Юлия Набокова – Снегурочка носит мини (страница 27)

— Я как-то сбежал от Нового года во Вьетнам, — признался Станислав. — Там совершенно не ощущаешь праздника: пальмы, песок, арбузы — обычные тропические будни.

— Сбежал? Ты не любишь Новый год? Почему? — стало любопытно ей.

— Так уж с детства повелось. В цирке новогодние каникулы — самая горячая пора. По три представления в день. Мама целыми днями там пропадала со своими тиграми, — признался Станислав, — я ее и не видел. А когда ветеринаром стал, Новый год еще больше невзлюбил. Как конец декабря, так полная клиника котов, обожравшихся елочной мишуры, собак, пострадавших от петард. Работы навалом, тут уж не до праздников… Это тебе хорошо, ты учительница, у тебя каникулы.

— И почему все завидуют учителям из-за каникул? — высказала наболевшее Аня. — При нашей работе каникулы — не прихоть, а необходимость. У меня, если хочешь знать, иногда работа ничуть не легче, чем у дрессировщицы тигров. Такие экземпляры попадаются норовистые, что им палец в рот не клади — голову откусят.

— Но при этом ты свою работу ни на что не променяешь, — с улыбкой заметил Станислав.

— Не променяю, — согласилась Аня. При всех нервах, которые приходится тратить на трудных подростков, при шестидневном графике и проверке контрольных дома, она была влюблена в свою работу, чувствовала, что это ее истинное призвание. В каждого ученика она вкладывала частичку своей души, зажигала искорку интереса к своему предмету, и была счастлива, наблюдая за успехами своих подопечных. Ребята, которые совсем недавно неуверенно складывали иностранные буквы по слогам, сейчас уже могут объясниться на элементарные темы — разве это не чудо?

Как-то она пыталась объяснить это Филиппу, но он ничего не понял. Филипп считал, что она тратит свое время и нервы попусту, лучше бы устроилась переводчиком — и работа не такая затратная, и платят больше. Аня так и не смогла его убедить, что деньги — не главное. А вот Станислав понял. Она сама не заметила, как поведала ему обо всем, а Станислав выслушал ее с интересом и тепло улыбнулся:

— Не слушай никого, Анна. Ты делаешь важное дело, которое любишь. И не вздумай себе изменить!

От этих слов у Анны на сердце потеплело. Почему-то ей было очень важно, что Станислав ее понял. Понял и поддержал. Ведь это так важно — чувствовать поддержку от близких. Ее не понимала Лерка, не понимал Филипп. Даже мама, гордившаяся тем, что ее дочь — учительница, нет-нет, да и вздыхала по поводу небольшой зарплаты.

— Обещаешь? — настойчиво спросил Станислав.

— Обещаю, — легко дала слово Аня.

От настойчивого звонка в дверь оба вздрогнули.

— Кто это? — напряглась Аня. Так незадолго до Нового года в дом ломятся свои. Вряд ли это Регина Викторовна с генералом. Что, если это Лариса?

— Надеюсь, что не сосед с котом, объевшимся мишуры! — озабоченно пробормотал Стас и вышел из комнаты.

Аня настороженно прислушалась. Зазвенели ключи, распахнулась дверь, колокольчиком прозвенел игривый женский голос:

— А это я! Твой новогодний подарок!

Точно — Лариса! Аня похолодела, расправила подол платья и нервно хихикнула. Если Лариса — новогодний подарок, то она сама — новогодний сюрприз! То-то Лариса ей удивится.

Стас с удивлением уставился на Кристину. Судя по шальному взгляду соседки, она уже порядком приложилась к «Вдове Клико». Что, еще бутылку надо открыть?

— А это я! Твой новогодний подарок! — Кристина шагнула через порог, повисла у него на шее и приникла к нему горячим ртом.

— Что ты делаешь? — пробормотал Стас, отстраняясь.

Примчался Шарик, предупредительно гавкнул — мол, нужна моя помощь, хозяин, или ты сам тут?

— Ты завел собаку? — удивилась Кристина, отвлекаясь на пса. — Это просто прекрасно! Будем гулять по парку вчетвером — ты, я, Кэрри и…

— Шарик! — подсказал Стас.

— Шарик? — скривилась Кристина.

Шарик довольно замотал хвостом.

— Ну и имечко! Я буду звать его… Шарлем! — заявила Кристина.

Шарик протестующе гавкнул.

— Кажется, он против, — усмехнулся Стас.

— Ничего, я займусь его воспитанием, — пообещала Кристина и страстно приперла Стаса к стенке.

