Юлия Лим – Болотная роща (страница 14)

– Ты была права с самого начала. Не нужно было бродить в лесу. Мы не так уж далеко ушли от тех девчонок, что пропали в джунглях и умерли из-за того, что заблудились.

– Я всегда права. Отныне не спорь со мной, понятно?

Дима пожал плечами и лег на плед. Он закрыл глаза, закинув руки под голову. Провести ночь с Ирой, пусть даже в таких жутких условиях, для него было сплошным удовольствием.

– Ай! – вскрикнула она. – Черт…

Дима услышал стук и открыл глаза.

– Что случилось?

– Батарея слишком сильно нагрелась. Я телефон уронила…

Только Ира потянулась за мобильником, как раздался взрыв. Дополнительный аккумулятор, нагревшись до предела, взорвался, подпалив пожухлое сено. За считанные секунды вспыхнул пожар.

– Бежим! – скомандовал Дима.

Одной рукой он сгреб в охапку все, до чего смог дотянуться, а второй схватил Иру. Они успели выбежать из избушки до того, как начали задыхаться. Огонь охватил дерево, когда они отошли на достаточное расстояние, и теперь дым черным столпом уходил в лунное небо.

11

1

И снова я бегу, спотыкаюсь, закрываюсь руками от веток. Холодный ночной ветер бьет под дых. Я уже не думаю про ритуал, про то, что со мной будет, если меня сразит проклятье. Мне важно увидеть Кощея, обнять Василису и скелетов. Эти существа слишком много для меня значат, чтобы трусливо сбежать и бросить их.

«В детстве я не была трусихой, – думаю я, – меня невозможно было напугать даже Кощеем с его мертвенной кожей и старческими глазами. Почему же сейчас так страшно?»

«Просто ты повзрослела», – замечает Наташка. В этот раз ее мысли совпадают с моими.

– Царевич! – выкрикиваю я, вбегая через раскрытые ворота с коршунами во двор. – Кощей!

Внутри замка царит разруха и пустота. Здесь так тихо, что я похлопываю по ушам и протягиваю «а-а-а», чтобы проверить слух. Рядом раздается копошение. Я вздрагиваю и оборачиваюсь.

На меня смотрят пустые глазницы. Рядом я вижу кости, беспорядочно разбросанные по темной земле.

– Что с вами случилось? – говорю я, присаживаюсь на корточки и беру череп. У него отваливается челюсть. Я поднимаю ее, пытаюсь прикрепить на место.

«Жаль, что они не могут разговаривать. Насколько все было бы проще», – шепчет Наташа.

– Я соберу вас, как только пойму, как это сделать.

Мне приходится оставить скелетов.

– Василиса? Царевна-лягушка? – зову я.

В Тихой роще впервые за время моего пребывания по-настоящему тихо. Мимо пролетает ворона и громко каркает. Это не пугает меня. Я боюсь увидеть мертвыми Кощея и Василису.

Я брожу по замку, проверяю каждую комнату, петляю по коридорам. Силы заканчиваются, и я вспоминаю о леди-колодец.

– Мне нужна ваша помощь, – говорю я, присаживаясь на край.

Я вижу в воде свое отражение и прикладываю ладонь к застежкам кафтана. Он висит на моих плечах, из-под рукавов видны только ногти.

«Чем я могу помочь?»

– Что случилось с Кощеем? Почему он до сих пор не вернулся?

«О, дитя, это длинная и печальная история».

– Так расскажите мне, я готова слушать.

Леди-колодец говорит о том, как царевич в спешке покинул Тихую рощу. Она рассказывает, что он наверняка ушел к Ягине, и мое сердце сжимается в плотный болезненный комок.

– Я должна вызволить его, – говорю я. – Так больше не может продолжаться. Я всегда убегала от своих проблем, прикрывалась скромностью и молчаливостью. Я устала изображать ту, кем я не являюсь!

Я вздрагиваю от раздавшихся хлопков. Оборачиваюсь, чуть не упав в колодец, и вижу красивую девушку. Она стоит передо мной совершенно нагая. Ее это не смущает, зато смущает меня.

– Вам нужно чем-то прикрыться, – говорю я.

– Я найду одежду в замке, царевишна.

С изумлением я узнаю голос Василисы. Она прикладывает тыльные стороны ладоней к бедрам и стоит так, напоминая себя в старом обличье. Ее осанка кажется не такой прямой, как мне почудилось на первый взгляд.

