Юлия Кузнецова – Наследница двух рас (страница 11)

Астерия медленно подошла к зеркалу и стала рассматривать свой новый облик. Она была поражена. На её руке всё так же оставалось кольцо, а на шее медальон – фамильные украшения её рода.

– Кольцо должно помочь тебе направлять свою энергию и колдовать, – сказал её дедушка. – Оно было сделано специально для тебя к твоему рождению.

– Вы каким-то образом скрываете свои крылья. Что это? Заклинание или иллюзия? – спросила Астерия.

– Нет, ты должна найти в себе магию, пропустить через себя и заставить их свернуться, – ответила Амадея, – попробуй, закрой глаза, почувствуй поток силы и просто иди за ним, он сделает всё сам за тебя.

Повинуясь своей матери, Астерия так и сделала, но она не знала, что произойдёт вокруг неё. Зато это в полной мере ощутили её недавно обретённые родственники. Сначала обрушился сильнейший поток воздуха, Амадея удержалась на ногах только потому, что сама являлась властительницей этого элемента, Уильям упал на пол, потом на миг языки пламени поглотили всю комнату, а стена воды обрушилась с потолка как спасение. Астерия по-прежнему стояла посередине комнаты, но без крыльев, и, открыв глаза, вздрогнула. Вся комната была залита водой, полотна, мебель и шторы казались прогоревшими, а её родственники были в опалённых одеждах и мокрые с ног до головы – Уильям поднимался с пола, Амадея просто стояла поражённая и смотрела на дочь.

– Мне кажется, тебя многому нужно ещё научить, хотя бы чтоб не убить нас, – рассмеявшись, сказал Уильям, – но действовала ты правильно, Астерия. Надеюсь, ты не против своего имени?

– Конечно, нет, – ответила она и подошла к своим родственникам. Крепко обнявшись, они вновь заговорили, когда Амадея с помощью магии привела их внешний вид и комнату в порядок.

– Отец, моя дочь, как ты уже догадался, может управлять тремя элементами, как такое возможно? – спросила Амадея.

– А как вообще было возможно её появление на свет? Мы могли ожидать чего угодно. Она физически собрала лучшие признаки рас, а магически унаследовала просто гремучую смесь.

– И что мне со всем этим делать? – спросила Астерия.

– Сначала тебе нужно учиться пользоваться магией и контролировать её, – ответила Амадея. – На тебя возложена огромная ответственность и великая миссия – тебе следует подготовиться.

Астерия вытянула медальон за цепочку и открыла его. С фотографии смотрела теперь её родная мать, у неё действительно были белоснежные крылья с голубым свечением. А рядом стоял очень красивый мужчина с темными волосами, широкими скулами, синими глазами и огромными чёрными крыльями за спиной – её отец.

– Я должна буду свергнуть своего отца, Короля Обитаса Демонов, и, видимо, убить его, – почти прошептав, сказала она.

Все в комнате понимали, как тяжело ей сейчас. Она обретает родителей в один миг с осознанием потери одного из них, из-за его убийства своими же руками. Но есть то, что предначертано нам пройти, что мы должны сделать, ведь в этом заключено наше предназначение на определённом этапе жизни, и пока мы это не совершим, нам не суждено будет продвинуться дальше.

Артефакт Liber Sortibus, всё так же лежащий на столе, вспыхнул ярким свечением. Уильям встал и, взяв его, стал читать:

– «И вернётся в Обитас та, что была спрятана, управляющая тремя элементами: воздухом, водой и огнём, единственная, рождённая от представителей Ангелов и Демонов, но несущая в себе совершенно особое от них волшебство. Но чтобы освободить Пространственное Междумирие от хаоса и боли, ей нужно найти составляющую часть, как с собой полное единение, и, познав вместе наследие предков, возродить невидимую и самую сильную магию в обоюдном своём существе и проявлении».

– О чём это пророчество? – спросила Астерия.

– Первая часть понятна, но вторая? «Нужно найти составляющую часть, как с собой полное единение, и, познав вместе наследие предков, возродить невидимую и самую сильную магию в обоюдном своём существе и проявлении», – повторила Амадея, совершенно не понимая пока, о чём идёт речь.

– Пока ясно одно, что только невидимая магия способна убить Деара, – сказал Уильям.

– Не нравится мне всё это, – отозвалась Астерия.

– К сожалению, мне тоже, но будем надеяться, что это не последнее предсказание Liber Sortibus, возможно, следующее прояснит это, такое часто случается, – ответила Амадея, обнимая свою дочь.

– Только волшебники, видевшиеся с тобой ранее, помнят, какой ты была, но думаю, что кроме нас с твоей матерью, других не найдётся. Поэтому теперь в Мире Людей с этого момента тебя знают именно с этим новым обликом, исключая крылья, конечно. Это ещё одно побочное действие зелья.

– Дедушка, а поменьше побочных действий сделать было никак нельзя? – прищурившись, переспросила Астерия.

– Ну, чем ты недовольна? Тебе не придётся думать над иллюзией или чем-то ещё, – немного обидевшись, отозвался Уильям.

