Юлия Лушина – Заложница ледяного дракона (страница 4)

— Благодарю за сопровождение в столь трудной и опасной дороге. Пожалуйста, переведите мои слова для остальных.

Свен, старший из стражников, растерялся. Ариэла слегка пихнула его локтем. Он исполнил мою просьбу, а затем ответил за всех:

— Это было честью для нас.

Я кивнула и повернулась к дворецкому.

— Идемте, господин Георг.

Мы прошли в главное здание. Ариэла последовала за мной. Холод отступил и наконец-то мы оказались в тепле. Потянулась череда коридоров, оружейных залов. Все здесь дышало стариной. Темные каменные стены украшали головы оленей, кабанов и горных козлов. Жутко, но таковы северные нравы. Вместо картин гобелены, ковры, полотна и плотные шторы. Никакой позолоты, лепнины, росписи или тех же ваз и мраморных скульптур. Зато в обилии стойки с всевозможным оружием, оно же висело на стенах.

По пути нам попадались слуги. На их лицах читалось любопытство, настороженность и даже неприязнь, но я была вынуждена признать: последнее встречалось гораздо реже. Почему же в прошлом мне все виделось в другом свете? Возможно, потому что все это испытывала я сама и невольно сгущала краски. Тот же господин Георг оказался более чем учтив.

— Надеюсь, вам придутся по вкусу покои, — сказал дворецкий и распахнул перед нами тяжелую массивную дверь.

За ней оказалась просторная гостиная, из которой можно было пройти в две спальни с личными уборными. Я прекрасно помнила эти комнаты, с узкими окнами-бойницами и цветными витражами. Дневного света не хватало, поэтому кругом в изобилии висели магкристаллы.

Я подошла к камину, в котором потрескивал огонь. Мой внутренний источник тут же откликнулся на родную стихию, и я испытала ни с чем не передаваемое чувство внутреннего уюта и тепла.

Напротив камина разместили кофейный столик и кресла с кушеткой. Все тонкой баленсийской работы. С моей родины. Смотрелся гарнитур в этой грубой обстановке, с восточными коврами и шкурами, комично. В прошлый раз я недовольно скривилась, в красках представив, как его за бесценок вывезли из Баленсии. Теперь же все виделось иначе. Кто-то позаботился обо мне, достал частичку моего дома, чтобы я не чувствовала себя одиноко.

— Они прекрасны, господин Георг, — сказала я, проведя кончиками пальцев по расшитому шелку обивки.

— Ваши вещи еще не прибыли, и мы взяли на себя смелость подобрать для вас временную одежду. Вы найдете ее в большой спальне, — предупредил дворецкий. — Чуть позже вам принесут еду. Все просьбы или вопросы вы можете передавать через Ариэлу.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Дворецкий поклонился и вышел. Мы с Ариэлой остались вдвоем.

— Идемте, принцесса, я приготовлю для вас ванну и…

— Нет, — я мягко ее перебила. — Ты и так заботилась обо мне всю дорогу. Могу только представить, как сильно ты устала. Поэтому иди отдыхай, уж помыться я могу и сама.

— Вы уверены? — настороженно спросила шанорийка.

— Да, не беспокойся. Я буду в своей комнате. Позови меня, когда принесут еду. Не знаю как ты, а я умираю с голоду.

— Хорошо, давайте я покажу…

Договорить она не успела, я уже прошла в свою комнату. В конце концов мне уже приходилось тут жить. В будущем нужно быть осторожнее и чаще строить из себя дурочку. Иначе у Ариэлы, как и у всех остальных, появятся вопросы. Ведь это я знаю ее несколько лет, а она меня не больше недели.

— О, должно быть это она. Повторюсь, отдыхай, — бросила я и закрыла дверь.

Ух. Наконец-то одна! Прислонившись спиной к двери, я подняла ладонь и призвала силу. Всю дорогу мне не терпелось опробовать свой дар. Проверить, не почудилось ли это ощущение внутри. Вдруг я просто все придумала. Но нет, огонь моментально откликнулся на зов. Небольшое пламя танцевало на моей ладони и дарило приятное тепло.

На глаза навернулись слезы. Мой дар — не сон. Это моя сила и преимущество. Я сжала пальцы в кулак и пламя погасло. Пока хватит. Из книг, да и от магов знакомых, я знала, что огненный дар особенно подвержен влиянию эмоций. Значит, мне очень важен самоконтроль. А еще осторожность. Пока это мой козырь в рукаве и не стоит о нем распространяться. В Эндарии знают, что мой источник «спит», и я не могу пользоваться магией. Пусть все так думают и дальше.

Горячая ванна помогла расслабиться. Ощущение нереальности происходящего, конечно, не отпускало, но все же я приняла тот факт, что невозможное возможно. Все вернулось на три года назад. Проходить второй раз через кошмарное правление Ольдена я не собиралась, а значит мне предстояло многое изменить. Как? Не знаю. Но выбора нет. На кону будущее моей родины, Эмиля, отца, и даже Эндарии. Здесь тоже живут люди. Есть женщины, дети, старики. Я не могу позволить Ольдену снова всех погубить.

