Он не последует за мной, это очевидно, тем более, что на нем только домашние штаны и все. А он возмужал, заматерел, хотя взгляд все тот же. И не тот одновременно.

Вадим смотрел на меня, мягко говоря, в шоке. Бежать уже было поздно. Качнув головой, криво усмехнулся, скорее, пытаясь справиться с эмоциями.

– Ты… Что ты здесь делаешь? – спросил меня.

– Мы можем поговорить? – выдавила я, раз уж пришла, надо идти до конца. Вадим на мгновенье растерялся, кинув взгляд за плечо, потом сказал:

– Я не один.

Ну конечно, кто бы сомневался. Странно, что мне от этого на мгновенье стало неприятно. Наверное, не стоит тревожить призраков прошлого, они приносят с собой ненужные эмоции.

– Это недолго.

Несколько секунд Вадим меня разглядывал, как будто всерьез решая, нужно ли ему это все. И я даже решила: откажет, но он кивнул.

– Ну заходи.

Неловко ступила в просторный темный холл, быстро разувшись, прошла за удаляющимся Вадимом. Невольно скользнула взглядом по широким плечам, мускулистой спине. У него от природы хорошая фигура, но сейчас он явно много за собой следит, доводя ее до совершенства.

Квартира, кстати, тоже близка к идеалу, все модное, стильное, чувствуется, что здесь потрудилась команда дизайнером, но стиль хозяина сохранен. По крайней мере, мне так видится. Черненко ненадолго скрылся в комнате, с кем-то говорил, слов я не разобрала. Когда он вернулся, продолжала топтаться в районе дивана, не решаясь сесть.

– Садись, – кивнул он, сам разместился в кресле, положив ноги на журнальный столик перед ним. Я уселась на край дивана, кашлянув.

– Ты бы оделся, – сказала все же. Черненко усмехнулся.

– Ну мы с тобой не чужие люди, переживешь.

Я отвела взгляд. Ладно, никто не обещал легкого разговора. Вообще разговора самого никто не обещал. Но вот я сижу тут напротив него. Не так я представляла нашу встречу. Думала, увидимся на большой тусовке случайно, кивнем друг другу или вовсе сделаем вид, что незнакомы. Я ведь этого и хотела. А сама приперлась к нему домой, свалилась, можно сказать, на голову. И ради чего? Зря, зря я сюда пришла, не стоило.

Вадим хмыкнул, это вернуло в реальность, я подняла на него взгляд. Он рассматривал меня, сложив на груди руки.

– Ты все эти годы ждала момента, чтобы прийти ко мне и помолчать? Скажу честно, выбрала не самый подходящий.

– Извини, – быстро ответила, отводя взгляд. – Мне… Мне нужна помощь в одном деле. У тебя в «Винтаже» продают чернила для перьевых ручек… – да это даже звучит смешно… Зачем, зачем я пришла сюда? – Мне очень надо узнать список тех, кто их заказывает.

Вадим опустил ноги и подался вперед, упираясь локтями в колени.

– Зачем? – спросил коротко.

Я выдохнула. Ну вот, самая косячная часть.

– Я познакомилась с одним мужчиной, – начала говорить, Вадим сузил глаза, взгляд как будто потяжелел. Хотя, наверное, я это выдумываю. – В общем, он мне очень понравился, но у меня не осталось контактов. Я знаю, что он пишет пером и специальными чернилами, вот и решила попытаться найти его.

Черненко прожигал взглядом, я нервно сглотнула, ожидая его ответа. Молчание затягивалось.

– Ну так что? – спросила в итоге.

Вадим, усмехнувшись, откинулся на спинку кресла.

