Юлия Красинская – Дочь Байкала (страница 9)

И Александр сделал выбор. Не сердцем, а холодным расчётом. Марина должна была стать его женой, матерью его детей, идеальной деталью в отлаженном механизме его жизни.

Их роман развивался стремительно. И уже через три месяца он сделал ей предложение.

Свадьбу обсуждала вся местная пресса. Свадебная церемония состоялась в престижном загородном комплексе, окружённом цветущими растениями, на берегу собственного небольшого, но очень живописного озера. Цветочные композиции и тонкие прозрачные ткани в декоре прекрасно сочетались с изящными столовыми приборами и посудой. Подготовкой торжества занимались несколько команд профессионалов. Каждый отвечал за своё.

В день свадьбы Марина была восхитительна. Она выбрала для себя элегантное платье цвета слоновой кости А-силуэта. Корсет платья был украшен нежным кружевом, а юбка из струящейся атласной ткани создавала эффект легкости и воздушности. Подол платья, спускающийся шлейфом на пол, был украшен вышитыми мелкими цветами. Длинную прозрачный фату аккуратно закрепили на распущенных локонах невесты. Александру же в этот день стилисты предложили безупречный смокинг, подчеркивающий его спортивную фигуру. А его чёрные смоляные волосы уложили в низкий хвост. С тех самых пор эта прическа так и осталась частью его стиля.

Когда Марина медленно шла к алтарю, все взгляды присутствующих были прикованы к ней. Жених, стоя в ожидании, едва сдерживал эмоции. Потом были клятвы, обмен кольцами, ну, и, конечно, торжественный приём. Завершилось мероприятие впечатляющим фейерверком, который осветил небо множеством сияющих огней.

Гости были в полном восторге, а журналисты смаковали это событие ещё несколько недель. Местная пресса пестрила фотографиями со свадьбы, каждый старался выложить что-то эксклюзивное.

Через месяц Марина поняла, что беременна. И счастью молодых не было предела. Александр носил на руках свою жену. Но беременность протекала не легко. Бесконечные токсикозы, обмороки и слабость – стали постоянными спутниками Марины. Ни о какой работе и речи больше не шло. Она с трудом подымалась с кровати, чтобы дойти до окна и увидеть кусочек неба.

Александр, привыкший всё контролировать и решать деньгами, впервые столкнулся с чем-то, что не мог купить, отстроить или приказать. Его могущество оказалось беспомощным перед хрупкостью женщины, вынашивающей его ребёнка.

Идеальный мир, выстроенный с таким трудом, дал трещину. Блестящие приёмы сменились тишиной больничных палат, деловые костюмы – домашними халатами, а радость ожидания смешалась с едким страхом. Александр видел, как угасает его сияющая, безупречная жена, и это рождало в нём чувство вины и раздражения. Он ненавидел свою беспомощность.

Тут Александр и вспомнил про свои бурятские корни. И про знахарку, которая когда-то, по рассказам матери, вытащила его чуть ли не с того света.

– Тебе непременно нужно разыскать её, – сказала мать, когда он в отчаянии нагрянул к ней.

Туяна взяла сына за руку. Её ладонь, шершавая от многолетней работы, была твёрдой и тёплой. И в этот момент Александр, могучий и влиятельный, снова почувствовал себя маленьким мальчиком, для которого мать – единственная твердыня в мире.

Александр перевёз маму в Иркутск, едва сам встал на ноги. Отец несколько лет назад умер, а старшие братья и сестры разъехались из родного посёлка кто куда. Мама вначале сопротивлялась, не желая покидать родной посёлок, землю предков, где каждый камень был ей родным. Но желание быть рядом с сыном и его растущей семьёй в итоге победило.

– Я позвоню кое-кому, – твёрдо сказала Туяна, доставая свой мобильный телефон. – В моем кругу ещё остались те, кто помнит дорогу к ней.

Тем же вечером она обзвонила всех своих подруг, оставшихся в улусе.

Старая шаманка, которая когда-то помогала Туяне, после смерти мужа уехала из деревни. Собрала в один миг весь свой небогатый скарб и, не прощаясь, ушла, куда глаза глядят. Никто точно не знал, где она сейчас.

– Неужели не осталось никаких следов? – с отчаянием спросил Александр, когда мать сообщила ему, что у деревенских нет никакой информации. – Хоть кто-то должен знать, куда она уехала?

– После того, как она ушла из нашего улуса, она какое-то время жила в деревне у самого озера. Но в какой, никто не помнит. Потом она и оттуда ушла. Мы обязательно её найдём. Мир тесен и полон слухов. Надо только немного подождать.

Но Саша ждать не умел. Он начал самостоятельные поиски шаманки, используя все свои связи и ресурсы. Он знал, что в Иркутске и Улан-Удэ есть сообщества, связанные с народными традициями и духовными практиками. К его удивлению уже через несколько часов на столе у него лежали сведения о нескольких местных целителях и целительницах, которых рекомендовали в качестве «проверенных и надежных». Несколько человек принимали в городе, кто-то готов был приехать на дом.

