Юлия Маслова – Случайно женат на ведьме (страница 38)

Сердитые крики доносятся из открытой двери дома. Джейн останавливается сбоку от порога и вглядывается в мрачную обшитую дубовыми панелями прихожую. Мэри взбегает по ступенькам следом за ней, галоши болтаются у нее на руке. Должно быть, она скинула их и бросилась бежать, чтобы догнать Джейн. Вместе девушки застыли в тени, оставаясь незамеченными и напряженно наблюдая за разворачивающейся драмой.

– Джентльмены, пожалуйста… – Мистер Крейвен стоит прямо под увесистой латунной люстрой, вытянув обе руки вверх, словно разнимает стычку кровожадных боксеров.

Леди Харкорт сидит на диване под резной лестницей, прижимая к своему крючковатому носу маленький стеклянный флакончик с нюхательной солью. Стоящий рядом с ней Джонатан Харкорт опирается одной рукой на столбик перил и проводит пальцами по своим гладким волосам.

– Забирайте моего отца. – Он скинул сюртук, и льняной жилет цвета слоновой кости плотно облегает его стройную фигуру. – Но я прошу вас дать мне неделю или хотя бы несколько дней, чтобы выплатить долги. Пожалуйста, сэр! – Он складывает руки вместе, переплетая пальцы словно в молитве. – Если сейчас все станет известно, налетят стервятники. Наши арендаторы разорятся так же, как и мы, и вряд ли это справедливо по отношению к ним.

Мистер Крейвен роняет руки вдоль тела и склоняет голову.

– Что скажете, мистер Чут? Дайте парню шанс, а? Он прав. Если вы объявите об этом, все кредиторы сэра Джона сразу же набросятся на него, и вы будете вынуждены бороться за каждую монету. У вас гораздо больше шансов вернуть долг, если вы дадите мистеру Харкорту небольшую отсрочку.

Стоящий в дальнем конце вестибюля мистер Чут прищуривает слезящиеся глаза и сжимает ручку своей трости с золотым набалдашником.

– Хорошо. Я согласен. – На его бархатном сюртуке и бриджах в тон вышит радугой шелковых нитей цветочный сад. Даже пряжки на блестящих черных туфлях сверкают бриллиантами и рубинами. – Но что касается сэра Джона, он не покинет Маршалси, пока все причитающиеся мне пенни не вернутся в мою казну. Ты меня понял, мальчик?

– Нет. Вы не можете забрать его. Я вам не позволю! – Леди Харкорт поднимается с дивана, заламывая руки. Ее голос дрожит, как натянутая струна. – Это несправедливо. Я уже потеряла сына. – Она бросает взгляд на бюст на лестничной площадке. Мраморный Эдвин безучастно наблюдает за происходящим своим молочно-белым мертвым взглядом. – А теперь вы забираете и моего мужа тоже. Я этого не потерплю, говорю вам!

Джейн сглатывает. Когда мистер Крейвен увозил Джорджи, она представляла, как побежит за фургоном, крича и плача, вырывая волосы с корнем у себя на голове. Вместо этого она подавила эти первобытные побуждения, сделав в точности так, как велела ее бывшая няня, и поспешила предупредить отца, как послушная девочка.

– Мама, пожалуйста… – Джонатан встает между леди Харкорт и мистером Чутом. – Почему бы тебе не пойти и не прилечь? Прими свое лекарство? – Под мышками у Джонатана видны пятна пота, и он пепельно-бледен. Он поворачивается к своему противнику: – Я понимаю, спасибо, сэр. Я немедленно организую аукцион. Каждая тарелка и оловянная посуда – все, что мы сможем продать, чтобы выручить наличные, – будет продано. Даю вам слово.

– Превосходно. – Мистер Крейвен потирает руки. – Могу я предложить вам пожать друг другу руки, джентльмены?

Мистер Чут поглаживает подбородок, прежде чем схватить ладонь Джонатана и крепко ее пожать.

– Очень хорошо. Очень хорошо. – Мистер Крейвен засовывает большой палец за лацкан пиджака и смотрит на свои карманные часы.

Джейн поджимает губы. Магистрат не упомянул о возможной связи между убийством мадам Ренар и огромными долгами Харкортов. Он больше озабочен поддержанием мира между двумя состоятельными соседями, чем поиском ее убийцы и очищением имени Джорджи. Джейн не может упустить эту возможность надавить на Джонатана.

– И это все? – Она выходит из своего укрытия в прихожую.

– Мисс Остен, что вы здесь делаете? – Взгляд мистера Крейвена перемещается с лица Джейн на ее грязные ботинки и обратно. – Мэри? Это ты, дитя, прячешься в дверях? Я же ясно сказал тебе оставаться дома.

– Джентльменское соглашение? – Ноги Джейн подкашиваются, когда она оказывается лицом к лицу с магистратом. – Они пожали руки, и вы позволите ему выйти сухим из воды?

– Мисс Остен, о чем, черт возьми, вы говорите? Вы не можете просто так врываться сюда.

Джейн тычет дрожащим пальцем прямо в Джонатана.

– Это были вы, не так ли? Вы убили ту бедную женщину прямо в этом доме и бросили ее тело в чулане для белья.

Грудь Джонатана сжимается, когда он сгибается.

