Юлия Ковальчук – Хозяйка древнего погоста (страница 12)

— Капитан эту ночь провел в особняке, Данила, но не потому, что нас связывают тесные отношения! — Гера пыталась оправдаться. — Я позвонила Тимофею сама, поскольку произошел ужасный инцидент!

— Ты могла позвонить мне, и я бы мигом примчался!

— Так, стоп! — возмутился капитан. — Я не знаю, что ты себе там напридумывал, но еще раз говорю, что Гертруда останется тут со мной, поскольку есть неотложные дела. А именно, если ты помнишь — твой брат ведет сложное дело, поэтому мне нужна помощь Могильных. — Тимофей начинал выходить из себя и ужасно злился на младшего, от чего его оболочка становилась все темнее и темнее. Могила это видела и не хотела назревающего конфликта между братьями.

— Данила, я вынуждена отказаться от утреннего кофе, но вечером мы можем встретиться! — Гера попыталась уладить ситуацию и перехватила охапку ароматных пионов. Тимофей нахмурился, он не желал, чтобы брат встречался с этой столичной «фифой», только об этом он поговорит с Данилой позже, не сейчас, когда тот слишком возбужден от ревности.

— Договорились, — неуверенно ответил младший и, развернувшись, направился к своему авто. Могила смотрела на отъезжающее такси и не понимала, как вообще могла попасть в такую нелепую ситуацию.

— У меня завтрак готов! Хотела быть гостеприимной!

— Завтрак так завтрак! — сухо изрек Тимофей. — Но после приступим к делу!

Могила кивнула. А пока шла к кухне, думала: «Что посеешь, то и пожнешь». Ведь она прекрасно понимала, что у Данилы к ней совсем не дружественные чувства, но увидев кровь, она ни минуты не раздумывала, кому из братьев звонить и просить о помощи.

ГЛАВА 8. ОДИН В ПОЛЕ НЕ ВОИН

Тимофей прекрасно осознавал, что сейчас неподходящее время для выяснения отношений с младшим братом. Отсюда пришлось снова с Данилой быть резким, поскольку иначе бы он не перестал приставать к столичной «фифе», которой нужно поскорее подключиться к расследованию. Тем более что в провинции нехватка профессионалов — обычное дело. Тут-то Хмурый вспомнил, что завтра к нему из императорского бюро расследований приедет подмога, которой он был рад, ведь дело «Ювелир» очень сильно затянулось и неясно, кто будет следующей жертвой. Возможно, что очередная блудница, но и исключать местных женщин тоже нельзя. Все они были в огромной опасности, пока по Могильеву разгуливал серийный убийца.

Капитан поспешно открыл дверь библиотеки и пропустил вперед хозяйку особняка Могильных. Затем он приблизился к одному из стеллажей с книгами, просунул руку между ними и нащупал скрытый рычаг. Повернул его, а затем отошел буквально на шаг. Вдруг книги качнулись, а сами полки задвигались в правую сторону, открывая проход в потайную комнату. Гера не удивилась этому, поскольку знала еще несколько таких скрытых от посторонних глаз комнат, которые были в особняке и строились специально по приказу самой графини Лукерьи.

— Прошу! — капитан жестом пригласил Геру войти и включил свет. Как только оба оказались внутри комнаты, дверь за ними закрылась. Могила быстро огляделась по сторонам и увидела стол с какими-то книгами, что стоял возле стены с кирпичной кладкой. А затем взгляд ее тут же остановился на доске, на которой были прикреплены ужасные фотокарточки с жертвами маньяка. Тусклый свет падал на стенд, от чего ей захотелось приблизиться и посмотреть на зверства поближе, что Гера и сделала.

— Это каким же нужно быть извращенным чудовищем, чтобы сотворить такое? — выдала она вслух, чем разбавила нависшую тишину. — Представить не могу, что эти женщины чувствовали, когда над ними издевались.

— Они ничего не чувствовали, — ответил капитан. — Я называю это ювелирным преступлением, ведь все они умерли буквально в один миг, ничего не ощутив, поскольку резкий удар клинком точно в сердце за секунду его остановил. Ну, а дальше… — Тимофей сделал паузу, будто подбирая нужные слова. — Дальше он делал с ними это.

— Они были изнасилованы? — с испугом спросила Гера.

— Нет! Никаких следов насилия, кроме острого прокола, на жертвах не было. Твой дед называл эти убийства охотой на ведьм. Иван Иванович считал, что маньяк ярый язычник и приносит блудниц в жертву самой Карне…

— Божество, что карает за грехи и является вестницей смерти, — далее продолжила уже Гера. Она слышала имя этого языческого божества от деда. Тот когда-то рассказывал, что именно богиня Карна помогает оплакивать усопших на похоронах, она же и забирает души, чтобы провести свой справедливый отбор: грешников — во тьму, а праведных в — свет.

— Именно. Также Иван Иванович считал, что наш маньяк таким образом хочет избавить город от блудниц, которых он считает настоящими грешницами. На фотокарточках видно, что все эти убийства совершает один и тот же человек.

