Юлия Морозова – Эрет Федж (страница 15)

Интересен и тот факт, что паре человек удалось перехитрить Эрета. Но момент крайне спорный: они притворялись мёртвыми после тяжких увечий. Федж уходил, но всё же оставленные им травмы были несовместимы с жизнью. Кто кого переиграл? Либо маньяк «подыграл» жертве и специально оставлял её мучиться, либо он действительно не стал проверять дыхание и ушёл, но пострадавший лишь сам сделал себе хуже, погибая в страшных мучениях и без возможности позвать на помощь.

Эрет никогда никого не пытал, если верить второму варианту. Он либо оставлял в живых, либо убивал без шанса на спасение.

Нет, – подумала я, – он не бессмертен и не гениален. У него есть слабости и ошибки, что подтверждает мою теорию о том, что он человек. Если его поймать с поличным – что он будет делать? Я улыбнулась. Это чертовски просто, как дважды два! Но почему ещё никто не забросил для него удочку?

В некоторых моментах статьи мне требуются уточнения и, по возможности, ещё больше интересных фактов, которые я могу предоставить читателям для общего ознакомления с маньяком. Ужасно смотреть новостные программы о нападениях Эрета, когда ты уже изучила архивы из Информационного центра и знаешь ещё больше любого ведущего. Тем не менее этот материал пойдёт в следующие статьи серии. А для первой части я хочу найти чуть больше об упоминании Феджа на иностранном информационном поле. Мне всё-таки попалась пара иностранных статей, но я чувствую, что могу найти больше.

Пока моя клавиатура жужжала под постоянными нажатиями, мой телефон провибрировал. Я отвлеклась на секунду. Но, схватив мысль за хвост, забыла о мобильном и продолжила делать потрясающую статью, добавляя туда всё больше и больше новых деталей.

Напрочь позабыв о голоде и усталости, я проработала несколько часов, будучи полностью погружённой в статью. Исправив все неточности и ошибки вплоть до последней, я облегчённо выдохнула. На сегодня хватит, – подумала я с лёгкой улыбкой на лице и направилась к телефону.

Кажется, он давал о себе знать пару раз, но я совсем забыла о том, что существую вне своего документы. Как же приятно отвлечься и вернуться в этот насущный мир со своими жанрами, ошибками и идеями!

Пришло сообщение от Давида. Я напряглась: а если там что-то срочное? Моё сердце заныло, и я дрожащими пальцами скорее зашла в мессенджер «ИзСвязи».

– Привет, – написал коллега, – сегодня суббота, без эфира, а я собирался пройтись к студии и, может, пообедать в соседнем бистро. Не хочешь присоединиться? Можем обсудить вопросы по твоей статье.

Я будто впервые увидела свой телефон прежде, чем чувство досады и вины пронзили моё сердце. А если он уже ушёл, что он подумает обо мне? Давид так щедро и добро поступил со мной, а я не удосужилась ответить на сообщение? Я ответила как можно быстрее:

– Прости, я работала над статьёй. Если ты ещё там (или не ушёл), то да, конечно, я только с радостью, – написала я и отправила, плюхнувшись на кровать и закрыв газа рукой. Моё дыхание неровное, частое, и в это мгновение я просто хочу собраться с мыслями. Пока Давид не ответит.

Если всё-таки он уже окончил свой обед, то мне стоит ещё раз хорошенько прошерстить всё интернет-пространство, пока не найду хоть крупицу иноязычного мнения о нашем убийце. Может, с какой-то точки зрения это даже и хорошо, что данная тема не так широко освещена в других странах.

– Только вышел из студии, – написал Давид, и его сообщение я прочла почти сразу, просто пялясь в телефон. Затем я сразу же зашла в мессенджер, и его новое сообщение перебило моё не начатое. – Ты не отвечала, вот я и ушёл сначала по делам. Могу заехать за тобой минут через десять, ты как?

Я улыбнулась его находчивости. Пожалуй, Давид не только отлично чувствует время, но и хорошо продумывает тысячи вариантов развития событий, выбирая не только оптимальный, но и наиболее вероятный. Как же это просто, на первый взгляд, но, узнавая его лучше и лучше, я всё ещё не перестаю поражаться этим человеком. Человеком, и начальником, и коллегой в одном флаконе.

– Спасибо, – неоднозначно ответила я, и коллега вышел из сети.

Я отправила свою почти готовую статью себе по почте, чтобы показать Давиду. После этого я оказалась перед гардеробом. В такую неоднозначно погоду я явно не найду ничего лучше, чем шерстяная строгая юбка с вшитым ремнём через металлические кольца, а также, например, вот эта вязаная белая кофточка. Бежевые цвета создают приятный осенний образ, контрастирующий с голубоватым стилем весны. Чуть завив волосы, насколько это позволяют доступные мне минуты, я добавила каплю естественного макияжа на лоб, глаза и щёки, поставив точку в виде гигиенической помады для губ. Нельзя забывать и о креме для рук – в такую погоду даже у человека с идеальным иммунитетом кожа начнёт капризничать.

