Юлия Ларосса – Жизнь (страница 79)
Больше говорить мы не будем. Преступление – тратить время на разговоры, когда нужно утолять голод любящих тел.
Робкие лучи солнца проникали через окна каюты и вторгались в мой сон. Я нехотя зажмурилась и перевернулась на спину. Так нежен сон, что не хотелось его прерывать! Впервые за долгое время, я наслаждалась этим, зная, что впереди ждет море… нет, океан счастья.
Улыбка растянула губы, и я раскрыла глаза, одновременно потянувшись рукой в сторону, где засыпал Себастьян.
Но там было пусто. Лишь смятые простыни и подушка хранили следы моего мужчины.
Я огорченно закусила губу и нахмурилась. Как вдруг…
Что это за звуки? Это музыка?! Я стала слышать уверенно набирающую темп красивую мелодию.
Быстро встав с постели, я натянула белый махровый халат, который заботливый Себастьян оставил для меня на кресле. Март был на удивление теплым, поэтому я босиком вышла из каюты, устремляясь на звуки.
Поднимаясь по белым ступеням, я с удовольствием отметила, как греет полуденное солнце и приятно шевелит волосы морской ветер. Оказавшись на палубе, я принялась обходить капитанский мостик. Обогнула поворот, где громче звучала музыка и застыла с отвисшей челюстью от увиденной картины.
На борту яхты, у самого ее края, полукругом выстроились около дюжины человек в одинаковых одеждах: белоснежных брючных костюмах и галстуках-бабочках. В центре находился парень, который увидев меня, вышел вперед к микрофону на стойке и, улыбнувшись, стал петь.
Его низкий голос озвучивал романтичные строки англоязычной песни в альтернативном стиле. После нескольких пропетых им слов, начали подпевать позади стоящие парни и девушки, пританцовывая в такт красивой мелодии. Их песня разлеталась по ветру, который уносил ее на берег, рядом с яхтой.
Нет, я точно еще не проснулась!
Артисты изящно поманили меня руками и я, уверенная в нереальности происходящего, робко двинулась вперед,
Не сдерживая восторженной улыбки, я заметила, как на палубу стали падать белые хлопья…
Так это же лепестки роз!
Я поражено запрокинула голову, пытаясь понять источник этого чуда. Кажется, они падали прямо с неба.
– Я все понял, малышка! – прозвучал за моей спиной голос Эскаланта.
Я резко обернулась и увидела, что он стоял совсем близко, просто из-за сногсшибательных событий не услышала его шагов. Одетый в черные брюки и белую рубашку, он смотрел на меня томными медовыми глазами.
В эйфории любви, которая пульсировала внутри, я улыбнулась красивому мужчине. Своему мужчине. Он ответил ласковой улыбкой и заставил мое сердце болеть желанием оказаться рядом с ним.
– Ты понял, какое утро будет самым ярким в моей жизни? – дрожащим от волнения голосом спросила я.
– Я понял, как сделать тебя счастливой, Зоя, – уверенно проговорил он и сделал еще шаг ко мне.
Потом опустился на одно колено, и стоя среди падающих лепестков белых роз, протянул… Нет, не ту бархатную шкатулочку с поднятой крышкой. Он протянул мне раскрытую ладонь, на которой лежало незнакомое кольцо и трогательно подмигивало белым камнем в центре.
– Зоя, я прошу тебя стать моей единственной, любимой женой! – глядя мне в глаза, просил Себастьян Эскалант. – Я хочу подарить тебе все закаты и рассветы своей жизни. Хочу видеть свое отражение в твоих глазах и клянусь сделать все, чтобы быть достойным твоей любви!
Девять месяцев назад я начала рисовать мужчину, который жил в созданных мной портретах. Я увидела робкие черты сильнейших чувств в облике сурового камня. Мое зрение отказало разуму и стало видеть сердцем, которое уверяло, что вот этот холодный осколок и есть тот безупречно ограненный алмаз, который я представляла. Но я сопротивлялась, как и камень, который мне упрямо твердил, что я рисую не его.
Сердце всегда побеждает в споре с разумом. Даже если он уверенно расправил плечи, чувствуя свою мнимую победу. Пройдет время и разум поймет, что доводы уже не имеют значения. Ведь гарантия счастья – это по-настоящему любящее сердце.
Спустя девять месяцев, я смотрела на мужчину, которого изменила. Я смотрела на чувственно-ограненный алмаз, который раньше жил лишь в созданных мною портретах. Сейчас все по-настоящему, искренне и по зову его сердца ради нашей любви.
Я почувствовала, как плачу.
– Ты разгадал мою мечту, Себастьян, – улыбнулась я. – И подобрал лучшее время для ее исполнения.
Слезы счастья катились по щекам и, не в силах больше терпеть, я прохрипела:
– Я очень хочу стать твоей, любимый!
Он не сдержал выдоха облегчения и, не вставая, надел кольцо на мой палец, позволив заметить, как дрожат его руки.
– Спасибо! – прошептал он и поцеловал мою ладонь.
