Юлия (Ли) Ода – Очень большая игра (страница 8)

«Дворецкий», тоже успевший подойти вплотную к столу, серьезно кивнул:

– Вот именно! И хочу довести до вашего сведения, что в сейфе моего работодателя могут оказаться такие бумаги, которые ни в коем случае не следует видеть посторонним. Даже посторонним призракам…

– Что-о?! Да вы совсем уже?.. – хозяин кабинета начал было грозно вставать, но вдруг замер и опять откинулся на спинку кресла, залипнув взглядом на блестящей вещице в руках у посетителя.

– Три минуты, больше не удержу, – хрипло отчитался «дворецкий».

– Понял, – отозвалась девица уже совсем не женским голосом.

И внимательно прошлась взглядом по обстановке каюты: солидный темного дерева стол, крытый плотным серо-зеленым сукном; не менее солидное кожаное кресло возле него – именно там и замер сейчас сам хозяин; шкаф для папок с бумагами у него за спиной; мягкий ковер на полу, гасивший звук шагов… И запах свежего кофе с коньяком – красивым фоном ко всему этому великолепию. О, а вот и две тонкие фарфоровые чашечки, чинно пристроившиеся на затейливом столике возле еще пары кресел, уже для посетителей…

Нужное среди этой лаконичной обстановки нашлось быстро.

Сейф начальника службы охраны лайнера оказался без всяких новомодных штучек типа колесиков с цифрами – тяжелая, но надежная конструкция с двумя ключами, один из которых уже торчал прямо в замке. А вот второй пришлось поискать, но в итоге и он обнаружился в кармане у сомлевшего господина Тисари – много времени это не отняло.

Девица сразу двумя руками провернула их в скважинах, приоткрыла створку и замерла, изучая содержимое.

– Поторопись, – сиплым от напряжения голосом напомнил «дворецкий».

– Угу. – Сдвинув пару папок, та обрадовалась. – Есть!

И меньше чем через минуту кое-что перекочевало в карманы ее широкой юбки, надежно канув в складках, створка оказалась закрыта «как было», а ключ осторожно водворен на место – туда, откуда его взяли.

– Отпускай! – негромко скомандовала «дама» и тут же продолжила словно с полуслова: – Вот и вам, господин Тисари, смотрю, тоже нехорошо, а уж как мы по этому поводу переживаем – словами не передать. Особенно господин Истрони. Ведь случись чего – вся ответственность будет на нем!

Подтверждая сказанное, ее худощавый спутник устало покивал, достал платок и промокнул со лба обильно выступившую испарину – словно он только что поднял и долго держал на весу серьезную тяжесть. Ту самую ответственность, надо полагать. Давившую на него и в самом деле нешуточно, иначе бы он не явился сюда с таким вот анекдотом.

Тисари стряхнул с себя странную заторможенность, и все-таки попытался вмешаться:

– Погодите! Да погодите же, говорю. Ваш работодатель в курсе… э-э… ситуации?

– Нет, конечно! – гордо задрала нос девица. – Еще не хватало, чтобы он принял нас за умалишенных. Но этим визитом мы снимаем с себя всякую ответственность. Всякую! И возлагаем ее прямо на вас.

После чего развернулась и зашагала на выход, не забыв подтолкнуть к нему и своего вконец сдувшегося спутника.

– С-сумасшедший дом! – прошипел он им в спину.

И тем не менее…

Не успела массивная створка закрыться за посетителями, господина Тисари словно под руку что-то толкнуло – он встал, выудил из кармана второй сейфовый ключ, с которым по въевшейся привычке не расставался нигде и никогда, и, чуток повозившись с замками, приоткрыл дверцу собственного хранилища. Чтобы застыть истуканом, разглядывая в его глубинах пустую коробку из-под пирожных. И пытаясь выговорить непослушными побелевшими губами:

– П-призрак?.. Черт!!! Да какого дьявола здесь вообще происходит?!

***

А посетители тем временем миновали приемную, и девица на выходе бросила все еще встрепанному и почему-то уже совсем не элегантному охраннику возле начальственных дверей:

– Думаю, вам сейчас стоит позаботиться о кофе для господина Тисари – ему это будет очень кстати. Вы ведь здесь за секретаршу, правильно?

И коварно прикрыла за собой дверь, прежде чем тот нашелся с ответом.

Чтобы сразу попасть под допрос с пристрастием:

– Эрдари, это что сейчас было? – Ресс Каголи быстро зашагал в сторону их каюты, что никак не мешало ему грозно наседать на свою «спутницу», да еще и за локоть ее придерживать – наверное, чтоб не удрала. – К чему весь этот балаган? Ты во что меня втянул?

– Погоди, – отмахнулся Пепел. – Дай самому сообразить…

– Что-о?! – Шоргуа все же замер посреди коридора. – Хочешь сказать, сам не понял, какого демона сейчас учинил?

– Пока не понял, ага. Но лучше бы сделать это побыстрее.

И увидев, что ресс набирает воздух для новой тирады, теперь уже сам подхватил того под руку и поволок дальше:

– Не здесь! Быстро в каюту, обсуждать будем там и все вместе. Потому как я вообще не соображу, что теперь делать – хоть убей.