— Круг из святой соли запирает душу, чтобы никуда не улетела, — перебила вдруг Гера, совершенно интуитивно. — Камни на груди всегда разные — это как маячки в потусторонний мир, где Карна встречает те самые души. Если каждый раз применять одинаковые самоцветы, то темное божество попросту не примет их, может посчитать за предыдущую жертву, душу которой Карна уже приняла.

— Верно! — ответил капитан и понял, что Гертруда действительно обладает знаниями, которые передал ей еще при жизни покойный Иван Иванович, ведь теперь он знает отчего менялись камни на телах жертв. Это не могло не радовать капитана. Возможно, он ошибался на ее счет и Гера сможет помочь ему в расследовании.

— Но как узнать этого убийцу, когда нет никаких зацепок?

— Тут-то твоя помощь и нужна, — выдал капитан. — Ты же умеешь гадать на картах?

— Да, а при чем тут это?

— Скоро узнаешь, поехали! — довольно произнес Тимофей, и, выключив свет, они оба покинули тайную комнату библиотеки.

В большой машине у капитана Гере было удобно. Она сидела на переднем пассажирском месте и глядела в открытое окно, за которым мелькали вдали высокие вековые ели, а перед ними поляны с разноцветами и травами. Чуть в стороне виднелся каменный пик Змеиной Скалы, куда боялись ходить даже взрослые мужчины. Но попадались и редкие смельчаки, что отваживались покорить вершину, однако назад из них никто не воротился. То, конечно, была очередная легенда, которую так любили местные рассказывать гостям провинции, чтобы те не лезли куда не следует, а именно — в опасные места, ведь Змеиная Скала настолько крута и высока, что свалиться с нее можно в считанные секунды, а тогда в худшем случае можно остаться калекой, а в лучшем — умереть. Несмотря на это, скала была прекрасна и таинственна, особенно в окружении зеленых деревьев. Гера засмотрелась, а после повернула голову вперед и уставилась на асфальтовое покрытие, разделительная полоса которого мелькала перед ее глазами. По бокам стали появляться частые постройки города: одноэтажные, двухэтажные и пятиэтажные здания. Выше в Могильеве не строились с целью безопасности, ведь именно тут возникали колебания земли. Землетрясения происходили из-за разлома тектонических плит земной коры в самых недрах планеты. Иногда колебания были совсем неощутимыми, но изредка могли и хорошенько встряхнуть весь Могильев и прилегающие к нему селения. Но это было ничто по сравнению с той бедой, которая обрушилась на провинцию в виде маньяка-ювелира.

— Куда мы едем? — Гера, молчавшая весь путь от особняка до центра города, еще раз задала вопрос капитану.

— В бордель «Под крылом Орла», — совершенно спокойно ответил Хмурый.

— Но… неприлично же порядочной девушке посещать такие места! — возмутилась Могила.

— Неприлично подглядывать за голым мужчиной, который решил с утра освежиться! — усмехнувшись, выдал Тимофей, чем заставил Геру залиться румянцем, а в душе сгорать от стыда за тот поступок.

— Не понимаю, о чем ты, капитан? — неуверенно ответила Могила, убирая светлую прядь за ухо. Будь сейчас тут друзья, они бы точно засмеялись от того, что Гера делает из себя саму невинность, чтобы скрыть правду.

— Ладно, проехали, мы на месте! — Хмурый снова нахмурился.

— И? Что мне делать, наверное, нужно наняться на работу? — с испугом произнесла девушка, глядя на двухэтажное, из белого камня, помпезное здание с колонами, на которых восседали крылатые ангелы — Амурчики. Бордель «Под крылом Орла» скорее напоминал богатый особняк, нежели дом терпимости. Большие окна, кованые балконы говорили, что внутри будет еще красивее. Стоящее отдельно здание окружалось высокими металлическими решетчатыми секциями, а у высоких ворот стояла будка с охраной, что поднимала шлагбаум лишь богачам этого города. Завсегдатаям же делались хорошие скидки.

Хмурый, который практически не шутил, захотел сказать: «За тебя бы дорого заплатили», но удержался и, сделав серьезный вид, выдал:

— Работать придется, только другим местом и способом — гаданием! Как ты понимаешь, с представителем закона блудницы вряд ли станут откровенничать, а вот предсказатель их очень заинтересует. К тому же твои знания в карточном раскладе помогут выяснить то, что волнует ночных мотыльков. То есть твоя задача выяснить, кто приходит в заведение, и кто уводит девиц из борделя с собой.

Гера с облегчением выдохнула. Роль проститутки она бы не выдержала, а, возможно, и залепила бы хмурому типу звонкую пощечину за такое непристойное предложение. И глубоко вздохнув, Могила сунула руку в бежевую кожаную дамскую сумку, сначала достала из нее маленькое зеркальце, а затем розовый блеск и накрасила губы. После положив все обратно, она вытащила новенькую колоду с картами, поиграла ими, заставляя карточки быстро перетекать между ладонями, и уверенно произнесла: