Юлия Набокова – Снегурочка носит мини (страница 26)

Станислав проводил ее в гостиную, включил свет. Аня с любопытством огляделась. Комната была просторной, со свежим ремонтом, светлыми стенами и минимумом мебели. На стене напротив углового дивана висел большой плоский телевизор. В углу у окна стоял компьютерный стол с ноутбуком. Ничто здесь, как и во всей квартире, не напоминало о новогоднем празднике. Не было ни елки, ни мишуры, ни забавного снеговика, ни открытки, ни свечей. Строгие настенные часы отсчитывали последний час старого года.

— Что-то не так? — проницательно спросил Станислав, включая телевизор.

— До Нового года час, а у тебя тут так…

— Ура! Новый год встречать будем! — радостно проорал с экрана Кот Матроскин, перебив Аню. — Только у нас даже елки нету!

— Понял, — хмыкнул Станислав. — Непразднично тут у меня? Я вообще-то не собирался встречать Новый год дома.

— Извини, — торопливо сказала Аня. — Я порушила все твои планы.

— Вообще-то не ты, а моя мать.

Кот Матроскин, Шарик и дядя Федор в телевизоре принялись украшать елку старыми вещами с чердака.

— Может, хотя бы снежинки на окна наклеим? — робко предложила Аня.

Станислав удивленно взглянул на нее.

— Снежинки?

Аня кивнула. На днях она украшала окна своего школьного кабинета, а семиклассники с восторгом ей помогали вырезать снежинки из бумаги.

— У тебя есть салфетки и ножницы? — спросила она.

Станислав вышел из комнаты, вернулся с пачкой белых салфеток с мелким синим узором.

— У меня только такие.

— Ничего, — оживилась Аня. — Подойдут!

Она взяла ножницы и принялась колдовать над первой снежинкой. Ножницы отчего-то дрожали — может, из-за того, что Станислав так пристально наблюдал за ней. Сейчас, когда они остались вдвоем, а часы отсчитывали последний час до Нового года, Ане казалось, что в ее жизни происходит что-то важное, что навсегда может изменить ее судьбу. Довольно обманывать себя: Станислав ей нравился. Нравился, со всеми этими его насмешками и загадочными взглядами. Она была даже рада, что Новый год она встретит не с Филиппом, как планировала, а с его другом. И может быть, под бой курантов они даже выпьют шампанского на брудершафт, и Стас ее поцелует. Бывают же новогодние чудеса! Разве она не заслужила себе одно?

Аня развернула свою первую снежинку — она получилась немного кривой, но кружевной и воздушной, показала Станиславу. Он по-мальчишески улыбнулся.

— Хочешь попробовать? — Она протянула ему ножницы.

Станислав, поколебавшись, взял ножницы и салфетку. Сосредоточенно принялся вырезать, словно вспоминая давно забытые навыки.

— В детстве мы с мамой так делали, — сказал он и развернул свою снежинку — неумелую, по-мужски угловатую.

— У тебя здорово получается, — неуверенно похвалила Аня.

Они переглянулись и рассмеялись. Станислав вложил ей в руки ножницы.

— Давай лучше ты. А я принесу воды, чтобы их наклеить.

Анна стояла у окна, и на его стекле одна за другой расцветали снежинки. Это было так красиво и так волшебно, что Стас замер, чтобы не спугнуть это новогоднее чудо. Красивая девушка принесла праздник в его дом. И сейчас Стас ничуть не жалел о том, что его новогодние планы оказались нарушены. Он не променял бы пьяную вечеринку с однокурсниками в ресторане на это удивительное зрелище — снежинки, которые клеила Анна на его окне.

— Можно мне тоже? — Он шагнул к ней, взял одну из лежащих на подоконнике бумажных снежинок. Она была невесомой и такой же хрупкой, как сама Анна.

Осторожно, боясь порвать тонкую бумагу, Стас опустил снежинку в миску с водой и приладил на стекло, бережно разгладив. Один из уголков топорщился, и Анна протянула к нему руку, чтобы приклеить. Не в силах противиться наваждению, Стас накрыл ее пальцы своими. Одновременно с тем за окном взмыл в небо салют — кто-то не утерпел до полуночи. Бумажные снежинки на стекле окрасились золотым. Так красиво! Ладонь Анны трепетала под его рукой, как пойманная бабочка. А на ее лице расцветали огненные узоры от вспыхивающих за окном салютов. Не бабочку он поймал — Жар-птицу!

Звонок в дверь прозвучал, как гром, возвращая Стаса на землю. Он неохотно выпустил руку Анны и пошел открывать.

Мать с победным видом переступила порог, держа хрустальную вазу с салатом оливье, и торжественно внесла ее в гостиную.

— Дети, это вам! — Регина Викторовна вручила салатницу сыну. — Кушайте, веселитесь! А я к Вере — Новый год встречать.

Мать не могла сделать ему более драгоценного подарка на Новый год, чем оставить его вдвоем с Анной, но Стас, как любящий сын, машинально принялся возражать:

— Мам, как же так!

