Юлия Ковальчук – Ледяное солнце (страница 20)

Каан не останавливался ни на минуту. Миновав множество прилавков с рыбой, пряностями и зерном, мы оказались у деревянной хижины, где нас тут же встретил крепкий мужчина средних лет. «Варвар», — подумалось мне. Только эти северяне обладали внушительными формами тела и носили меха даже тогда, когда температура была далека от холода. Мужчина склонил голову при виде императора севера, и мое подозрение подтвердилось.

— Ваше Величество! Рад видеть вас в полном здравии! — глухим голосом приветствовал северянин.

— Дарун, как я рад! — громко выдохнул Каан. — Мой корабль готов? — приказным тоном продолжил император.

— Да, Великий, мы ждали вас и готовы к отплытию, как только прикажете!

— Сию секунду, отплываем сейчас же! Путешествие и так затянулось, а промедление недопустимо в нашем положении!

В очередной раз я убедилась в том, что император, прежде чем появиться в Миране, продумал все до мелочей. Подстраховался на все непредвиденные случаи, что могли стать препятствием на его пути. Он во что бы то ни стало должен был доставить меня в целости и сохранности в Олаан. То, что на этом острове он оставил своих людей, говорило лишь о хорошо продуманном стратегическом плане. Отважен и силен, умен и хитер, жесток и настойчив, а иначе не был бы Каан Великим императором Ледяных гор. Сердце его — ледяная глыба. Думаю, никому не подвластно растопить то, что в таком холоде бьется внутри варвара.

***

Принц Джевед каждую ночь проводил со своей новой женой, он не мог насладиться молодым телом принцессы Гаухар, настолько она была прекрасна и соблазнительна. Ее бархатная кожа и точеная фигура вызывали необузданную страсть в принце, ее танцы, посвященные только ему, завораживали, изящные плавные движения восхищали и приковывали взгляд, манили и возбуждали его. Джевед сам не понимал, что происходит, ведь еще ни к одной женщине он не испытывал тех чувств, которые в нем вызывала принцесса Золотых песков. Ни одна из множества наложниц и жен его гарема не могла сравниться с жаркой девой, которую принц изначально не горел желанием брать в жены.

Вот он снова стоял перед ее дверью в предвкушении предстоящих ласк жены, которыми принцесса умело награждала мужа. Ее с ранних лет обучали, как вести себя в постели и как доставить большое удовольствие своему супругу, за что Джевед, будь у него сейчас такая возможность, щедро отблагодарил бы учителя. Мужчина уверенно открыл дверь покоев жены и вошел внутрь. Принцесса ждала его, облаченная в прозрачную ткань, которая не скрывала прелестей ее тела, пышная набухшая грудь вздымалась от дыхания, а округлые бедра кокетливо двигались навстречу Джеведу. От ее манящих движений глаза мужчины загорались жарким пламенем, которое впоследствии разносилось по возбужденному сильному телу. Гаухар приближалась, а он, как подросток, у которого внутри бушевало желание, с жадностью смотрел на нее. Руки потянулись к хрупким плечам. Вскоре прозрачная ткань сползла по обнаженному стану принцессы и расстелилась шелковым ковром под ее ногами. Принц притянул жену к себе и накрыл пухлые желанные губы нежным поцелуем. Она вяло отвечала ему, не так, как раньше, будто ей затруднительно малейшее движение. Через силу девушка потянулась к его одежде и руками обнажила широкое плечо, а затем… Затем Джевед почувствовал, как обмякло ее тело и стало медленно сползать по нему. Он моментально подхватил Гаухар, которая уже совершенно без чувств лежала на его руках.

— Милая! Гаухар! Что… что с тобой? — встревоженно произнес он, но девушка лежала неподвижно и, казалось, практически не дышала. — Нига! Нига! — громко прокричал Джевед служанке принцессы.

Девушка тут же забежала в комнату и ужаснулась при виде бездыханного тела своей госпожи. Нига впала в ступор и дрожащими губами пыталась произнести слова, которые так и не вырвались наружу.

— Нига, лекаря зови! Бегом, чего рот раскрыла? — обозленно приказал Джевед, поднял жену и уложил на мягкое ложе.

Нига лишь кивнула и выбежала из покоев принцессы. А вскоре появился лекарь и велел всем покинуть комнату. Джевед послушно вышел и бросил взгляд на служанку жены, которая стояла у двери со слезами на глазах.

— Нига, как ее Высочество сегодня чувствовала себя?

— Ей нездоровилось, ее рвало весь день! — всхлипывала девушка.

— Так какого дьявола ты не сообщила мне об этом, не позвала лекаря? — прикрикнул Джевед.

— Принцесса приказала молчать, она была уверена, что плохо ей от дальнего пути, ведь мы уже третий месяц плывем! Говорила, что ее просто укачивает и скоро все пройдет! Она не хотела беспокоить вас по пустякам, — оправдывалась служанка.

— Пустякам?! Вот глупая девчонка! — зарычал Джевед.