Давид уточнил адрес. И я выдохнула, подумав, что зря спешила. Я ответила ему, медленно натягивая белое пальто. Не будет ли в нём так холодно? Синоптики обещают лишь пять градусов тепла без осадков и с небольшим ветром. В последнее время я и не знаю, насколько можно верить их научным предсказаниям. То снегопад, то поздний дождь, разбудивший меня сегодня часов в пять утра. Недолго думая, я подошла к окну, ужаснувшись: город вновь погрузился в белоснежный, постоянно перемещающий под действием ветра снежный туман. Маленькие комочки из снежинок летят в самом разном направлении, отскакивая друг от друга и налетая на ни в чём не повинных пешеходов. Я сглотнула. Точно ли я не сплю? Я вновь подошла к телефону и, заметив отсутствие сообщений от Давида, решила поискать ещё несколько прогнозов на этот день.

Картина не меняется. Будто все сервисы берут информацию из одного источника. Либо же это заговор против меня. Но абсолютно каждый прогноз обещает сегодня отсутствие осадков, а вероятность их появления – всего двадцать процентов!

Но почему-то я занервничала: не отменит ли из-за этого наш обед Давид? Вдруг он одет не по погоде?

– Я стою внизу, – написал он, когда телефон провибрировал в руке.

Его сообщение придало мне бодрости. Нет, это точно не про него. Он не отступит от встречи, если мы оба уже на неё согласились. Лично для меня такой неожиданный, но относительно лёгкий снегопад не преграда.

Я спустилась по лифту, пугающему своими тресками и постоянным шумами, и, позабыв об этом, позволила своему лицу быть окутанным ветром. Я осторожно спустилась по ступенькам, проверила телефон и ключи в кармане, после чего начала искать машину коллеги, насколько это позволяла видимость из-за снега, а также холод, сковывающий по самые кости.

– О, – отозвался мужчина. – Я здесь.

Я повернула голову влево. «Шкода Фабия» ожидал меня совсем рядом. Давид захлопнул водительскую дверь и открыл мне дверь к пассажирскому переднему сидению. На коллеге клетчатое тёмно-серое пальто, в котором ему очевидно не тепло. Странно, но погода настолько загадочна в последнее время, что даже сам Давид, пример для подражания в области провидения в быту, не смог предугадать её капризов.

– Спасибо, – сказала я, сев рядом с ним. Мужчина, замёрзнув, просто кивнул и, скорее спрятавшись в нагретом салоне автомобиля, завёл его.

Не успели мы проехать и двести метров от моего дома, как он выключил странноватую мелодию по радио:

– Как дела? Как съездили вчера?

Его слова вновь напомнили о наших похождениях с Натали, о моих беспокойных снах и мыслях, чьи мрачные оттенки преследуют меня до сих пор.

– Отлично, всё получилось, – в общих чертах ответила я, после небольшой паузы выложив всё, что было у меня на сердце. Это и разговор с полицейским Михаилом, и все ужасные истории, прочитанные нами с Натали, все картинки, которые мы не должны были видеть, все странные звуки и шёпоты, послышавшиеся нам обеим – всё, что оставило отпечаток от вчерашних поисках правды.

– Кошмар. – Давид свернул к студии. Он не заезжает на парковку, а ставит машину просто параллельно бордюру. Раньше, проходя мимо автомобиля, я и не думала, что оно принадлежит ведущему. – Но вы большие молодцы. Просто у вас от усталости перегрузилось сознание, а из-за темноты оно начало вырисовывать всякое. Такое бывает.

На секунду мне показалось, что он объясняет мне подобные вещи, будто мать объясняет ребёнку причины его страшных снов.

– Конечно, ты прав, – выдохнула я и захлопнула дверь, по привычке идя к студии. Только потом я увидела, как Давид свернул левее, и догнала его. Вывеска перпендикулярно двери и показала название: «Мозаика».

– После обеда, наконец-то, домой, – с необычной для меня лёгкостью и ноткой беспечности сказал мужчина, и я не могла не улыбнуться.

– Да? – С поддельным разочарованием ответила я, имея свои планы. – А я хотела показать свою статью.

Давид широко округлил глаза, будто я заговорила на другом языке:

– Что? Ты уже закончила? – Он широко улыбнулся. – Отлично. Хорошо укладываешься в сроки, – чуть позже он добавил, – это хороший знак.

Я ухмыльнулась, проходя в открытую для меня Давидом дверь. Когда она закрылась за нами, я осмотрелась в ресторане: запах цыплёнка и выпечки вдарили в нос, мгновенно пробуждая аппетит и любовь к жизни.

– Проходи, – сказал мужчина, напомнив о том, что я нахожусь здесь вживую.

– Бронировали столик? – Краем уха услышала я, и Давид уверенно ответил, что нет. Тогда официантка сказала, что будет нас обслуживать этим вечером, и провела к столику около барной стойки, откуда был хорошо виден процесс приготовлении пищи.