Юлия Ларосса – Жизнь (страница 23)

– Кажется, меня зовут…Там… Где-то…

Не поворачиваясь ко мне спиной, он шагнул в толпу, явно желая скрыться как можно быстрее.

А я, сглотнула комок страха, мысленно радуясь, что выпитый алкоголь дал моим нервам хоть каплю расслабленности.

– Зоя, скажи-ка мне, ты решила испытать грань моего терпения?

Себастьян лениво растягивал слова и медленно обошел меня, останавливаясь напротив.

Я подняла голову, с наслаждением скользнув взглядом по статному силуэту. Одна рука в кармане, другая держала бокал. Он снял перчатки, позволяя мне увидеть вены на его смуглом запястье и поблескивающий циферблат наручных часов. Пульсирующая жилка на шее аристократа, вещала о плохом настроении. Полные губы растянуты в вежливо-обманчивую улыбку, а глаза прожигали меня яростью.

Ох, не надо было пить!

– Мне стало скучно, – промямлила я, но подбородок дерзко вздернула.

Как же он высок, черт возьми!

Себастьян ехидно усмехнулся:

– Тогда повеселимся?

Он поставил полупустой бокал на поднос мимо проходящего официанта и протянул мне ладонь:

– Берешь меня под руку. Блаженно улыбаешься, будто вне себя от счастья, и идешь со мной.

Я не сразу поняла, что эти слова были установкой моих будущих действий. Моргнув пару раз, я продолжала смотреть на него, пока он снова не заговорил, удрученно закатив глаза:

– Зоя, я вытащу тебя силой из этого зала, и никто не станет на моем пути! Король в курсе нашего союза, а общество мысленно зааплодирует в знак упоения моим превосходством над невоспитанной девчонкой… Хотя почему это, мысленно? Уверен, я заслужил громогласные овации, усиленные посвистыванием и вульгарным топаньем ног!

О, нет, такого подарка от меня не жди, Себастьян!

Я изобразила радостную улыбку и расположила вспотевшую ладонь на его локоть. Себастьян довольно кивнул и повел меня в сторону широкой лестницы, по который несколько часов назад мы спустились.

Глава 17

Сломленная

Его шаги были издевательски неспешны. Он медленно уводил меня подальше от торжества, словно надеялся усугубить наказание за проступок. Ведь знал, что напряжение от неизвестности его намерений хуже, чем их исполнение.

Я терпеливо шла рядом, глядя под ноги. Коридор второго этажа освещался также ярко, как и бальный зал. Мраморный пол скрывался за толстым ковром, глубокого синего цвета. Двери комнат чередовались с картинами в массивных рамках.

Эскалант провел меня до конца коридора и остановился у последней двери. Надавив на дверную ручку, он галантно отступил в сторону, пропуская меня вперед. Казалось, он хорошо знаком с этим особняком.

Избегая его взгляда, я послушно вошла в темную комнату. Робкий свет уличной подсветки дворца заглядывал в большие окна, но мрак не разгонял. Я сделала еще пару шагов и замерла. Себастьян закрыл дверь и щелкнул, включая освещение. Зажглись элегантные, высокие торшеры у стен и представили взгляду интерьер в лиловых оттенках. Вся обстановка навевала желание распалить камин и устроиться в одном из удобных кресел c захватывающим романом и чашкой ароматного чая.

Я, отпуская нить воображения, обернулась. Необходимо быть лицом к тому, кто готовился к атаке.

Себастьян стоял напротив. Его глаза исполняли роль дуэльных пистолетов, направленных в мое сердце и готовых вот-вот выстрелить.

– Я знаю, что поступила неразумно, – первой нарушила я молчание. – Ты хочешь, чтобы я извинилась?

Но он насмешливо мотнул головой:

– А ты хочешь извиниться, Зоя?

Себастьян двинулся в мою сторону, и я проглотила ответ. Я инстинктивно попятилась, но уперлась в кресло и застыла. Он, оказавшись рядом, развернул к себе спиной.