— Кристина, что ты делаешь? — оторопел он. Юная соседка частенько кокетничала с ним, но никогда не показывала, что он ей по-настоящему интересен. Что же такое на нее сейчас нашло?

— Следую голосу моего сердца. — Кристина положила руку себе на грудь. — Он сказал мне: иди к нему! Открой свои чувства!

— Кто сказал? — сглотнул Стас, отводя взгляд от груди соседки.

— Голос моего сердца! — Смех Кристины зазвенел хрустальным колокольчиком. — Стас, что же ты такой несообразительный?

— Да, соображаю я сегодня и впрямь с трудом, — в замешательстве пробормотал Стас. Поведение соседки ставило его в тупик. Не верил он в эту внезапно вспыхнувшую любовь. На влюбленную женщину соседка была не похожа, а вот отчаянная решимость сквозила в каждом ее взгляде и жесте. Будто бы он, Стас, был ее последним шансом на счастье.

— А этого и не надо! — горячо заверила Кристина. — Я соображу за нас двоих. Уже сообразила. Мы должны быть вместе!

Стас озадаченно уставился в затуманенные очи девушки. Сколько же она выпила-то?

— И навсегда! — после короткой паузы добавила Кристина.

После чего, воспользовавшись замешательством Стаса, снова потянулась к нему с поцелуем. Стас извернулся ужом, Кристина промазала мимо губ, но с не меньшим азартом присосалась к его шее, как голодный вампир. В дверях гостиной показалась Анна.

Хуже и быть не может! Анна попятилась и скрылась в комнате.

— Кристина! — раздраженно прорычал Стас и оттолкнул соседку. Она обиженно взглянула на него снизу вверх, в больших оленьих глазах стояли слезы.

— Кристина, что у тебя случилось? — Он заботливо тронул ее за плечо.

Кристина внезапно бросилась ему на шею и бурно зарыдала.

— Меня никто не люби-и-ит… — прорыдала она. — Я встречаю новый год с подружками и собако-о-о-й… Как старая дева-а-а-а-а! Все по парам, а я одна-а-а-а! И это в двадцать один год!

Шарик сочувственно завыл ей в унисон.

— Кристина, все будет хорошо, — Стас погладил девушку по волосам, по-прежнему недоумевая, почему соседка пришла к нему.

— Ты хороший, — Кристина шмыгнула носом, успокаиваясь, — добрый доктор Айболит.

Да что ж его все сегодня Айболитом-то обзывают, поразился Стас.

— Ты так о Кэрри заботился, когда ей было плохо. Я хочу, чтобы обо мне тоже так заботились! — Она подняла на него заплаканное лицо.

— Кристина, обязательно найдется человек, который о тебе позаботится, — пообещал Стас.

— И я подумала… Новый год все-таки. Чудеса там всякие… А вдруг у нас все сложится? — Кристина с надеждой взглянула на него и огорченно вздохнула: — Я тебе совсем не нравлюсь?

— Кристина, ты красивая обаятельная девушка, — заверил ее Стас. — Но…

— Да ладно, я все понимаю, не судьба! — Кристина криво усмехнулась, поднялась на ноги, заметила свое отражение в зеркале. — Блин! Морда от слез опухла. Смешарик, да и только. Можно я у тебя умоюсь?

Стас открыл дверь ванной. Кристина юркнула внутрь, а он заглянул в гостиную. Анна, сидевшая на диване, испуганно вскочила.

— Прости, пожалуйста, за эту безобразную сцену, — неловко пробормотал Стас.

— А где Лариса? — напряженно спросила Анна.

— Лариса? — удивился он. Вот оно что! Анна не разглядела Кристину и приняла ее за Ларису. Должно быть, она решила, что Стас так соскучился по сбежавшей подружке, что набросился на нее с поцелуями прямо в прихожей, забыв про саму Анну. Нарочно не придумаешь!

В комнату заглянула умытая Кристина, заметила Анну, свечи на столе и смутилась.

— Здрасти! Вы уж простите меня… Ворвалась тут к вам, шороху навела. Не понимаю, что на меня нашло.

— Это все «Вдова Клико», — едко заметил Стас.

Кристина бросила взгляд на часы и подскочила на месте:

— Ой, чуть новый год не пропустила! Я побегу! С наступающим! Сорьки еще раз.

Стас закрыл за ней дверь, вернулся в гостиную с шампанским и двумя бокалами. Анна стояла спиной к окну, залепленному бумажными снежинками, и молча смотрела на него.

— Это была Кристина, соседка, — неловко сказал Стас, ставя бокалы на стол.

— Я поняла, — ледяным голосом ответила Анна.

— У нас с ней никогда ничего не было, — ему было важно оправдаться перед Анной.