— И не уговаривай! — решительно перебила его мать и, зарумянившись, добавила: — К Вериному мужу брат приехал, вдовый генерал, красавец! Так что не мешай матери устраивать личную жизнь! — Она игриво ткнула сына в грудь, так что он чуть не выронил салат, и шепнула: — Лучше устраивай свою!

Ему показалось, что прежде, чем упорхнуть к своему генералу, мать украдкой подмигнула Анне.

— Ну дела! — выдохнул Стас, сунул салатницу Анне и пошел закрывать дверь.

Аня водрузила салатницу на компьютерный стол, глянула на часы: до Нового года оставалось полчаса. Вернулась к окну. За стеклом, заклеенным бумажными снежинками, вальсировали снежинки настоящие. По двору бежали два парня в шапках Санта-Клаусов — торопились в гости, к праздничному столу. Лерка сейчас, должно быть, пускает фейерверки со своим Колюсиком, подумала она. Мама веселится в компании родственников. А сама Аня в чужом доме, встречает Новый год с мужчиной, которого знает всего несколько часов, и одета в платье его бывшей невесты…

— Такой странный Новый год получается, — сказал Станислав, возвращаясь в комнату. Словно ее мысли прочитал.

— Да уж, странный, — эхом откликнулась Аня и обернулась.

Станислав принес вазу с мандаринами, поставил на компьютерный стол к салату и блюду с пирожками, сказал, извиняясь:

— Вот такой вот у нас небогатый стол. Шампанское потом принесу. Надо бы старый год проводить. Но бутылка шампанского только одна, сбережем ее до полуночи? — Он вопросительно взглянул на Аню.

— Конечно, — поддержала она.

— Сейчас! — вспомнив что-то, Станислав выбежал из комнаты и вернулся, неся две свечи в подсвечниках-бокалах. Поставил их на стол, зажег. По комнате поплыл аромат ванили. Наверное, Лариса выбирала, подумала Аня. Догадка царапнула по сердцу колкой льдинкой. От Ани не укрылось, что свечи уже зажигали. Должно быть, они были свидетелями романтического вечера Станислава и Ларисы. Впрочем, разве ее это должно волновать? Однако волнует, еще как.

— Тебе не нравится? — Станислав с тревогой глянул на нее.

— Нет-нет, все прекрасно! — Аня улыбнулась через силу.

— Ты ведь любишь Новый год? — спросил Станислав.

— Люблю, — кивнула Аня и откровенно поделилась: — Под Новый год со мной часто случается что-то хорошее.

— Но только не в этом году, да? — усмехнулся Станислав.

Аня промолчала. Она пока не знала, что ответить. Может быть, Станислав и есть то новогоднее чудо, которого она всегда так ждет?

— Значит, веришь в новогодние чудеса? — продолжал расспрашивать он.

— Верю. Особенно в те, которые делаются своими руками.

Глаза Станислава сверкнули любопытством, и Аня продолжила:

— Ты и сам, наверное, замечал, что люди перед Новым годом становятся добрее, лучше…

— Что-то я этого не заметил, когда мы в магазине были, — возразил Станислав. — Там такие бои без правил разворачивались — и все из-за банки майонеза или торта.

— Кого-то даже Новый год исправить не может, — огорченно признала Аня. — Но чаще люди все-таки меняются к лучшему. Равнодушные помогают другим, робкие набираются смелости, ворчливые становятся терпимее, унылые улыбаются. Самые занятые родители ведут детей в кино или на елки и сами чуточку становятся детьми. Даже водители на дорогах становятся вежливее. Как будто все понимают: Новый год — это особенное время, когда можно стать лучше, чем ты есть. Начать сначала, изменить жизнь, побороться за счастье.

— А ты сама? — внезапно спросил Станислав. — Хотела бы что-то изменить в своей жизни?

Аня задумалась. Она привыкла подводить итоги года и, проснувшись утром, подумала, что в этом году все для нее складывалось удачно. У нее есть любимая работа, летом сбылась ее давняя мечта — она побывала в Риме. У нее есть мужчина, с которым она будет встречать Новый год. А в следующем году, быть может, будет свадьба и дети… Теперь она понимала, что обманывала себя. Она ведь никогда по-настоящему не верила в любовь Филиппа, не видела в нем мужа. Просто так получилось — Филипп за ней ухаживал, а других вариантов не было… Пожалуй, единственное, чего ей не хватает — это любви. Мужчины, который любил бы ее по-настоящему и которого всем сердцем полюбила бы она сама. Но не признаваться же в этом Станиславу!

— Может, ты бы хотела сменить работу? — нетерпеливо спросил он.

— Нет, — Аня замотала головой. — Я люблю свою работу! Мне нравится учить детей. Я без этого не смогу.

— Тогда, может, хотела бы уехать в другую страну, где всегда лето? Жить в доме, окна которого выходят на море, а занавески развеваются на ветру?

— В таком доме я бы с удовольствием погостила летом, во время каникул, — улыбнулась Аня. — Но жить там постоянно? Нет, я бы не променяла осень с ее золотым листопадом и зиму с ее снежными сугробами на вечное лето. И Новый год надо встречать непременно в России, чтобы за окном кружился снег, как сейчас. Не понимаю тех, кто едет на Новый год в теплые страны. Они же лишают себя этого чудесного праздника!