2

– Что здесь произошло? – спросила Василиса. Я рассказала ей то, что сказала мне леди-колодец. – Вот ведь…разбудил Лихо – сиди тихо!

– Как ты стала человеком? – сказала я. – Неужели пришел Иван и расколдовал тебя?

– Кто? Все говорят мне про Ивана, а я его знать не знаю, – Василиса почесала ухо и смачно сплюнула на землю. Вопреки ее прозвищу ее поведение говорило о дурном воспитании. Но кто я такая, чтобы судить? Сама ничем не лучше.

– Это твой муж.

– Нет у меня мужа, – отмахнулась она. – Давай лучше придумаем, как пробраться к Кощею. Только мне нужно сначала одеться. Да и тебе не помешает, кафтан слишком велик.

Стоило Василисе это сказать, как я поняла, что мне холодно. Настолько, что я перестала чувствовать пальцы ног и рук. Замерз даже кончик носа.

– Не знаю, что бы я делала без тебя, – призналась я, и в порыве нахлынувших чувств обняла Василису. – В этом мире никто, кроме тебя и Кощея меня так не поддерживал. Еще был Леший, но…

– Хватит плакаться, давай оденемся, – сказала Василиса, легонько похлопала меня по спине и повела за собой в замок.

Там мы зашли в комнату, затем еще в одну и наконец остановились в третьей. Я почувствовала себя словно в матрешке: столько потайных ходов, а оформление помещений было одинаковым.

– Где это мы?

– Тайный угол царицы, – сказала Василиса. – Схрон вещей, которые она оставила, как только на свет появились царевичи.

– А как ты узнала об этом месте?

– Перебирала ключи, бродил по замку, – Василиса вздохнула. – Когда-то я должна была убирать все эти просторы. Мои руки были в мозолях, спина болела, а лицо я прятала за волосами.

– Почему? Ты ведь красавица! – возразила я, присмотревшись.

В свете луны, пробивающемся сквозь высокие окна, виднелись черты лица Василисы. Она смахивала на юную девушку, ее губы были полными и небольшими, глаза маленькими, но смотрелись на ее овальном лице как кукольные. Натуральные брови лишь украшали ее мимику. Оказалось, что у Василисы темно-русые волосы.

– Я… – она подняла глаза к переносице, поморщилась и посмотрела на меня. – Не помню. Видно, было что-то. Да и чего прошлое ворошить? Мы ведь сюда с другой целью пришли.

Василиса прошла мимо меня и открыла дверцы шкафа. Они заскрипели так громко, что у меня на секунду закружилась голова. Резкие звуки иногда напоминали мне о плохих днях, и я могла впасть в ступор. Сейчас я вспомнила полицейскую сирену в тот день, когда Наташа хотела спрыгнуть из окна многоэтажки. Они приехали не к нам, кто-то ограбил соседей, но я отчаянно желала, чтобы они обратили внимание на нас. К сожалению, до подростковых проблем никому не было дела.

– Тебе нужно не платье, – забубнила Василиса, – что-то другое. Это? Нет. Вот это…не пойдет.

Она выбрасывала одни одежды за другими, а я наблюдала за этим, чувствуя себя маленьким ребенком, которого мама притащила в магазин.

– Вот. В самый раз, – Василиса приложила ко мне штаны и широкую рубаху.

3

Я удивилась, когда одежда села на мне, как влитая. Василиса же нашла скромное платье и оделась в него. Сейчас она напоминала юную царевну, а не ту лягушку-прислугу с засаленным фартуком.

От наших одежд пахло пылью, но мне нравился этот запах. К счастью, у меня не было аллергии.

– Возрадуйся! Ты носишь вещи самой царицы. Вы с ней были одного телосложения, – Василиса взяла меня за руку и заставила покрутиться. Она щупала меня то тут, то там, желая убедиться, что одежда нигде не провисает. – Раз так, значит, тебе и впрямь уготовано стать великой.

– Ты поняла это по одежде?

– Одежда многое может сказать о человеке. Вот ты, например, думала, что царица носила штаны? Или такие просторные рубахи, толком ничего не скрывающие? Я привыкла видеть ее издалека. Она была похожа на духа в изящных платьях, длинных меховых накидках и всегда верхом.

– Можешь еще рассказать о ней? – мной овладело любопытство. Василиса говорила о матери Кощея так свободно и просто, будто они с царицей были знакомы лично.