Юлия Легина – Тишина (страница 2)
Внезапно ее глаза закатились, лицо скривилось в непонятную гримасу, а из горла раздались хрипящие звуки. Отступив на два шага, я перепуганными глазами наблюдала… я не знаю, что я видела!
– Прошу, побудьте здесь, я схожу за телефоном, – промямлила, двигаясь по направлению к лестнице.
Трубку от домашнего телефона я забрала с собой вниз, поэтому пришлось за ней спуститься. До ушей донесся отвратительный писк. Посмотрев на его источник, обратила внимание, что канал перешел в режим технического перерыва. В десять утра?
Трубка нашлась на журнальном столике рядом с недопитым соком.
Пока возвращалась к лестнице, миссис Райли уже стояла наверху. Ее рот был неестественно широко раскрыт, глаза по-прежнему закатаны.
Дрожащими руками набирая «911», старалась не отводить взгляд от Аманды.
– Черт-черт-черт…
– Прелестно! – возмущенно воскликнула я.
Аманда дернулась и утробно зарычала. От этого звука мурашки побежали по спине. Она бросилась по лестнице, но споткнулась и покатилась по ступенькам. Шокированно наблюдая за происходящим, я отступила еще на пару шагов, испуганно закрывая рот руками.
Миссис Райли лежала и не двигалась. Предположив самое страшное, я аккуратно опустилась на колени и прислонила два пальца к ее шее.
Пульс был, но как мне показалось, слабый.
С облегчением выдохнув, стала подниматься. В голове промелькнула мысль, что можно было бы отвезти Аманду в больницу, но сама до машины я ее не дотащила бы. Значит, придется попросить помощи у соседей.
Живот привычно потянуло вниз, когда переступала порог дома Райли. Доктор Хоффман вчера на приеме говорила, что осталось не более двух недель до родов, а такие «тренировочные» схватки – обычное дело. Подождав, когда тяжесть пройдет, вдохнула и медленно выдохнула.
Уже лучше. Можно идти дальше.
Слева от Райли жила мадам Трюби, а справа те самые Хоффманы. Пожилая мадам вряд ли могла бы помочь мне, а вот миссис Хоффман – вполне.
Не стала обходить идеально подстриженный газон – прошлась прямо по нему. Ситуация не из тех, когда стоит уделять внимание столь поверхностным вещам. В доме соседей раздался ужасный вопль, после которого последовали удары и звуки битой посуды. Замерев на месте от страха, не могла заставить себя сделать еще шаг. Я решила, что можно вернуться в дом и попробовать еще раз набрать службу спасения – вдруг операторы освободились?
Однако развернувшись, увидела, как ко мне стремительно приближается Аманда с совершенно диким выражением лица и устрашающим рыком. Я не успела никак среагировать, только обняла руками живот и зажмурилась.
Женщина с неестественным утробным звуком повалила меня на спину. От удара затылком о землю в глазах потемнело. Все тело болело, но я могла думать только о том, чтобы с ребенком все было в порядке.
– Помогите! На помощь! – вопила я, как не в себя.
Аманда склонилась надо мной и стала, как бешеная, бить кулаками по земле.
Кое-как перевернувшись на бок, приняла позу эмбриона, пока Райли не ударила меня по лицу.
Жгучая боль теперь пульсировала в голове, а во рту появился привкус крови. Сфокусировав взгляд, увидела, что глаза женщины до сих пор закатанные, а из ее горла доносился стрекот.
– М-миссис Р-рай-ли… – заикающимся голосом пролепетала я, надеясь, что это не более, чем припадок.
По щекам скатывались слезы, мешая разглядеть ее лицо. Она застыла и повернула голову ухом ко мне. Может, мне удалось до нее достучаться?
– Аманда…
– Гррраааааа!
От этого крика кровь застыла в жилах, намертво парализуя тело. Я закричала, боясь, что сейчас произойдет самое страшное, но вместо этого услышала треск, после которого Аманда завалилась набок. Часто дыша, чувствовала, как стучали зубы, когда посмотрела на торчащий из ее спины топорик. Мужчина, вонзивший оружие, был мистером Хоффманом – мужем той самой доктора Хоффман, которая и помогла устроиться мне в семью Райли.
Он был потрепан и весь в крови. Взгляд дикий, на лице полное замешательство. Он, так же, как и я, совершенно не имел понятия, что происходило. Молча наклонился и помог встать. Я понимала его чувства – сама пребывала в глубоком шоке.
Внезапно со спины на него налетела девочка лет двенадцати и попыталась расцарапать шею, но мистер Хоффман не растерялся – взяв ее за воротник, рванул вперед, перекидывая через себя.
– Бежим! – крикнул он, хватая меня за руку.
