Юлия Корнеева – Меч и платье. Книга 1. Попаданка (страница 2)
Василиса отпустила прикроватный столик и медленно, шажок за шажком, направилась в сторону зеркала. Подойдя ближе к цели, положила ладонь на поверхность и произнесла тихонько себе под нос:
– Ну привет…
Девочка повторила приветствие. Василиса находилась в оглушенном состоянии, в одно и то же мгновение понимая, что девочка в зеркале – она, но не осознавая, как такое может быть.
Постояв еще пару минут и посмотрев на свое новое отражение, Василиса почувствовала взгляд. Обернувшись, увидела горничную, которая держала приоткрытую дверь в ванную комнату.
Василиса понимала, что нельзя тормозить, хотя сейчас она ребенок, и странности детям свойственны. Медленно отойдя от зеркала, Василиса направилась в сторону уборной под абсолютную тишину.
Она понимала, что для начала нужно хорошо обо всем подумать и не выдать себя, вдруг ее убьют за попаданство или обвинят в одержимости. Страх липким потом прокатился по всему телу. Она стала чувствовать слабость еще сильнее.
Горничная решила помочь с умываниями – и слава богу. Василиса не смогла бы справиться самостоятельно в данном удручающем состоянии тела, первоначальная бодрость покинула ее, и она почувствовала отголоски перенесенной болезни.
Девушка никогда не забудет, как тяжело в детстве переболела двухсторонней пневмонией, там ее жизнь стояла под вопросом. Три месяца она провела в больнице под капельницами, и когда пошла на поправку, уже четко помнила те ощущения.
В своей прошлой жизни, после всего этого, бодрость перемешивалась с накатывающей усталостью, и восстановление проходило долго. Поэтому она не отказалась от помощи горничной, которая ловко умыла малышку и на руках вынесла из ванной, посадив на стульчик рядом с туалетным столиком. На нем располагалось красивое зеркало овальной формы в деревянной раме с ажурным плетением по краям.
Плетение причудливо соединялось между собой, вырисовывая своими изгибами цветочный рисунок. Хорошо, что само дерево было цвета слоновой кости слегка с желтизной. Хотя бы здесь не резало глаза от приторно розового, и можно было спокойно подумать без раздражающих факторов.
Она старалась не паниковать, дабы не выдать себя – уже понимала, что с вероятностью в девяносто девять процентов переродилась в новом теле. Малышка, наверное, серьезно болела и не смогла поправиться. От этого Василисе стало грустно – девочка была очень прелестной на вид. Еще и эта слабость тела усугубляла общее настроение и хотелось хандрить…
Девушка тихонько продолжала сидеть на стульчике, прям как мышка, глубоко погруженная в свои невеселые размышления. Горничная возилась неподалеку в соседней комнате. Как поняла Василиса – там располагался гардероб, ей подбирали наряд на выход.
После утренних процедур Василиса чувствовала усталость, но понимала, что нужно быстрее узнать, где она находится и кто теперь ее семья, поэтому она не стала противиться горничной, когда та предложила спуститься на завтрак.
Помощница была очень дружелюбна к Василисе и переживала, что та такая молчаливая и грустная. Но, к счастью, сама девушка дала ответ на свои беспокойства.
– Маленькая госпожа, вы, наверное, еще слабы после болезни. Может, позавтракаете у себя в комнате?
Василису так и подмывало струсить и согласиться с предложением девушки, но еще та понимала: сейчас выпал замечательный шанс без вреда для здоровья разузнать, куда занесло и кто ее новые родственники.
А то, что поведение малышки будет отличаться от оригинала, тут ничего страшного. Ребенок серьезно болел, чуть не умер, и вообще: детям свойственно быстро меняться. Обижаться по пустякам и не разговаривать, особенно раздражающая черта у детей, всегда изводила Василису, по этой причине она относилась к ним скептически и считала, что лучше завести кошку, чем ребенка.
– «Так что, Васька, не трусим и идем на разведку!»
Приняв для себя это достаточно легкое и в то же время сложное решение, та успокоилась и приободрилась.
Василисе очень повезло с горничной, она являлась доброй болтушкой, ей не требовалось отвечать, а вот послушать было что. Оказалось, малышка была очень капризным ребенком и изводила всех слуг. Но сейчас та перешла все границы и без спроса пошла в запретный лес, притащив домой яйцо монстра. При этом девочка умудрилась попасть под сильнейший ливень и простудиться – да так, что слегла с температурой на неделю.
Отец девочки отчитал малышку и слуг, которые не уследили за ребенком. Василиса полностью согласилась с ним. Малышка устроила в тот вечер дикую истерику из-за яйца монстра, так как была против его уничтожения, после чего и слегла с высокой температурой. Отец винил себя за произошедшее и сильно переживал.
Горничная очень радостно продолжила рассказ:
– Маленькая госпожа, вот увидите, как обрадуется ваш батюшка, увидев вас в хорошем здравии. И сэр Ричфилд тоже будет рад, хотя ему от вашего батюшки сильно досталось, так как он за вами не углядел!..
Так, сэр Ричфилд, значит, охранник, отведенный дочурке для защиты. Нужно аккуратно вычислить его, чтоб не попасть впросак, чаще всего самые близкие слуги могут заметить отличия в характере, привычках, предпочтениях в еде. Нужно придумать стратегию поведения…
Горничная продолжила щебетать, а Василису не покидала одна мысль: как маленькая пятилетняя девочка смогла выйти из особняка, который так плотно охраняется? Добраться до этого леса и вернуться… Вся история казалась странной.
Слава богу, малышка не сильно пострадала и пришла обратно сама, немного измученная, но живая. Из рассказа помощницы выходило: ребенок принес с собой голубое яйцо, но не больше куриного. Цвет «добычи» указывал, что внутри детеныш монстра. Оно было необычным, в крапинку, таких еще никто не видел. Какой вид внутри – конкретно никто не знает, хотели сразу уничтожить находку, но девчушка смогла отстоять его, поэтому решение его судьбы решили отложить до момента выздоровления дочки графа.
Последние две ночи стали самыми критичными, и все уже решили, что малышка не выживет – маленький организм не справлялся с высокой температурой, она горела и бредила. Весь дом готовился к худшему, но сегодня утром температура спала сама собой, будто той и не было. Василиса подметила странность в рассказе: почему ребенка похоронили заранее и почему, если так все плохо, рядом не было родителей?
Горничная продолжила болтать о своем, но Василиса больше ту не слушала. Стало грустно: она поняла, что малышка, вероятнее всего, не пережила сегодняшнюю ночь.
Девочку было искренне жаль, и утешало девушку одно: не она являлась причиной смерти. Просто ей дали второй шанс на жизнь, а малышка отправилась на перерождение.
Она верила в перерождение, и вера подтвердилась переселением. Поэтому и знала, что боги справедливы, и у девочки будет все хорошо.
Прикрыв глаза, Василиса тихонько, почти про себя, произнесла, обращаясь к богам этого мира:
– Пусть у малышки новая жизнь сложится лучше, чем эта…
Василисе стало так легко на душе – она знала, что ее услышали.
Тем временем горничная продолжала хлопотать вокруг малышки, одевая в платье, на котором не было живого места от рюшечек, на вид такого же ядовито приторного цвета, как и вся спальня. Розовый в любых оттенках для Василисы теперь ненавистен, это какой-то удар по психике – как ее, так и окружающих. Та быстро стянула с себя это безобразие и направилась в гардеробную.
Раздражение придавало сил. Войдя в комнату, не удивилась огромному количеству розовых платьев разных оттенков. Решила идти от простого: цвет должен быть не вырви глаз и без этих многочисленных деталей.
Отдав выбранное платье горничной, Василисе пришлось потерпеть, пока ей помогут одеться. С маленькими ручками и крохотными непослушными пальчиками ей удавалось только быстро раздеться, а не наоборот.
Горничная сделала два высоких хвостика с бантиками, и это не сильно помогло. Густые кудрявые волосы продолжали пружинками торчать в разные стороны.
Само платье оказалось интересным: оно было с умеренным количеством рюш и плавным градиентом розовых оттенков. Верх был спокойный, пастельный и переходил к юбке в пыльно-розовый цвет. Очень красиво, Василиса даже не ожидала, что оно так гармонично будет смотреться с ее новыми огненными волосами. К рыжему мало что подходит, но тут все было идеально.
Девушка уже приняла свое перерождение и была благодарна, что ей дали шанс на еще одну интересную жизнь и бонусом вручили такую красивую внешность. Василиса предвкушала свою новую жизнь и мандражировала, как вольется в нее.
А вдруг родители заподозрят, что она не их дочь? Этот страх становился все сильнее, с каждым шагом приближая Василису к обеденной зале. Там, за дверьми, ее ждала новая семья, и у самого входа ей искренне захотелось развернуться и сбежать. Ее одолели ужас и страх раскрытия.
Дверь открыл камердинер, и девочку пригласили зайти.
Выдохнув, пробормотала себе под нос: – Васька, давай! – и шагнула вперед, замирая от страха.
Комната была просторной, с высоченными потолками – с ее роста они казались огромными. За столом сидели люди и разговаривали. Когда она зашла и остановилась у входа, разговоры стихли, наступила гробовая тишина. Затем послышался резкий скрежет стула по полу, тот упал, и торопливые шаги направились ко девочке.