Юлия Набокова – Осколки снов (СИ) (страница 72)

– Врешь, – с ненавистью повторил Шахов.

– Попробовать-то стоило, – Стелла сбросила маску и усмехнулась. Отпираться дальше не было смысла. Да и что он может ей сделать? В ее руках такая сила, что он даже приблизиться к ней не успеет.

– Ты за это заплатишь, – прорычал Шахов и направил на нее пистолет.

Стелла вскинула руку – и пистолет мгновенно перелетел по воздуху к ней.

– Как ты это сделала? – ошеломленно пробормотал Шахов.

– Все мой перстенек, – ласково улыбнулась Стелла, и рубиновое сердце подмигнуло ей.

Днем охрана предупредила ее о разговоре Яра с Лазаревым, и она успела расспросить и загипнотизировать доктора раньше, чем он донес Шахову про кольцо. Рисунок художника, на котором Эмму поднял из комы перстень Бернара, она сразу же сожгла.

– Он еще не такое может, – добавила Стелла. – Жаль, ты этого уже не увидишь.

Она наставила пистолет на Шахова, но тот даже под прицелом не поднял на нее взгляд, а пялился куда-то в открытое окно за ее спиной.

– Может, посмотришь мне в глаза? – раздраженно бросила Стелла. – Хуже уже не будет.

– Да пошла ты! – выдохнул Шахов и обжег ее ненавидящим взглядом.

Стелла торжествующе улыбнулась, поймав его взгляд.

– Прощай, Роман.

Шахов схватился за сердце и пошатнулся от резкой боли, пронзившей грудь. Его лицо стремительно посерело, он захрипел:

– Что ты?..

Стелла усмехнулась. Она уже однажды заставила остановиться сердце колдуна Сильвестра. Второй раз все получилось даже легче. Шахов давно мешал ее планам, настало время от него избавиться.

Ей не понадобился пистолет. Еще несколько секунд – и Шахов замертво упал к ее ногам, с грохотом перевернув стеклянный столик.

– Ты слышала? – вскинулся Лис, стоя на краю крыши и глядя вниз.

Они с Викой только что поднялись наверх и собирались спуститься по пожарной лестнице. Глафира осталась караулить во дворе. А Марк с Соней пошли в подъезд. Лис не хотел упускать Соню из виду и рвался идти с ней, но Марк превосходил его в силе и уступал ему в ловкости. Так что Соня сама настояла на том, чтобы с ней шел Марк, а Лис с Викой поднялись на крышу.

– Похоже на выстрел, – насторожилась Вика.

Лис бросил взгляд на часы – по их плану через пять минут Соня должна взломать замок и ворваться в квартиру с Марком. А они с Викой одновременно проникнут в окно. У них было бы несколько секунд форы, прежде чем Шахов со Стеллой успеют сообразить, что происходит.

Но внезапный грохот нарушил планы.

– Что будем делать? – запаниковала Вика.

– Пошли! – Лис заскользил по пожарной лестнице, а затем метнулся по карнизу к квартире.

Окно было распахнуто настежь, в проеме колыхались белые тюлевые занавески, но внутри было тихо. Лис толкнул раму и спрыгнул с подоконника. Под ногами захрустели осколки, кто-то застонал. Шахов! Стеллы видно не было.

Лис наклонился к мужчине, лежащему среди крупных осколков стекла. Серьезных ран у него не было, только порезы от осколков. Но Шахов умирал – это было понятно сразу.

– Ммм… – замычал Шахов, силясь что-то сказать. – Ммм…

– Эмма? – догадался Лис. Последние мысли умирающего были о дочери, и Лис твердо пообещал: – Мы о ней позаботимся.

Когда Вика скользнула в раскрытое окно, хозяин квартиры уже был мертв.

– Что с ним? – охнула Вика.

– Похоже, сердечный приступ, – пробормотал Лис, а затем закрыл Шахову глаза.

– Как у того колдуна? – вздрогнула Вика. – Это Стелла его укокошила? Она здесь?

Спортсменка бросила испуганный взгляд в темноту коридора.

– Валим, – Лис схватил ее за руку и потащил на выход.

Весь их план рухнул. Стелла, похоже, довела Шахова до инфаркта и скрылась. Но куда делись Соня с Марком?

Лис выбежал в коридор, дверь в квартиру была раскрыта. Он выскочил на площадку, ожидая увидеть друзей там. Но там было пусто.

– А где Соня и Марк? – удивилась Вика. – Они что, не поднимались?

Лис наклонился и подобрал с пола шпильку. Соня была здесь. Она даже успела вынуть шпильку.

– Стелла, – выдохнул он. – Они наткнулись на нее…

– Она их увела? – охнула Вика.

– Быстрее! – Лис метнулся к лифту.

Безопаснее было бы уйти по черной лестнице, чтобы не светиться. Но тогда Стелла точно успеет скрыться, прихватив с собой Соню и Марка.

Двери грузового лифта открылись, и Лис подался вперед, но ему в грудь уперся пистолет.

– А где все? – Лера, сидевшая на крыльце, обернулась на Муромца, вышедшего из избы.

Парень, с повязкой на плече, осоловело смотрел на нее. Лера растерялась. Здоровяку дали двойную дозу снотворного, и он должен был проспать до возвращения ребят из города. Вчера он потерял много крови и ослаб, поэтому лунатики решили не брать его с собой.

– Чего молчишь? Язык проглотила? – Муромец широко зевнул.

– Их нет, – Лера поднялась на ноги и оперлась о поручень.

Ее качало от недельной бессонницы и сейчас она завидовала парню, который так легко вырубился с двух таблеток. Ее снотворное не брало. Она так устала, что ей уже не хотелось жить. Оставалось надеяться только на то, что Соня и ребята вернутся с Яром, и тогда Яр снимет установки своего отца и поможет ей заснуть. О том, что лунатики вернутся ни с чем, Лера старалась не думать…

– Как это – нет? – нахмурился Муромец, почуяв неладное.

У Леры не осталось сил, даже чтобы ему объяснить.

Скрипнула дверь, выпуская Федора на коляске.

– Федор Кузьмич! – взревел богатырь. – Вы хоть мне объясните! Они что, уехали без меня?

– Не шуми.

Под строгим взглядом хозяина Муромец сразу осекся, как пристыженный школьник.

– Так было лучше, – продолжил Федор. – Ты бы им был только помехой.

– Это я-то, помехой? – обиженно вскинулся богатырь. – Да как они без меня!..

– Справятся, – уверенно кивнул Федор. – Уверен, все идет по плану, и сейчас перстень Стеллы уже у них.

– Хорошо бы, – прошелестела Лера. Ее глаза закатились, и она стала заваливаться на крыльцо.

Муромец поймал ее и с легкостью подхватил на руки.

– Кажись, обморок!.. – Он с тревогой повернулся к Федору.

Хозяин откатился в сени, придерживая дверь.

– Скорее неси ее в дом.

Муромец заторопился, осторожно неся свою ношу. Лера казалась совсем бледной и почти не дышала.

Только бы у них получилось, взмолился Федор, глядя на девушку. Еще одной бессонной ночи Лера не переживет.

– Без фокусов, парень!