Тяжкой ношей эта задача легла на мои плечи, и все же… Вместе с ней появилась и новая надежда. На прекрасное будущее, где и у баленсийцев и эндарийцев все будет хорошо, где вместо вражды появится сотрудничество.

— Ты должна справиться, Мирана, — прошептала я сама себе и окунулась с головой под воду.

Должна во имя мира и жизни тысяч людей.

Глава 2

— Принцесса, какое платье вы выберете? — спросила Ариэла. — Они все помялись, но вот эти два выглядят лучше остальных.

Она держала наряды из плотного шелка. Оба совершенно не подходили для севера. О чем я только думала, когда брала их с собой! Впрочем, в гардеробе двадцатилетней баленсийской принцессы не было ничего подходящего для суровой зимы.

— Убери их подальше. Я надену одно из эндарийских платьев.

— Ох, — выдохнула Ариэла.

Снова на ее лице мелькнул настороженный взгляд. Оно и понятно. В самые первые дни я плакала по ночам и проклинала Эндарию с ее императором. Спали мы в одном шатре, и, естественно, девушка все слышала.

— Принцесса, если вы не хотите, не нужно себя заставлять.

— Хочу. Подбери то, что по-твоему лучше всего подойдет к случаю. Я еще не разбираюсь в местной моде.

— Хорошо!

Ариэла подошла к шкафу и достала платье из шерсти лазурного цвета. Рукава, ворот и подол украшала широкая линия серебряной вышивки. Местная мастерица задумала повторить морозный узор на стекле, и у нее прекрасно это получилось.

— Оно подчеркнет ваши глаза, — сказала девушка, восхищенно разглядывая платье.

Я переоделась. Вынуждена признать, платья северянок в разы удобнее нарядов, которые носили в Баленсии или том же Риолоне. Длинные рукава и верх повторяли изгибы тела, тогда как широкая юбка не сковывала движений. Никаких корсетов, или подъюбников с кольцами. Под платье надевали нательную рубашку из тончайшего хлопка, панталоны и высокие плотные чулки.

Ариэла помогла мне собрать волосы. Я отказалась от высокой прически и попросила сделать колосок, в который вплеталась тонкая нить с серебряными бусинами. В этом наряде я выглядела, как северянка с тем лишь отличием, что моя кожа была более теплого золотистого оттенка. Но это пройдет через год жизни на севере.

— Вам очень идет эндарийский наряд, — сказала Ариэла.

Сама она тоже носила местные платья. Если и существовали наряды более неподходящие для севера, чем баленсийские, то это полупрозрачные шелковые туники Шанории.

В назначенный час Ариэла повела меня в главный корпус крепости. Там располагались тронный зал, залы для приемов гостей и личные покои императора. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а во рту чувствовалась горечь. Я волновалась, но волнение это отличалось от того, что я испытывала в первый раз. Тогда мне было страшно встретиться лицом к лицу с ледяным драконом Эндарии, Агнаром Неопалимым.

Он получил свое прозвище в сражении против мага огня. Лед был настолько силен в крови Агнара, что его не могло растопить даже пламя. Я презирала эндарийского дракона и считала самым главным своим врагом. Дурочка. Агнар был воином, который сражался за свою страну. Мой отец никогда не участвовал в сражениях, а вот Агнар стоял со своими людьми плечом к плечу. Да, во время войны он был врагом каждого баленсийца, но врагом, достойным уважения. Теперь война закончена. Мы проиграли. Пора оставить все это в прошлом и двигаться дальше. Жаль, чтобы понять это, мне понадобилось три года.

Аудиенцию назначили в личном кабинете императора. Ариэла нервничала. Подозреваю, она еще не успела до конца понять, что я из себя представляю. Девушка не знала, чего ожидать от баленсийской принцессы.

Но вот нас пригласили в кабинет. Я прошла по мягкому восточному ковру и оказалась прямо перед императором Агнаром. На секунду у меня перехватило дыхание. «Живой» — пронеслось в голове. Живой и невредимый! Бледный, как и все северяне, но такой же высокий, сильный, уверенный. Сколько ему? Должно быть двадцать восемь. Он в самом расцвете сил. Я помнила его совсем другим. Осунувшимся, почти серым. То, что не смог сделать когда-то маг огня, сделала болезнь. Агнар умер, и на престол взошел его младший брат. Только когда Агнара не стало, я поняла, как ошибалась насчет него. Воспринимала его благородство и щедрость, как должное и не стеснялась показывать неуважение. Двадцатилетняя Мирана видела в себе жертвенную принцессу, а на деле была редкостной дурой. Не ценила тех, кто был добр.

На глаза навернулись слезы, но я вовремя опомнилась.

— Ваше величество!

Я присела в глубоком реверансе.

— Принцесса Мирана, прошу встаньте. У нас на севере достаточно и легкого поклона.