Юлия Лист – Ты умрешь красивой (страница 48)

Эмиль вытянул руки Мелека назад, как на дыбе, и пристегнул их к спинке стула Вериным ремнем. Та ахнула, не ожидая, что можно сделать еще более ужасающее с пленником.

В окна влетели звуки полицейских сирен.

Оседлав дыбу из стула, Эмиль вытащил из переднего кармана джинсов телефон и нажал на кнопку быстрого набора.

– Я взял его, поторопитесь, а то больно буйный.

Наконец он повернулся к Вере. Она увидела, как в неярком свете, исходящем от экрана смартфона сверкнули его зубы в широкой улыбке.

– Включай свет!

Вера повиновалась. Художественный беспорядок, к которому добавились следы борьбы, ярко осветила люстра. Она зажмурилась, Эмиль сжал пальцами глаза, Мелек дернулся, то ли придя в себя, то ли собирался использовать момент, когда все ослеплены, чтобы попытаться бежать. Оседлавший стул Эмиль покачнулся, как на родео.

– Тише, тише, – пожурил он, похлопав Мелека по вывернутым плечам. Он нарочно сделал это сильнее, чем следовало. Пленник застонал. Как же быстро они обменялись ролями!

– Как нога? – выдохнула Вера, глядя на красное пятно на его кеде.

– Не знаю. Я накачался обезболом заранее.

Ввалились темные фигуры в шлемах и масках со штурмовыми винтовками на изготовку – на поимку «Призрака Тюильри» действительно вызвали боевую бригаду. Три белые буквы «BRI» были выбиты на рукавах и спинах спецназовцев. Следом вбежал Кристоф в бронежилете поверх темно-серой рубашки, капитан Велма и несколько полицейских – тоже в бронежилетах, на спинах те же три белые буквы, некоторые с красными повязками «Police».

Обступив Эмиля, оседлавшего маньяка, они замерли, целясь вниз, в голову – лбом пленник таранил паркет. На несколько секунд стало тихо, фигуры застыли.

– Ты не хотел бы узнать, наконец, где Зоя? – вдруг точно из подземелья раздался в тишине надрывный, но ровный голос Мелека.

Взгляды Кристофа и Эмиля встретились.

– Не стрелять, – скомандовал Кристоф. – Никаких резких движений.

– Достань свой телефон из штанов, Эмиль, – продолжил Мелек голосом Ганнибала Лектера, задумавшего вскрыть чью-то голову, – открой отслеживающее приложение и посмотри, не появился ли сигнал от Зои.

Минуту никто не шевелился и, наверное, даже не дышал.

Кристоф взглядом дал понять, что Эмиль может проверить свой телефон.

– Держите его на мушке, – вновь отдал приказ Кристоф и подошел к Эмилю. Мелек упирался лбом в пол, руки вздымались к спинке стоящего на нем стула. Выбраться из такого положения не смог бы, наверное, и Гудини, но один из спецназовцев все же прислонил к его затылку дуло винтовки.

Эмиль открыл «Локатор». Много раз Вера видела, как он выводил это приложение на экран, а потом со злостью сжимал обе кнопки по бокам аппарата, заставляя его померкнуть. Значок телефона Зои темным прямоугольником замер на карте Парижа над улицей Л’Эшикье – в последний раз она была дома вчера утром. Ушла на экскурсию, но до нее не добралась.

Вдруг значок стал цветным и переместился куда-то на сто пятьдесят километров от Парижа в сторону Кале. Эмиль тупо пялился в экран, видимо, получив от своего противника удар куда сильнее, чем тот, что он залепил ему под ребра.

– Мой человек везет Зою в секретное место. Мы договорились, что он включит ее телефон между десятью и полуночью, чтобы вы могли убедиться – я не лгу. Она действительно у меня. Если до полуночи я не дам ему знать, что жив, здоров и невредим, он проломит ей череп и бросит у обочины, как учитель литературы – моего сына.

Эмиль не двигался, продолжая смотреть на экран, будто его заколдовали. Он был таким бледным, что черные волосы казались еще неестественней. Под глазами ясней обозначились темные тени.

– Я должен ехать. – Он встал со стула. Мелек тотчас дернулся, порываясь скинуть с себя стул и подняться. Штурмовик прижал дулом винтовки его голову к полу.

– Он не убьет Зою, если мы его отпустим, – заговорил Эмиль. – Он втюрился в нее, она про него рассказывала. У них роман. А я ни черта тогда не понял!

Его голос сошел на крик.

Кристоф смотрел на племянника, но молчал, не в силах принять решение: отдать приказ увести Мелека или начать выполнять его условия, чтобы спасти племянницу?

– Что ты хочешь? – спросил он, опустив глаза к пленнику.

– Для начала позвольте принять вертикальное положение, у меня проблемы с внутричерепным давлением, нельзя долго находиться в таком неудобном положении.

– Огласи весь список желаний, а мы тебе – свой, – ответил ему Кристоф. – Что ты хочешь?

– Смешной вопрос, комиссар. Конечно, свободу. Дайте мне уйти, и Зоя будет вольна делать то, что захочет. Вы правильно угадали, мы любим друг друга. Но если вы убьете меня – а живым я вам не дамся, – умрет и она. И нас соединят священные узы на небесах.