Мы бросились к его машине, а за спиной раздался такой же ужасающий вопль, который исходил от Аманды. На бегу мужчина клацнул автозажиганием, и следом другой кнопкой, активирующей открытие передних дверей автомобиля. Он сел на место водителя и сразу же захлопнул дверцу, тогда как мне пришлось оббежать машину спереди, и только после этого получилось попасть внутрь.
– Пристегнись, – скомандовал Хоффман.
Я сделала, как он сказал и тут же подпрыгнула от того, что по лобовому стеклу застучали руками.
Это были люди…
С широко раскрытыми глазами я смотрела в знакомые лица и не узнавала их, потому что теперь они выглядели перекошенными, с закатанными глазами и проступающими венами на посеревшей коже, а изо рта тянулись непонятные жгутики, похожие на червей. Они издавали страшные звуки, пытались попасть внутрь. Тут я уже не сдержалась, меня переполняли паника и просто неимоверный ужас. Закрыв лицо руками, попыталась просто не думать, хотя бы одну минуту, об этом кошмаре.
Я сразу почувствовала, что мы двинулись с места, но вот убрать руки и посмотреть перед собой не сумела. По крайней мере, не сразу.
Для начала, выровняла дыхание и перестала плакать. Вытерев лицо рукавом, приподняла тунику, чтобы убедиться, что снаружи нет никаких повреждений.
Слава Марии, синяков нет.
Малышка пару раз пнула меня, видимо, решила таким образом показать, что и с ней все в порядке. Я положила ладони на живот.
– Спасибо, детка, – прошептала, машинально поглаживая округлость.
Кажется, начинаю приходить в себя. Реальность постучалась в дверь и все произошедшее нахлынуло просто сногсшибательной волной, грозя отправить в полноценную истерику. В голове с трудом укладывалось то, что случилось, но я ведь не спятила.
Не спятила же?
***
В тишине мы проехали довольно долго. Таунхаус сменился на равнину. Чем стремительнее мы отдалялись от города, тем реже попадались машины. Встречались на обочине и брошенные автомобили
Посмотрев на мистера Хоффмана, отметила, что он вел себя довольно собранно, или хотел так показать, потому что то, как он вел машину, можно было легко определить степень рассеянности. Про себя отметила, что Бруно в такой ситуации, скорее всего, поступил бы так же.
В носу противно защипало. Я так скучала по нему, и мысль о том, что его убили или он мог превратиться в такое же чудовище, уничтожала меня изнутри.
– Не ранена? – обеспокоенно спросил Хоффман, не отвлекаясь от дороги.
– Нет, – ответила я и тоже задала вопрос. – Почему… Что с ними стало?
Повисла тяжелая пауза. Она была затяжная и я не винила мужчину за промедление. В конце концов, он не всеведущий.
– Я не знаю, – бесцветно сказал Хоффман.
Малышка стала брыкаться, спровоцировав естественную нужду. Не знаю, насколько это было бы уместно сейчас, но после очередного пинка я чуть не описалась.
– Мистер Хоффман, мы можем остановиться?
Он бросил короткий взгляд на меня и едва заметно поджал губы.
– В пяти километрах отсюда есть небольшой городок, – мужчина кивнул на указатель. – Получится продержаться?
Думаю, да, – кивнула я.
Снова погрузилась в свои мысли. Они были, в основном, о Бруно. Если я пережила такой кошмар всего за несколько минут, находясь в пригороде, то каково ему самому? Он ведь находился в Сиэтле, а этот город немаленький.
Шмыгнув носом, постаралась избавиться от навязчивых мыслей.
«Молодой мамочке надо думать о хорошем».
Как же.
Меня окутал страх. Ледяной и бескомпромиссный. Начав думать логически, решила спрогнозировать свое ближайшее будущее, ведь радужным его теперь точно не назовешь. Я должна была родить ребенка и отдать его семье Райли. Они бы заплатили мне, таким образом избавив от бремени оплаты за колледж. Я бы отучилась на флориста, а Бруно построил бы нам дом, за городом, где можно выращивать цветы. Открыли цветочную лавку, Бруно занялся бы доставкой, а я собирала букеты. Вечерами мы смогли бы сидеть на веранде, смотреть на закат и держаться за руки, расположившись на подвесной лавке-качели.
Громкий всхлип все же вырвался.
Я осознала, что этого будущего больше нет. Оно перечеркнуто неизвестной болезнью, поразившей людей.
– Ты в порядке? – вырвал меня из печальных размышлений мистер Хоффман. – Что-то болит?
– Нет, все хорошо, – шмыгнув носом, сообщила я, утирая проступившие слезы. – Гормоны скачут. Такой ужас…