Юлия Назарян – Маги острова Финадель и их волшебный друг Ди-ди (страница 5)

– Не знаю. Жалко мне его. В общем, злится он на тебя оттого, что весь свой профессионализм, с удовольствием променял бы на отпечаток родительской любви, который видит на твоем лице.

– А может, и те собаки злились на котенка не из-за того, что они злые, а из-за того, что он домашний, а у них нет дома? – предположил Кристиан. – Тогда их тоже жалко….

– Жалко, – согласилась Ловика. – Но котят все равно обижать нельзя.

– Нельзя, – кивнул Кристиан и, вдруг, во второй раз почувствовал дрожь земли под ногами. – Это тоже последствия моего чудо-чудачества, да?

– Нет, – обеспокоенная Ловика кивнула в сторону учительницы. – Та, словно застыв, смотрела на море с возрастающей тревогой во взгляде.

– Небо мрачнеет…, кажется, будет ураган, – сказал кто-то из мальчиков, дрожащим толи от холода, толи от страха голосом.

– Это он, – прошептала учительница. – Когда же он, наконец, окончательно успокоится. Ведь уже столько лет прошло.

– Кто он? – тоже шепотом спросил Кристиан.

– Директор школы подводных волшебников, – ответила Ловика почти неслышно. – Это очень старая история. Почти такая же старая и забытая, как легенда о дельфине. А вот последствия той истории…. С ними волшебникам нашего мира, видимо, приходится бороться до сих пор.

Ястела Торбод судорожным движением руки дернула свою накидку. Но, не обнаружив в ее потайном кармане удочки, велела детям не предпринимать никаких действий, и очень быстрым шагом направилась к школе.

– Что же там происходит? – задала вопрос одна из девочек, подойдя вплотную к воде и старательно вглядываясь вдаль.

– Отойди оттуда, – почти приказала Ловика. – Это опасно.

– Да пустяки это все, – усмехнулся Даниэль и, оттолкнув одноклассницу от воды, сам встал на ее место. – Если вам так хочется, можете продолжать дрожать. Но я с вашим ужасом в два счета разберусь. – И он вскинул вверх руку со своей удочкой. Несколько движений, и все дети отчетливо увидели большой корабль, кажущийся крошечным на фоне нависшей над ним гигантской волны.

– Открыл нам завесу тайны и хватит, – Ловика схватила Даниэля за свободную руку. – Отойди. Это опасно!

– Это ты отойди от меня! – Даниэль выдернул руку из рук одноклассницы. – Я сказал, разберусь, – значит, разберусь! Я справлюсь! Кто, если не я? Из нас всех, я самый сильный, и самый подготовленный.

– Да, ты – самый подготовленный. Никто с этим не спорит, – казалось, что от волнения, Ловика готова была расплакаться. – Ты – особенный. Но луч у тебя такой же, как и у всех нас! Серебряный! А с серебряным лучом за такое серьезное дело не стоит и браться!

– Ну и пусть я обладаю лишь серебряным лучом…, пока. Зато у меня есть чайка.

– Что за чайка? – не понял Кристиан.

– Она рождается из дара в сердце и указывает, где можно поймать более сильное волшебство. – Почти протараторила Ловика. – Ее выпускают из сердца редко, – только тогда, когда особенная сила особенно сильно нужна. И это не у всех получается. Надо долго практиковаться.

– Кому-то и практиковаться бесполезно. – Даниэль, не опуская удочки, бросил на Кристиана взгляд, говорящий, что вот теперь настал его звездный час, и Кристиану пора спуститься…, точнее, свалиться с пьедестала победителя. – Если дара нет, откуда взяться чайке?

– А в чем разница между серебряным и золотым лучом? – Новый вопрос Кристиан задал не только из любопытства, но и потому, что хотел отвлечь Даниэля от того, что он собирался сделать.

– Золотой луч – это более могущественный инструмент! Он может управлять волшебством, подвластным лишь опытным волшебникам! – ответил Даниэль. – И он у меня будет! Очень скоро! Возможно даже, сразу после того, как я одолею эту волну.

– Она все растет! – сказал кто-то из мальчиков. – Мне что-то страшно. Может, вернемся в школу, а?

– Я не сдвинусь с места, пока…, – оглянувшись на школу, из которой в этот момент появилась учительница, Даниэль прервал сам себя и, выгнув грудь вперед, закрыв глаза, принялся выписывать что-то в воздухе обеими руками.

Все затаили дыхание. Из груди Даниэля вырвался свет, и из света родилась белокрылая птица. Она была прекрасна.

Птица покружила над головой своего хозяина, разгоняя над ним черные тучи, и остановилась прямо в воздухе, указывая клювом куда-то вверх. Даниэль махнул удочкой, как кнутом, и серебряный луч выловил из воздуха внезапно проявившееся маленькое золотое солнце.

Учительница приблизилась к детям и, видя, что делает Даниель, вытянула руку вперед, желая его остановить. Но было поздно. Даниэль притянул пойманное волшебство к себе, и тут же метнул его в выросшую до самого неба волну. Свет проник в ее глубину.

