Юлия Набокова – Осколки снов (СИ) (страница 70)
Луна кинулась за ними вслед и проводила до самой дороги. Шестеро смелых и глупых – вот они кто! Только здоровяку хватило ума остаться в доме с хозяином и девчонкой. Хотя он-то как раз особой смекалкой не отличался.
На трассе они сели в автобус до Москвы. Луна с тревогой заскользила за ними. Видимо, от судьбы не уйдешь. Как она ни предостерегала глупую девочку, та все равно упорно лезет в ловушку. Больше луна ничем не сможет помочь. Ей оставалось только наблюдать, как сбывается предсказание юного художника Деймоса.
Лазарев сдержал слово. Уже смеркалось, когда художник проснулся, и доктор проводил Яра к нему.
Мальчишка сидел на подоконнике, который был весь завален рисунками. Одет он был в такие же, как у Яра, серые штаны и футболку, только на нем они висели мешком и были явно велики.
– Это ты! – Он оживился и спрыгнул навстречу Яру. Несколько листов спланировали на пол, и Яр поднял ближайший.
На рисунке была Красная площадь. Пятеро китайских туристов делали селфи на фоне Спасской башни. А из портала за их спиной выпрыгивали волки. Звери были изображены в прыжке – первый выскочил почти целиком, еще два – на половину, у остальных только успели показаться оскаленные морды.
– Это что? – резко спросил Яр. – Как они там оказались?
Паренек копался на подоконнике среди кипы рисунков, как будто что-то искал, и удивленно обернулся к нему.
– Не знаю. – Он пожал плечами. – Я просто рисую во сне. А проснувшись, сам не понимаю, что…
Он выхватил с подоконника какой-то рисунок и подошел ближе к Яру.
– Но это, кстати, сбылось, – оживился он, глянув на картинку в руках у Яра. – Ночью нарисовал, а утром волки на Красной площади появились. Мне один из тюремщиков видео показал.
– Тюремщиков?
– Ну, я их так называю. Реально, так и сбылось – прямо как нарисовал.
– И что, люди пострадали? – Яр еще раз взглянул на картинку. Представил панику среди гуляющих, крики, хаос…
– Одного блогера чуть не загрызли, пока он видео записывал и к ним поближе подошел. Но полиция вовремя подоспела, перестреляли всех волков. Они как бешеные были, на людей кидались…
– И откуда они только взялись, – поразился Яр.
– Иногда я думаю, – паренек виновато сгорбился, – может, я волшебник? Нарисую – а оно и сбудется, а?
Он выжидающе уставился на Яра, словно тот мог все объяснить.
– Тебя как зовут-то? – спросил Яр.
– Деймос, – с пафосом представился паренек.
– А по-русски?
– Денис, – щеки мальчишки порозовели.
– Не думаю, что дело в тебе, Денис, – успокоил Яр. – Просто ты предчувствуешь будущее, как моя подруга Соня. Она видит вещие сны, которые сбываются до мелочей. А ты будущее рисуешь.
Паренек с надеждой уставился на него.
– Хорошо, если так! А то я уже боюсь рисовать – вдруг однажды какой зомби-апокалипсис намалюю. Или Годзиллу в центре Москвы…
Он замялся, и Яр увидел, что он прячет руку за спиной. Рисунок, который он искал на подоконнике в кипе бумаг, а теперь передумал показывать.
– Что у тебя там? – У Яра появилось недоброе предчувствие.
– Да так, ничего… – Глаза Дениса забегали.
– Новое предсказание? – понял Яр.
– Тебе лучше этого не видеть, – мальчишка потупился. – Я ведь могу ошибаться…
Неужели волки добрались до его друзей? Что, если ребята не пережили эту ночь?
Паренек охнул, когда Яр за секунду переместился к нему за спину и выхватил рисунок. Ему надо знать.
Он бросил взгляд на рисунок, боясь увидеть там истерзанные тела любимой девушки и друзей. Но увидел их целыми и невредимыми – от сердца отлегло. Главное, что живы. Все остальное можно исправить.
Разглядеть детали рисунка он не успел, в палату заглянул Лазарев.
– Пять минут вышли.
Яр украдкой от Лазарева сунул листок под футболку. Рассмотрит спокойно у себя в палате.
– Я же говорю – тюремщики, – буркнул юный художник Яру. – Не знаешь, долго они нас еще тут держать собираются?
Яр ободряюще подмигнул ему и шепнул:
– Скоро мы все отсюда выберемся. Мои друзья что-нибудь придумают.
Денис ответил ему растерянным взглядом:
– Ты что, не видел?..
Лазарев нетерпеливо кашлянул, и Яр поспешил на выход.
– Спасибо, – поблагодарил он доктора.
Тот сухо кивнул. Выглядел он больным и уставшим.
– Как Эмма?.. – спросил Яр, направляясь к своей палате.
Мог бы не спрашивать – и так было понятно по виду доктора.
– Плохо…
– Вы поговорили с Шаховым о кольце? – Яр задержался в дверях своей палаты.
– О кольце? – Лазарев удивился, как будто совершенно забыл о их разговоре.
– Ну, о перстне Стеллы, – напомнил Яр.
– Ах да, о перстне…
Внезапно Лазарев с силой втолкнул его в палату и захлопнул дверь.
Яр подался к окошку, осененный догадкой. Отложенный гипноз!
– Забудь о перстне, – Лазарев криво усмехнулся из-за двери, подтверждая его догадку.
Стелла как-то пронюхала об их разговоре и загипнотизировала доктора, чтобы он не вмешивался. А кодовым послужило слово «перстень»…
Ждать от Лазарева помощи не стоит. Он так же, как и Шахов, во власти Стеллы. Яр чуть не застонал от досады. Но следующие слова Лазарева заставили его похолодеть:
– Эмме недолго осталось мучиться.
– Что вы собираетесь сделать? – Яр заколотил в стекло. Попытался перехватить взгляд Лазарева – вдруг удастся снять с него кодировку Стеллы.
Но доктор отвернулся и зашагал прочь. Верный солдатик Стеллы.
Вот же ведьма! Яр с досадой шибанул кулаком по бронированной двери.
Камера в углу палаты мигнула, следя за ним. А вот и ответ – Стелла если не слышала, то уж точно видела их долгий разговор с доктором сегодня утром, и приняла меры.
Яр отошел к окну и невидящим взглядом уставился на половинку луны.
Надо срочно выбираться отсюда. Надо остановить Стеллу.
Сложенный угол бумаги кольнул бок. Яр и забыл о рисунке, который забрал у Дениса. Встав спиной к камере, он развернул лист. Взглянул на рисунок и остолбенел.