Каголи от неожиданности подавился воздухом, но ходу прибавил. Сдается, понял, что ситуация и в самом деле оказалась не только идиотской, но и крайне сложной, раз даже он в затруднении…

Влетев в номер, Пепел сорвал с головы шляпку, привычным уже жестом отправил ее в угол дивана и плюхнулся рядом. Королевская чета, чинно разбиравшая за столом какие-то бумаги, синхронно посмотрела сначала на него, потом на тщательно запирающего дверь Шоргуа, переглянулась и занятие свое отложила в сторону – буквально.

– Что? – поинтересовался от лица обоих Ралт. – Пора эвакуироваться с борта? Пеплу надоело возиться с поисками мины и он решил взорвать ее сам?

– Еще нет. Но мину мы, считай, нашли. И гораздо мощнее, чем могли себе представить. Знаете, с кем я сейчас столкнулся в кабинете начальника здешней охраны?

– Пепел, не тяни! – в голосе Ралта веселья и до этого было немного, но теперь оно пропало совсем.

– Со сьерой Делоризой Шаргелант! – Тянуть он и в самом деле не стал. И добавил в повисшей тишине. – По крайней мере, раньше ее звали именно так.

Шоралт ругнулся, Каги чуть ли не на ощупь нашел кресло и сел, Лина глянула непонимающе:

– А кто это?

– Та ничем не отразимая леди, что в Сиенуре пыталась вытрясти из меня интересные ей сведения, предварительно уложив в постель. И подобный финт она легко проделывает с любым нужным ей мужиком, кроме разве что Шоргуа. – глянул Пепел в сторону замершего Каголи. – Так что, Лина, я бы на твоем месте озаботился насчет короткого поводка для мужа: с длинного его могут и увести.

– Не поняла, – тряхнула головой ресса. – Ты о чем?

– О той истории, когда хотели подставить мою жену вместе с ее отцом.

– Отстранение генерала Сорвени? Какие-то там похищенные чертежи?

– Ну да.

– А при чем тут твоя постель?

– Ралт, она что, не в курсе? – удивился Пепел.

– Нет, – тот упрямо нахмурился, – в эту грязь я ее не посвящал. Незачем.

– Ну так пришло время посвятить! Лин, – Пепел развернулся к его жене, – наша нежданно всплывшая знакомая – смесок. Как я и как Литси. Кстати, а где мелкая? Не вернулась еще?

– Нет. Вся компания пока ищет твои мифические бомбы.

– Странно… что-то они с этим здорово задерживаются… Ну ладно, вернется – будет ей сюрприз в виде внезапно объявившейся тетушки.

– Тетушки? – начала было Лина, но вдруг сообразила: – Те похищенные женщины Фаон? Ты сейчас про дочь одной из них?

– Угу. Так вот, у этой ф-фаоновой дочери дар напрочь отшибать мозги мужикам – с одного взгляда. И потому береги своего Ралти, а то вдруг ей опять захочется какую-нибудь корону. Помнится, были у нее планы на этот счет.

– Подожди, – отмахнулась та, – но ее же посадили вроде? За убийство опекуна?

– Ее? – хмыкнул Пепел. – Посадили? Да перестань! Пара улыбок лучшему адвокату в Сиенуре, еще по паре судьям и присяжным, и наша леди думать забыла об этих мелких неприятностях.

– Что ей было нужно в конторе по охране лайнера? – вмешался обретший голос Каголи, возвращая разговор из области воспоминаний в плоскость более насущную.

– А вот это и есть наш главный вопрос, – кивнул Пепел. – Причем нужно ей было не просто в конторе, а в кабинете ее начальника. И за закрытой дверью, сквозь которую не слышно ни звука – сами только что проверили. Кстати, неплохо бы узнать, на чьи еще кабинеты распространяются здесь ее интересы. А точнее, на чьи постели.

– Фу, Равеслаут, – демонстративно сморщил нос Ралт, покосившись на жену.

– Фу будет если она заберется-таки в мою. Или в твою.

Глава шестая

Литси, снова натянувшая по самые уши картуз помощника механика, вела Эстави в знакомую ей каюту на первой палубе и старалась не улыбаться слишком явно: выглядело бы оно при ее нынешней маскировке странно. Но по жениху она в самом деле здорово соскучилась, и когда говорила ему об этом, была предельно честна. Вранью между ними вообще никогда не было места, начиная еще с общего детства в Таронке – старой крепости на границе с Сиенурой, где мальчишка и был впервые удостоен звания ее неизменного оруженосца. Так оно потом и пошло: самый надежный друг, возлюбленный, а теперь, считай, почти муж. Но вот странно, женихом и невестой их при этом никогда не дразнили. Зачем, когда оно так и есть на самом деле? Какая уж тут дразнилка – чистая правда.

В семье удочеривших ее Ретенауи давно привыкли и к этому раскладу, и к тому, что парня следует воспринимать как неизбежное продолжение их Литси. Так что, когда в пятнадцать она твердо заявила, мол, едет учиться в Шант Эли, потому как ничего кроме лучшей военной академии империи ее в этом плане не устроит, Эстави Нерм, отправился туда вместе с ней, продолжив защищать от всех невзгод уже там. Никакие другие варианты даже не обсуждались особо. Обсудили лишь, кто даст ему туда протекцию, решив в итоге, что, если это сделает министр обороны генерал Сорвени, выглядеть оно будет солиднее. К тому же у парня оказался редкий по силе дар ищейки и смотрелось все вполне логично – военное министерство славилось заботой о пополнении своего состава перспективными кадрами. Не обсуждалось и то, что будущее после академии у них тоже будет общее – настолько все привыкли воспринимать их как единое целое.