– Дочка, я уверена, тебе не о чем беспокоиться, ты – одна из самых красивых девушек не только Пространственного Междумирия, но и Мира Людей, – улыбаясь, сказала Амадея, – сегодня ты впервые попадёшь в Обитас Ангелов. Ты принцесса, и в честь твоего совершеннолетия будет устроен балл.

– Но я пригласила друзей к обеду у себя дома, – возразила Астерия.

– Дорогая, теперь твой дом с нами. Но мы понимаем, что ты не можешь отказаться вот так сразу от своей жизни. Поэтому если хочешь отметить день рождения и в Мире Людей днём, мы возражать не станем. Но мы будем ждать тебя здесь в восемь часов вечера, чтобы сопроводить в наше Пространство, – подытожил Уильям.

Попрощавшись с членами своей семьи, Астерия Амадея Лонгейл уехала. Девушка за считанные минуты добралась до своего дома, так как на пустых улицах города совершенно не было в ночное время машин. Воздух был неподвижен, ни малейшего дуновения ветерка, казалось, что всё вокруг будто замерло и остановилось. Небо было усеяно крохотными звездами, а тонкий месяц взобрался высоко-высоко.

Астерия припарковала машину около дома и прошла внутрь. Быстро приняв душ, она добралась до постели и практически сразу уснула. Впервые за последнее время девушка спала спокойно, не видя даже снов.

Глава 7

«Доброе утро, Сан-Франциско, сегодня утро 13 июля, наконец, испепеляющая жара уступила место долгожданному похолоданию», – донеслось из радио будильника. И уже не Силена Блэйс выскользнула из тёплого царства Морфея, а Астерия Амадея Лонгейл.

Она выбрала превосходное платье, фисташкового цвета с серебряным рисунком, которое ей подходило, подчёркивало фигуру, и туфли на высоком каблуке. Астерия прекрасно организовала обед для своих друзей. Потом, конечно, планировалось поехать в клуб, но в связи с последними событиями эту часть праздника пришлось отменить.

В её доме была масса свободного места, в одной гостиной на первом этаже свободно чувствовали себя пятьдесят приглашённых гостей. Девушка обставила всё в духе Востока: низкие диваны с разноцветными бархатными подушками, стояли кальяны, которые одурманивали своим терпким ароматным дымом, в огромные хрустальные вазы и подставки разложены сладости и фрукты, а от середины потолка к углам комнаты тянулись шлейфы из тонкой полупрозрачной сверкающей ткани. И действительно, никто из ребят не замечал разницы, как и сказал её дед, Уильям Лонгейл, будто бы все помнили Силену именно с этой внешностью. Все смеялись и веселились, поздравляя именинницу, даря разнообразные подарки: книги, одежду, наборы косметических средств, всевозможные аксессуары, предметы интерьера, бижутерию и драгоценности. К вечеру, проводив всех и собравшись, Астерия поехала в родовой дом на берегу, где она провела прошлую ночь, захватив несколько платьев.

Припарковав машину и вытащив одежду, девушка направилась к дому Открыв входную дверь, Астерия двинулась в гостиную, где, как и прошлым вечером, приглушённо горел свет, хотя встреча с родственниками должна была произойти только через час.

– Привет, дорогая, – сказала Амадея Лонгейл, подходя ближе. На этот раз она была одна.

– Мама, – осторожно, будто не решаясь, произнесла Астерия, обнимая её. – Прости, что не сказала тебе этого ночью.

– Ничего, главное – это произошло сейчас, – ответила она, чуть не плача от счастья, слыша столь дорогое и желанное для любой женщины слово.

– Но что ты здесь делаешь так рано, ведь мы договаривались встретиться позднее? – спросила Астерия.

– Ты тоже пришла раньше, я подумала, что тебе потребуется помощь в подготовке к балу.

– Да, – ответила Астерия. – Я даже захватила несколько платьев, может, что-то подойдёт.

– Дорогая, поверь, у тебя будет всё, и ничего не понадобится, – возразила Амадея. Женщина слегка отошла в сторону и сделала щелчкообразное движение пальцами, прошептав: – Armarium[7]. – Фамильное кольцо на её пальце засияло платиновым свечением энергии, и вдруг, будто из пола, вырос огромный шкаф с открытыми дверцами.

– Мам, расскажи, как ты это делаешь? – спросила Астерия.

– Колдую? – спросила Амадея, и, увидев кивок дочери, продолжила. – Здесь нет ничего сложного. Чтобы призвать или материализовать какую-то вещь, тебе нужно знать, что это, представить это хорошенько и, сосредоточившись, просто произнести её название. Магия в тебе всё остальное завершит. Но это остаётся возможным только для сильных магов, какой ты, бесспорно, являешься, остальные довольствуются лишь крохами волшебства. На моём пальце кольцо, подобное есть и на твоей руке, оно позволит направить силу в нужное направление и завершит любое магическое действие. Для других заклинаний, более сложных, требуется воспроизведение магических рун и произнесение заклинаний.