– Заглотила наживку! – крикнул Даниэль и, сжав удочку в руках как можно крепче, начал отходить назад. – Сейчас волна потонет. Смотрите и восхищайтесь!

Но магия, заключенная в волне, оказалась сильнее волшебства юного волшебника и, при сокращении серебряного луча, не волна потянулась к Даниэлю, а он… полетел к ней.

– Она заглотила его! – испуганно закричали девочки.

– А чего он ожидал с серебряным лучом?! – спросила Ястела Торбод, уже разгоняя тучи своей чайкой. Над ее головой загорелось новое солнце, превосходящее по размерам солнце Даниэля раз в пять. – С такой волной и с золотым лучом справиться не всем под силу.

– Но вам под силу, – сказала Ловика не очень уверенно.

Волна проглотила второе солнце и скоро улеглась на водную гладь. Небо стало чистым.

– Небо чистое. А где Даниэль? – спросила одна из девочек тонким голоском.

– Он, наверное, попал в черные лапы этого… черного морского директора, – таким же голоском ответил кто-то из мальчиков.

Учительница стояла молча, вглядываясь в глубину. Кристиан понял, что она напугана не меньше своих учеников. Не зная, что еще можно предпринять, он закрыл глаза, и мысленно позвал Ди-ди, умоляя его спасти оказавшегося в страшной опасности мальчика.

И, вдруг, словно разбив зеркало воды, из нее вырвался синий дельфин, окутанный серебряным лучом, выходящим из удочки, лежащего на его спине Даниэля.

Кто-то из девочек заплакал. Кто-то из мальчиков зааплодировал. Следом зааплодировали все дети. Ястела Торбод незаметно стряхнула со щеки слезу.

Оказавшись на берегу, Даниэль, пошатываясь, прошел мимо Кристиана и, бросив на него злой взгляд, опустив голову, пошагал вслед за учительницей, лицо которой стало очень и очень строгим.

– И это вместо благодарности? – шепнула Кристиану Ловика. – Я уверена, что он знает, чьей милостью спасен.

– А ты откуда знаешь? – шепнул в ответ Кристиан. Он отчего-то вовсе не горел желанием хвастать перед всеми тем, что позаботился о Даниэле. – А, прости, забыл. Не могла бы ты… пореже читать мои мысли?

– Да я не нарочно, – искренне призналась Ловика. И потянула друга в сторону школы. – Я не все мысли вылавливаю. Честно-честно. А у Даниэля с Ястелой сейчас будет очень серьезный разговор. Не завидую я ему.

– От тебя что, и учителя не в силах свои мысли спрятать? – удивился Кристиан.

– Да я о разговоре просто догадалась, – усмехнулась девочка. – Нет, учительские мысли я никогда не читаю. Честно-честно.

Глава четвертая

Учителя в надземелье

или

Чудо с крыльями и золотая сила серебряных лучей

После того, как Ди-ди спас Даниэля, Даниэль перестал разговаривать с Кристианом.

Кристиана это очень огорчало. И он не раз пытался подтолкнуть Даниэля к беседе, но тот только фыркал в его сторону и старался держаться подальше. Даже на уроках Даниэль отодвигался от Кристиана настолько далеко, насколько было возможно, рискуя при этом оказаться сидящим не на скамейке, а на полу.

Но были в таком поведении Даниэля и некоторые плюсы – он перестал при каждом удобном случае смеяться над Кристианом. Так что, можно было сказать, что жизнь Кристиана в волшебной школе стала спокойнее. Такой же, после того неспокойного дня, была и жизнь других учеников и жизнь учителей. Так как директор подводной школы тоже, видимо, решил перестать быть общительным и тихо сидел, вероятно, в своем кабинете, на морском дне.

Прошло три месяца. И уже, будучи уверенными в том, что враг из темного прошлого больше не напомнит о себе, учителя и ученики, начали готовиться к самой волнительной поре в школе – годовым и выпускным экзаменам.

– Мне грустно об этом говорить, но, до годовых каникул, остался всего один месяц, – сказала своим ученикам Ястела Торбод. – Однако, расставание не так уж и печально, если думать о том, что оно предшествует новой радостной встрече. Чего же я и вы сами… ждем от вас в этот ближайший месяц?

– Что мы все на отлично справимся с экзаменами, – сказала Ловика.

Даниэль впервые за долгое время бросил взгляд на Кристиана. Кристиан предположил, что прочтет в нем: «Все, кроме тебя», но к своему удивлению, прочел: «Ты точно справишься».

– «Наверное, мне показалось, – подумал Кристиан и перевел взгляд на подругу. – Я же не она – чтение мыслей не мой талант».

– Что ж, посмотрим, на чем нам стоит сконцентрировать все свое внимание и силы в эти дни…., – учительница вскинула руку вверх и прямо в воздухе развернула свиток пергамента, на котором перечислялось все, что детям необходимо было успеть повторить и над чем следовало поработать.

– Ну…, это слишком, – протянул кто-то из мальчиков.

– Вовсе нет, – сказала Ловика, хотя сама была не очень уверена в своих силах. К ее сожалению, экзамена по предмету «Вылавливание тайных мыслей» в школе не было, как не было и самого предмета.