– Вы в своем уме?! – Челюсть мистера Крейвена отвисает.

Леди Харкорт истерически визжит, бросаясь к лицу Джейн. Светлые глаза Джонатана распахиваются.

– Мама!

Леди Харкорт замахивается на Джейн. Ее когти так близко, что легкий ветерок касается щеки Джейн и ерошит ее кудри. Девушка отшатывается, но мистер Крейвен ловит леди Харкорт за талию, прежде чем та успевает дотянуться до Джейн.

Джонатан бросается вперед, заключая мать в объятия.

– Пойдем, мама, наверх, в постель. Это было ужасное потрясение, но волноваться не о чем… – Он наполовину тащит, наполовину несет ее вверх по резной лестнице. – Миссис Твистлтон! Немедленно приготовьте мамину настойку.

Экономка выскакивает откуда-то из-за спины Джейн.

– Тише, мэм. – Она подхватывает свои юбки, обнажая шелковые чулки, и взбирается по лестнице следом за Джонатаном и его матерью.

Леди Харкорт оборачивается и смотрит через плечо сына, чтобы ухмыльнуться Джейн. Яд сверкает в ее глазах-бусинках. Каждый нерв в теле Джейн напряжен.

– Мисс Остен, в самом деле! – Мистер Крейвен придвигается ближе. – Вы что, лишились рассудка? Что, черт возьми, могло спровоцировать вас на такое обвинение?

Мэри убирает волосы с лица Джейн.

– С тобой все в порядке? Старая карга чуть не выцарапала тебе глаза.

Джейн слишком грубо отталкивает руку Мэри и вскидывает подбородок, обращаясь к мистеру Крейвену.

– Это вы не в своем уме. Разве вы не видите? – Кровь пульсирует у нее в висках, вызывая головокружение. – Долги сэра Джона наверняка связаны с убийством.

– Могу заверить вас, мисс Остен, это финансовое дело между сэром Джоном и мистером Чутом. Оно не имеет никакого отношения к погибшей женщине. Я уже уладил тот инцидент. Виноват один из бродяг, вторгшихся в поместье сэра Джона.

– Вы все еще верите в это? Даже после того, как не нашли никаких следов бродяг?

– Мисс Остен, как я уже сказал вам вчера вечером, я не предъявлял вашему брату обвинения в убийстве… – Он понижает голос до шепота, его взгляд смягчается, когда он подходит ближе к Джейн. – Пожалуйста, не заставляйте меня делать это…

С тошнотворной ясностью Джейн видит, что обвинения сэра Джона одурачили мистера Крейвена не больше, чем ее. Он искренне верит, что Джорджи виновен не только в краже ожерелья мадам Ренар, но и в ее убийстве. Он действует не из халатности, а из сострадания, и не будет продолжать расследование, потому что боится того, что может обнаружить. Он понимает, что для Джейн и ее семьи будет ужасно, если Джорджи повесят как вора, но было бы еще хуже, если б его осудили как убийцу.

Джорджи будет отказано в самом элементарном из христианских прав – быть похороненным в освященной земле. Вместо этого, после того как его повесят перед глумящейся толпой на городской площади Уинчестера, тело отвезут в Дин, закуют в цепи и публично выставят на обозрение с ближайшей виселицы в качестве жуткого предупреждения любым потенциальным убийцам. Птицам и личинкам могут потребоваться годы, чтобы обглодать его одежду и плоть. Только тогда Остенам разрешат снять его, чтобы похоронить скелет. И даже тогда они не смогут забрать его домой, чтобы похоронить на кладбище при церкви Святого Николая. Джорджи закопают возле перекрестка с колом в сердце, а его душа будет помечена как недостойная искупления даже в последний судный день и обречена вечно скитаться по земле.

Если горе не убьет родителей Джейн, то позор, несомненно, прикончит.

Мэри обнимает Джейн за талию, спасая ее от падения под сокрушительным грузом осознания.

– Я пойду. – Мистер Чут снимает напряжение, приподнимая треуголку в знак приветствия дамам и шаркая к выходу.

Мистер Крейвен поднимает руку, окликая его:

– А вы точно не позволите сэру Джону остаться здесь? Вы, конечно, действуете в пределах своих прав, но…

– Этот хвастун держал меня за дурака. – Мистер Чут взмахивает тростью. – Долговая тюрьма покажет ему, что я не тот человек, с которым можно шутить.

– Как пожелаете. – Мистер Крейвен неторопливо выходит наружу. Мэри следует за ним, увлекая за собой все еще ошеломленную Джейн.

На подъездной дорожке мистер Чут кивает своему слуге и садится в коляску. Судебный пристав взбирается на одну из лошадей, впряженных в почтовую карету, и постукивает хлыстом. С ржанием кони встряхивают гривами и поднимают передние копыта. Карета стонет, и сэр Джон поворачивает голову в сторону Дин-хауса, явно изо всех сил стараясь сохранить самообладание, когда бросает последний взгляд на свое родовое гнездо.

Как только оба экипажа скрываются из виду, мистер Крейвен протягивает Джейн руку.

– Прошу, мисс Остен. Вы позволите мне проводить вас домой?

Джейн смотрит на его подставленный локоть, и непролитые слезы застилают ей глаза.