– Я бы тебе помог, но могу, Иринка-Рябинка, не могу, – от этого прозвища внутри что-то екнуло, дрогнуло, словно пробуждаясь ото сна. Стало больно, пока еще где-то далеко. Не до конца понятно. – Понимаешь, как худшее, что случилось в твоей жизни, как виновник всех твоих бед и неудач, как тот, кого ты ненавидишь и тот, кого ты просила никогда не появляться в твоей жизни… Ничего не забыл? – скроил он рожицу, словно вспоминая. Я молчала, чувствуя собирающийся в горле ком. – Кажется, нет. В общем, как вот это все, ничем не могу помочь. А теперь, пожалуйста, покинь мою квартиру, а заодно и жизнь.

Глава 5

Он даже улыбку выдал, холодную такую, что я должна была покрыться слоем льда только взглянув на нее.

Хотелось что-то ответить, но я не смогла. Кивнув, встала и быстро пошла в прихожую. Черненко провожать не вышел, слава богу. Вниз по лестнице я неслась галопом, бежала до скутера и только усевшись на него, принялась глотать воздух, которого так не хватало. На щеках мокрые дорожки. Не хотела плакать, не хотела, а оно само вот так вышло. Боль разрослась, пришла издалека в близко, и выжимала из меня все, что я могла ей дать.

– Я сильнее, сильнее, – процедила, натягивая шлем.

Я ее назад затолкаю, закрою, спрячу, как шесть лет назад. Езда в этом плане помогла, скутер, к счастью, не разогнать до большой скорости, так что аварий меня не ждали. Ждал, наверное, вечер тоски, но я дала себе слово, что не буду вспоминать. Ни за что не буду. Я ведь сама все закончила, сама. Вот и нечего тут слезы лить.

В моем почтовом ящике белело, открыв его, я смогла лицезреть не что иное, как карточку. На этот раз на ней было написано следующее:

"А ты уверена, что хочешь знать, кто я"?

Я закатила глаза. Это что, очередной намек на вездесущность? Дает понять, что следит за мной и знает о каждом шаге, и при этом предостерегает, мол, правда обо мне вам не понравится.

– Типичный мужик, – буркнула я и пошла дальше.

Зато появление карточки отвлекло от мыслей печальных. Впрочем, разгадка мне теперь не светит, Черненко список не даст, а значит, тайна престарелого облезлого Джеймса Бонда таковой и останется. Ну по крайней мере, пока. Записки мне шлют, значит, чего-то хотят, так что крест на этой истории ставить рано.

Я слазила в Интернет, но новостей об ограблении банка не обнаружила. Не желают предавать дело огласке? Вполне возможно, это сильно ударит по репутации. Передали дело в службу безопасности и пытаются пока своими силами разобраться.

Так, ладно, надо мне заняться работой, в конце концов. Я открыла заказ из типографии, два часа честно над ним трудилась, а потом решила прокатиться к зданию банка. Зачем, даже не пыталась понять, но мысли о происходящем не давали сидеть на месте.

Отделение банка располагалось на углу с Двинской улицей, эдаким оазисом зелени недалеко от центра. Улочка была пешеходная, плотно засаженная деревьями и кустарниками, с одной стороны шел длинный решетчатый забор, огораживающий когда-то оружейный завод. На первом этаже и располагалось отделение банка, вход был с проспекта.

С другой стороны улица Двинская пестрила поворотами во дворы, так что для грабителя место явно удачное. Хотя до того места, где мы с ним встретились, бежал он не меньше пятнадцати минут.

– Все это как-то подозрительно странно, – пробормотала я и, немного подумав, свернула на скутере на Двинскую улицу.

Неспешно проехалась по дворам, двигая в сторону места нашей встречи, и скоро оказалась там. Замерла, заглядывая в окна первого этажа в надежде увидеть старичка-консьержа, но все они были плотно зашторены. Мне повезло, он нашел меня сам. Я все еще пялилась, когда сзади раздался скрипучий голос:

– Ирина, здравствуй.

Обернувшись, увидела невысокого сутулого дедушку, абсолютно седого, сухощавого, передвигавшегося с помощью палочки. В руках у него была клетчатая сумка.

– Добрый день, Семен Семенович, – улыбнулась я, вспомнив имя старичка.

– Ты не ко мне? А то тут приходили люди…