Эмиль бросился к двери.

– Куда ты, дурень, – схватил его за капюшон толстовки Кристоф. Эмиль насилу устоял на ногах. Вера заметила, каким крепким был кулак комиссара. – Она в ста пятидесяти километрах отсюда. На мотоцикле, что ли, собрался? Мы будем вызывать вертолет.

– Не-ет. – Мелек повернул голову, вытирая пот и кровь со лба о ковер. Одна половина его лица была в крови, другая – в ожогах. Зрелище то еще! Вера даже припомнить не смогла, видела ли она персонажа страшнее. Уж точно он ей будет потом являться по ночам с этим двухцветным лицом, вывернутыми руками и утробным, замогильным голосом, который был таким страшным, потому что его колени сильно давили на грудь. – Нет, никакого вертолета. Наш договор будет построен на взаимном доверии. Вы даруете жизнь нам обоим – мне и Зое. Я обретаю свободу – свободной становится и она.

– Как мы можем тебе верить? – в ярости заорал Эмиль, со всего размаху саданув ему ногой в лицо.

Мелек тотчас начал кашлять кровью, затрещал стул, а может, его связки на руках. Вера зажмурилась, отказываясь быть свидетелем такой жестокости.

– Ты убил около семнадцати человек, в том числе ребенка, и довел до веревки собственную жену! Как мы можем верить такому ублюдку, как ты?

– А придется, у вас нет выбора. Или Зоя станет моей небесной невестой. – Мелек начал смеяться. Стул над ним ходил ходуном, штурмовику пришлось слегка приложить его прикладом по затылку, но даже он был в сто раз нежнее, чем Эмиль.

Тот же ходил по комнате, как разъяренный тигр в клетке. Кристоф вынул рацию и сообщил кому-то, что у задержанного есть заложник, поэтому придется пойти на некоторые уступки. Сделав штурмовикам пару каких-то непонятных жестов пальцами, он указал на дверь и окно. Трое вышли. Их шаги доносились из коридора.

Кристоф развязал ремень на руках Мелека и снял с него стул. Стоя на коленях, тот долго разминал затекшие плечи и запястья, прежде чем подняться на ноги. На лице его застыла торжествующая улыбка Ганнибала Лектера и Джокера в одном флаконе.

В прихожей вдруг раздались сначала шаги, а затем женский вскрик. В гостиную, оттолкнув сначала одного штурмовика, затем другого, ворвалась Зоя.

Глава 22. Есть только причины и следствия

Она стояла в дверях, одетая в белое подвенечное платье с длинной кружевной юбкой и высоким воротником фасона начала двадцатого века, черные волосы разметались по плечам и спине, облепили длинные рукава. За ее спиной – темные фигуры штурмовиков. Она бросилась к Мелеку и обняла, спрятав лицо у него на груди.

– Что ты здесь делаешь? Что вообще происходит?

Штурмовики ввалились обратно в гостиную и, целясь, обступили их кругом.

Некоторое время Зоя и Мелек стояли обнявшись. Он привлек ее к себе, то ли прячась от дул винтовок, то ли в порыве неожиданной нежности. Сначала Вере было не разглядеть их за фигурой одного из спецназовцев, стоявшего с винтовкой на изготовку, но тот шагнул вперед, и Вере наконец открылась удивительно трогательная картина.

Мелек обнимал Зою, уткнувшись носом в ее волосы на макушке. Зоя, ниже него на голову, в белом платье невесты, крепко обвила его руками, прижималась бледными, без помады, губами к груди. Лицо Мелека действительно преобразилось с ее появлением, разгладилось, стало человечнее, он больше не скалился, в глазах сквозило неподдельное чувство.

– Я все знаю, Франсуа, я все знаю… – шептала Зоя. – Чувствовала, что между нами есть некая космическая связь. Я – та, которую ты так долго искал… Я пойду за тобой до конца!

– Прости меня, Зоя, но я уже пришел к своему финишу, кажется… – Он грустно кивнул на направленные на них дула.

– Нет, мы оба пришли. Мы отправимся туда, взявшись за руки. Мы одно целое, нас не разлучат, это невозможно, это не под силу ни одному богу.

– Зоя, ты еще можешь выздороветь… Если бы я встретил тебя раньше… я бы всю свою жизнь посвятил тому, чтобы вылечить тебя, все бы отдал, чтобы ты перестала страдать. Но слишком поздно, я наворотил дел. Слишком поздно. – Взяв за плечи, он попытался оттянуть ее от себя, но Зоя не хотела расцеплять пальцев.

– Нет, нет, нет, пожалуйста, это все бессмысленно. Бессмысленно! Они тебя убьют, и я не смогу жить дальше, я не смогу покончить с собой. Забери меня!

– Зоя, отойди от него, – не выдержал Эмиль и шагнул вперед, но Кристоф выпростал руку, преграждая ему путь.

– Что ты наделал? – Зоя развернулась к брату и закрыла Мелека спиной. – Я люблю его!

Ее лицо исказилось злобой и слезами.

– Уберите оружие! – гневно прокричала она. – Опустите пушки. Есть ли у вас хоть капля человечности?