Поднявшись на ноги, Себастьян притянул меня к себе. Сквозь забвения счастья, я услышала торжественные аплодисменты и выкрики. Наверное, мне нужно было немного смутиться из-за того, что я стояла босиком на палубе, растрепанная после сна и целовалась с любимым мужчиной на глазах у незнакомых людей.
Хотя… Кому это нужно-то?! Не мне уж точно!
Эскалант отпрянув, обнял меня одной рукой и сиял улыбкой счастья:
– Она сказала «да»! – закричал он, словно пытался объявить об этом людям на том берегу.
И вдруг с той стороны прозвучали овации и выкрики поздравления. Я не сдержала смех и приятно удивилась.
– Там все наши друзья, малышка! – пояснил он под песню в живом исполнении талантливых ребят, которые продолжали петь.
– Как ты все успел устроить? – удивилась я.
Он взял меня за руки и снова стал серьезным.
– Это не важно. Лучше скажи, ты готова стать моей женой сегодня?
Мои глаза, наверное, стали раза в три больше, потому что он быстро затараторил:
– Я пойму, если ты захочешь пройти весь путь невесты: приготовления к свадьбе, выбор платья, букетов и места церемонии, – он резко выдохнул. – Но хочу, чтобы ты знала – мы можем пожениться через два часа. Небольшая, но очень живописная церковь обвенчает нас среди гор Пиренеи. Мы как раз стоим рядом. Платье выбрала Латти и уже привезла с собой. Она там, вместе с остальными на берегу, ждет твоего решения. Выбирай, малышка!
Я, едва сдерживая новый приступ слез, улыбнулась:
– Что же тут выбирать, любимый?
– Как скажешь, малышка! – Себастьян тоже улыбнулся и снова поцеловал меня в губы.
Он стал кому-то звонить, пока окрыленная я, нежилась в его объятиях и уже представляла себя идущей под венец среди волшебства гор и лесов…
– Да, переносим… Конечно же, сообщим, как только Зоя определиться с датой и местом…
– Что?! – почти выкрикнула я, высвобождаясь из его рук и ловя его вопросительно-встревоженный взгляд. – Я уже определилась!
– Погоди, брат! – проговорил он в динамик и отстранил его от уха, глядя на меня: – Ты уже знаешь дату?
– Знаю! – смеясь, кивнула я, понимая, что он все понял наоборот. – Сегодня, через два часа.
Себастьян застыл на несколько секунд, а после криво усмехнулся, приподнимая один уголок красивого рта.
– Я хочу быть твоей как можно скорее! – быстро добавила я, чувствуя, как смущенно краснею.
Эскалант снова приложил мобильный к уху и заговорил, не отрывая от меня глаз:
– Виктор? Спешу сообщить тебе, что твой старший брат на редкость туповат в последней время… Разумеется ты всегда это за мной подмечал! – хмыкнул он. – Понял? Тогда до встречи в указанном месте.
Глава 58
Торжество чувств в Пиренеях
Одни из самых красивых гор мира купались в лучах весеннего солнца. Небо, ярчайших цветов акварели, пестрело и давало обещание, что облаков сегодня не будет. Ласковый ветер порхал вокруг, принося легкую прохладу и запах робко пробившейся зеленой травы.
Весна уникальна. Она олицетворяет быстротечную и необратимую реку человеческой жизни. Секунды, минуты и часы наполняют наши дни, недели, месяцы и годы. Как их прожить исключительно наш выбор. Правильный он или нет – узнаем лишь на том берегу. И пока мы продолжаем плыть, необходимо ценить каждую весну, осень, лето или зиму. Нужно понимать, что повтора не будет.
Весна… Она так символична в этом году моей жизни. Подобной весны у меня больше никогда не будет. Ведь через десять минут я стану женой Себастьяна Эскаланта.
Венчание пройдет на вершине холма в окружении живописной природы горного хребта. Уговорив священника провести церемонию под небесной красотой, я в компании Латти, Ронни и Мари, заканчивала последнее приготовления в одной из келий церкви. Вернее, просто стояла, пока мне укладывали волосы, наносили макияж и одевали наряд.
Девушки весело болтали и иногда позволяли мне вставлять реплику, но очень короткую, чтобы не сбить быстроту процесса приготовления. Однако и я – состоящая из счастливых эмоций – способна была лишь улыбаться.
– Зи, ты – прекрасна! – восторженно заключила Мари, когда они закончили и отступили от меня, чтобы оценить свои старания. – Словно с обложки «Вог»!
– Совершенна! – добавила Латти и мягко улыбнулась: – Согласна?
Она кивнула мне в сторону зеркала, и я обернулась, чтобы посмотреть на будущую сеньору Эскалант.
– Боже мой! – неосознанно выдохнула я: – Разве это я?..
Тончайший и прозрачный шелк, нежно-молочного оттенка, ниспадали к низу в несколько воздушных слоев. Сквозь его ткань слегка виднелись мои ноги и белая юбка, чуть выше колен. Корсет, украшенный кружевным узором, утягивал талию. На открытые плечи и спину падали локоны, подобранные ободком из белых цветов.