Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 5)
— Да? А что, тебе есть чем хвастаться? О жизни она говорит, — цедит сквозь зубы.
Кажется, от её ледяного тона запросто можно получить обморожение.
— Или ты наш народ не знаешь? Им и повод не нужен. Завтра же все начнут предположения строить, почему это ты вернулась. Где папашка Никиты. И почему этот Казанова тут как тут.
Молча закатываю глаза. Узнаю свою мать.
«Что скажут люди?» девиз всей её жизни.
— Нет, ну ещё и совести хватает! — разъярённо восклицает.
Я уже разобрала пакет с кабачками и принялась за перец, а мама никак не унимается.
— Тётя Галя Синникова месяц назад рассказывала, что он с её Настей гуляет. А после этого я твоего Аверина ещё с двумя какими-то прошмандовками встречала. Нет бы семью завести, так он только девок портить умеет.
«В эфире Первый канал и программа «Пусть говорят» с Александрой Золотарёвой» мелькает в голове.
Да, маман в качестве ведущей ток-шоу смотрелась бы весьма эпично.
Она больше тридцати лет проработала в школе учителем физики и классным руководителем по совместительству. Поэтому составлять характеристики — её конёк. Причём по одному и тому же шаблону: почти все парни — алкоголики и тунеядцы, а девушки — проститутки и содержанки.
Мы с сестрой, кстати, не сильно далеко продвинулись в её рейтинге безнадежно пропащих.
Но вот мой бывший муж Игорь — весьма уважаемый ею человек. Он ведь врач. А человек, спасающий жизни, автоматически на ступеньку выше других. И плевать, что в перерывах от работы он зажимает санитарок в подсобке.
— В России семьдесят процентов разводов, мам, — наивно пытаюсь её успокоить. — Думаю, им есть кого обсудить.
— Надеюсь, ты услышала меня. Если хочешь жить в этом доме, чтоб Аверина тут больше не было.
Да-да. Твой дом. Твои правила.
Я знаю.
И, в отличие от Кости, знаю из-за чего он в немилости у моей матери.
А ещё я в курсе, что о своей репутации мама заботится похлеще членов королевской семьи Великобритании.
Поэтому молча проглатываю её недовольства.
— Чтобы ты хотела на ужин, мам? — спрашиваю в надежде, что хотя бы вкусная еда сгладит градус напряжения между нами.
В нормальных семьях, ведь так? Организовывают праздничное застолье в честь приезда? Делятся новостями и планами?
Тем более последний раз мы виделись почти год назад. На похоронах отца.
— Тоже мне, миллионерша приехала. Долго ты так не протянешь, если каждый день будешь питаться из ресторанов, — бурчит, выгружая на стол ещё одну сумку с урожаем. — Оладий вон из кабачка нажарь.
Никита не ест кабачки. Она знает.
— Хорошо. Сейчас только в магазин сбегаю, — решаю не спорить и хотя бы первый день провести спокойно. — Ты пока отдыхай. Устала, наверное, с дороги.
— Устала я не от дороги, а сыну твоему показывать, как грядки полоть правильно, да картошку выкапывать. Десять лет пацану, а даже лопату держать не умеет.
— Откуда ему уметь, мам, если мы на пятом этаже жили и дачи у нас не было? — защищаю Никиту и себя заодно. Это ведь камень в мой огород.
— Носишься с ним, как наседка, вот он и растёт немощный. А сейчас и подавно. Говорила тебе, что сыну нужен отец и разводиться — последнее дело. Но разве ты хоть когда-то меня слушала?
Слушала. Всегда. Только теперь думаю, зачем?
И ведь тишина, которая повисла в трубке в ответ на моё: «Мам, можно мы с Никитой немного поживём у тебя?» вопила, что на радушный приём можно не рассчитывать.
Но я всё же надеялась, что месяц мы сможем пожить тут. Пока не подыщу нам с сыном приличное жильё.
Похоже, с поисками лучше не затягивать.
Глава 5
Спросонья не сразу понимаю, что за потайной смысл имеют её послания.
Но потом всё же вспоминаю про вчерашнюю хитрость подруги и решаю немного проучить.
Не буду ничего отвечать. Пусть сгорает от любопытства. Зная Скорикову, для неё это лучшее наказание.
— Ты спишь ещё, что ли? — и пяти минут не проходит как в динамике раздаётся бодрый голос Нины.
Её бы настойчивость, да в другое русло.
— С тобой поспишь, — недовольно бурчу в трубку.
— Так десять утра уже, — оправдывается Нина. — Или ты из-за Аверина не выспалась?
Аверин. Образ повзрослевшего друга тут же всплывает перед глазами.
Рельефное тело, которое плохо скрывала даже простая чёрная футболка.
Мужественная линия скул со следами недельной небритости.
Цепкий взгляд, что внимательно меня рассматривал.
Весь такой незнакомый и одновременно с тем, свой до мелочей. Мимика, жесты, привычка чесать подбородок, когда он думает о чём-то серьёзном и важном — всё осталось прежним.
— Ау! Ты тут? Или уснула опять? — смеётся Скорикова. — Всё-таки не давал Аверин спать, да?
Стыдно признаться, но подруга недалека от истины.
Из-за Кости я правда не выспалась. Точнее из-за того, что он мне снился.
И это был не просто сон. И даже не просто с пометкой восемнадцать плюс.
Нет.
Это был самый настоящий эротический фильм в нашем исполнении.
Происходящее казалось настолько реальным, что я переживаю, как бы не стонала на всю квартиру.
Ведь во сне я чуть не сорвала голос.
Как одержимая, твердила «Костя».
Причём в этом протяжном «Костя» было скрыто сразу несколько смыслов. От просьбы «продолжать и не останавливаться». До «О Боже, как хорошо».
А между прочим, начиналось всё весьма безобидно.
Словно кто-то открутил киноплёнку на тот самый момент, где мы вчера остановились.
Аверин просто массировал мои плечи. Настойчиво. Долго.
И я была готова даже ему приплатить, лишь бы эти прикосновения не заканчивалось.
Растворившись в удовольствии, я пропустила момент, когда к рукам присоединились губы. Такие чувственные и знающие толк в ласках.
Они покрывали мою шею поцелуями. Невесомыми. И вместе с тем будоражащими.
Словно кто-то просто водил за ушком белым маленьким пёрышком.