– Есть ещё одна шаманка, – почти шепотом произнес помощник Александра, завершая доклад. – Живет в глухой деревне, никто толком не знает, в какой. Ходят слухи, что она любого больного может поставить на ноги. И любой недуг излечить. Но… – помощник замялся, – она принимает только тех, кого сама позовёт. Или кого позовёт к ней кровь.

– Не говори загадками! – отрезал Александр, отодвигая в сторону папку с проверенными кандидатами. – Она – именно та, что нужна нам! Я чувствую, что это она! Ищите!

– Мы пытаемся, – извиняющимся тоном ответил помощник.

– Найди мне деревню. Название, координаты, любую зацепку. Дорогу к ней я найду сам!

Он посмотрел в окно на ночной город, где вместо привычных силуэтов увидел непроглядную таежную мглу. Быть может, там, в забытом богом месте, его ждала последняя надежда.

На следующий день он держал в руках клочок с названием.

Путь туда, как и предупреждали, оказался непростым. Сначала – несколько часов на внедорожнике по разбитой грунтовой дороге, превратившейся в грязевую ловушку после дождей. Потом – тряска по ухабистой просёлочной колее, где ветви склонившихся деревьев хлестали по стеклам, словно пытаясь отогнать непрошеного гостя.

Каждый километр пути был испытанием. Испытанием решимости, тела и веры. И чем дальше Александр углублялся в тайгу, тем яснее понимал: это не просто дорога. Это ритуал. Цена, которую нужно заплатить за надежду.

По пути ему попалась пара небольших деревень. Местные, заслышав звук машины, выходили на улицу. Услышав имя шаманки Дарьи, они не удивлялись, а лишь кивали, с пониманием глядя на путника. Некоторые делились своими историями, рассказывая о том, как бабушка помогала им в трудные времена – возвращала заблудший скот, снимала порчу, ставила на ноги больных.

Разговорился со стариком, который предложил Александру байкальского травяного чаю, пахнущего дымом и полынью. С удовольствием отпивая кипяток из металлической кружки, выслушал его наставления и советы.

– Она не переносит споров и людской суеты, паря. И коли ты придёшь к ней с пустым или не дай боже корыстным сердцем, – дед поднял корявый указательный палец вверх, – обидишь её. Не станет помогать.

Он сделал глоток из кружки и продолжил:

– Вопросами её не закидывай. Молчи, пока сама не спросит. Бабка Дарья, она в саму душу смотрит. Увидит чёрноту – развернётся и уйдёт. И останешься ты со своей бедой один, как пень в поле.

Вечерело. Сумерки быстро поглощали тайгу. Поблагодарив старика, Александр рванул в путь, стремясь приехать в деревню шаманки до наступления полной темноты.

Последний участок дороги был самым трудным. Дорога становилась все более извилистой и узкой. Вокруг стало совсем тихо, и только шёпот ветра заполнял пустоту и тишину вокруг.

Деревня была уже где-то рядом. Саша чувствовал это кожей. Воздух здесь стал другим – густым, наэлектризованным, словно сама атмосфера сопротивлялась его вторжению. Наконец, невдалеке он заметил дым, поднимающийся над лесом.

Александр свернул на узкую тропу и проехал ещё несколько метров по густому лесу. Неожиданно лес расступился, и перед ним открылась живописная картина: на небольшом лугу у самой речушки расположились несколько старых, но крепких домов, окружённых высокими лиственницами, елями и стройными березами. Это была та самая деревня, которую он искал.

Саша вышел из машины, вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом хвои и земли. Подошёл к крайнему из домов, постучался. Дверь открыла женщина средних лет с доброй улыбкой на лице.

– Добрый вечер! – поприветствовал её Александр.

– Здравствуй, добрый молодец, – то ли шутя, то ли всерьёз ответила женщина. Он сразу понял, что это не знахарка, не та, кого он ищет.

– Я ищу шаманку Дарью. Мне нужна её помощь.

– Понимаю, – кивнула женщина, без тени удивления. – Проходи, – женщина пододвинула Александру старый табурет. – Присаживайся и жди. Я скажу Дарье, что ты пришёл.

Вот так быстро Александр нашёл дом шаманки. Не пришлось даже блуждать по деревне в поисках нужной избы. И в этом была странная, почти мистическая закономерность. Весь путь он проделал с ощущением, будто не он сам ведёт машину, а невидимая рука мягко подталкивает его в нужном направлении. Повороты выбирались сами собой, тропинка угадывалась без раздумий, а этот крайний дом он выбрал, даже не задумываясь, будто кто-то прошептал ему на ухо: «Тебе сюда».

В ожидании хозяйки он начал рассматривать избу. На первый взгляд – ничего необычного. Простой деревянный дом, небольшие окна с белыми занавесками, гладкие доски пола. Но чем дольше он смотрел, тем больше понимал: эта простота была обманчива. В углу комнаты стояла печь, которая, судя по всему, использовалась не только для отопления, но и для приготовления пищи. Недалеко от печи стоял круглый стол, накрытый нарядной белой скатертью под стать занавескам. Тут же стоял небольшой диванчик на пару человек.