Он понимал, что наказывать Нигу не за что, девушка исполняла приказ своей госпожи и не посмела бы ослушаться, но волнение переполняло. Принц еле сдерживал себя, чтобы не ворваться в комнату и не потребовать от жены объяснений ее глупому поступку. От тревожных мыслей его оторвал старый лекарь, который с широкой улыбкой вышел из покоев принцессы.

— Как она? Говори же, как принцесса? — Джевед с ходу набросился на мужчину.

— Ваше Высочество, радостная весть! Принцесса Гаухар в положении и ждет наследника Великой династии Алам-Гир! Поздравляю, вы скоро станете отцом!

— Отцом? Я стану отцом! — грусть в глазах Джеведа сменилась огромной радостью. — Ты принес мне счастливую весть, я достойно награжу тебя, лекарь! Принцесса обязана находиться под постоянным наблюдением, с моим ребенком ничего не должно случиться! Он должен появится на свет здоровым и сильным, отвечаете головой! — бросил принц и залетел в покои жены.

Гаухар лежала на плече мужа, она была безумно счастлива, что Богиня Мать сделала им такой бесценный подарок, и она вскоре подарит Джеведу наследника, которого тот давно ждал. Джевед нежно гладил животик жены и уже представлял, как малыш родится и принесет много счастья в Ледяное королевство династии. Ведь Каан еще не обзавелся детьми, к тому же даже жены у него нет, поэтому если у Джеведа будет сын — он непременно станет наследником трона.

— Богиня Мать, если бы Айше была жива, тогда бы моему счастью не было предела! Она бы молилась обо мне и о моем ребенке, а я бы рассказала ей тайну, обняла крепко сестру и сказала бы, как мне ее не хватает! — произнесла Гаухар и смахнула ладонью слезы, которые струились по бархатной щеке.

— Милая, не думай о плохом, — ответил принц и перевел глаза на деревянный потолок. — Я же с тобой! Сейчас ты должна думать только о нашем малыше.

***

В прочном судне мне были отведены самые лучшие покои, которые только могли находиться на этом огромном корабле. Складывалось впечатление, что комнату заранее подготовили для меня. За прозрачным балдахином скрывалась большая кровать с мягкой теплой постелью. Мне захотелось непременно запрыгнуть под пушистое одеяло и уснуть после освежающей ванны. Комоды с женскими вещами стояли у стены, а также рядом располагалась расшитая золотом тканевая софа. Здесь было уютно и тепло. Еще раз осмотревшись, я села на кровать, задом проверила ее мягкость и задвинула шторку на круглом маленьком окошке у изголовья. Убедилась еще раз, что все эти приключения высосали из меня последние жизненные силы, а усталость просто валила с ног. Не раздумывая больше ни секунды, я улеглась в постель и, приняв удобную позу, уснула младенческим сном.

Утренний луч солнца пробивался сквозь зашторенное окошко и падал на мое лицо, нежным теплом поглаживал щеки и слепил глаза. Он как будто бы говорил, что пора просыпаться, готовиться к новому дню и, возможно, к новым испытаниям, которых за последние месяцы было вдоволь. Мне совсем ничего не снилось, или же я просто не помнила, так как спала крепко и сейчас, потянувшись, напрягала все свое тело. Мне совершенно не хотелось вставать. Мне не хотелось ни нового дня, ни новых испытаний. Я просто желала смотреть на балдахин и ни о чем не думать. Но стук в дверь прервал мое одиночество, которое продлилось недолго, всего лишь одну ночь.

— Войдите! — ответила я на стук и поднялась.

В комнату вошел средних лет мужчина — матрос. Он был в теле, высокого роста, с легкой щетиной на огрубевшем от солнца и ветра лице.

— Доброе утро, госпожа! Я принес отвар, который поможет вам набраться сил.

— А где Сеэди? — перебила я матроса. — Сеэди? Он ведь был приставлен ко мне?

— Теперь ответственность за ваше благополучие лежит на мне, приказ императора! — ответил мужчина. — Мое имя Изран! — Он поставил поднос на маленький деревянный стол у софы и поспешил удалиться из комнаты.

Сеэди был моим единственным другом, по крайней мере, я так считала, ведь парень всегда отвечал мне дружелюбием. А теперь Великий решил забрать у меня то единственное, что мне действительно было необходимо — друга! Я прониклась доверием к Сеэди, парень мне нравился, мы могли подолгу разговаривать о море, об островах, которые довелось ему посетить за время службы на триере императора. Сеэди удавалось хотя бы немного скрасить мое одиночество и тоску по дорогому мне Мирану, но Великий Каан делал все так, чтобы моя жизнь каждый день превращалась в пытку и разочарование.

Больше не в силах сдерживать себя, я вылетела из комнаты и разъяренная помчалась на поиски тирана. Долго искать не пришлось, ужасный император гордо и величественно стоял на палубе корабля и всматривался в даль Синего океана.