– Прости, брат, но спектакль – окончен. Я буду рядом! – произнес он и вытащил гребешок из моих волос.

Моя прическа распалась, и волосы тяжело упали на плечи. Я услышала, как Себастьян отошел и повернулась. Эскалант поделил гребень на части, которые соединяли два тонких белых проводка. Разъединил их и бросил испорченное украшение на кофейный столик. Себастьян выпрямился и посмотрел тем сильным взглядом, который необратимо покорил меня однажды.

– Это была прослушка? – догадалась я.

– Да. И «маячок».

Себастьян выдохнул и, скрестив руки на груди, присел на край стола.

– Итак, Зоя. Сегодня ты осмелилась сделать со мной то, что не позволяли делать весьма уважаемые и могущественные мужчины Европы. Не говоря уже о женщинах, – начал он. – Меня никто и никогда не бросал во время танца на глазах у высшего общества.

– И со многими мужчинами ты танцевал? – нервно отшутилась я.

Пытаясь унять дрожь в руках, я сцепила их за спиной.

– Ты нанесла удар по моей репутации, Зоя, – игнорируя мою шутку, он продолжил давление. – И ничуть не раскаиваешься.

Себастьян встал и пошел на меня.

– Ты в очередной раз доказала, что отвергаешь устои реального мира, и продолжаешь жить в своих иллюзиях. Ты полагаешь...

– Хватит, Себастьян!

Волна гнева поднялась во мне, подобно цунами после сильного землетрясения. Он остановился и сдвинул брови, явно огорченный моим нежеланием слушать критику.

– Да, я живу в своем мире, – мой голос дрожал от чувств и решительности: – Да, мы с тобой очень разные. Да, я совершаю ошибки! И да, у меня хватает смелости делать их и силы, чтобы открыто признаваться в этом!

Эскалант сощурился, явно опешив:

– По-твоему, я – трусливый слабак из-за того, что всегда поступаю правильно?!

– По-твоему, ты всегда поступаешь правильно?

– Да, черт возьми! – почти выкрикнул он и развел руками, не понимая, как я могу в этом сомневаться.

Сокрушаясь, я мотнула головой:

– Ты настолько в этом уверен, насколько и не прав.

Его глаза пронзали вспышки молний, и казалось, одна из них сейчас ударит в меня.

– Под моей уверенностью подпишется каждый, кто меня знает! – он жестикулировал рукой, отбивая такт своих слов. – В отличие от тебя! Но ты даже не пытаешься понять меня. Как маленький ребенок отпираешься, рискуя не только собой!

– Так и есть, – с горечью, признала я. – Я не хочу понимать твою расчетливость. Мы живем в разных мирах, Себастьян. И хватит пытаться утащить меня в свою вселенную!

Неужели я никогда не достучусь до его сердца? Или это не моя роль? Тогда почему не могу разлюбить его? Почему продолжаю любить сквозь боль?

Он шумно выдохнул, будто желая успокоиться.

– Зоя, – тихо начал он. – Я действительно хочу, чтобы мы были вместе. Я без ума от тебя.

Сердце затрепетало в моей груди, а гордость саркастично закатила глаза.

– Ты знаешь, что вскружила мне голову. Не раз признавался, что так маниакально я хотел только тебя. И хочу, Зоя.

Эта правда скользнула в мое сознание, обволакивая дымкой нежных воспоминаний о наших поцелуях и прикосновениях.

Его голос смягчился и он улыбнулся:

– Мне сложнее сдерживать себя, зная, что ты моя. Запас терпения уже на исходе. Я дал тебе время не для того, чтобы ты пятнала наш союз! Я хотел избавить тебя от давления со своей стороны. Думал, ты примешь новую жизнь, в которой есть я…

– У тебя ничего не получилось! – оборвала я его, чувствуя, что готова расплакаться. – Мне не нужно от тебя время, Себастьян.

Я хочу твою любовь.

– Тебе нужны мои чувства? – насмешливо спросил он.

Я ответила на его взгляд:

– Больше чем твое кольцо, Себастьян.

Его глаза ожесточились.