Юлия Китаева – ХРАНИТЕЛЬ ЛУННОГО ЦВЕТКА. (страница 3)

Время тянулось медленно. Со Юнь сидел у окна, помешивая отвар деревянной ложкой, и прислушивался к дыханию девушки. Оно стало глубже, ровнее, и это был хороший знак. Луна за окном прошла половину своего пути, когда на горы начали опускаться предрассветные сумерки – то особенное время, когда ночь ещё не сдала свои позиции, но утро уже начало робкую атаку. Небо на востоке посветлело, переходя из черноты в глубокий синий цвет, а затем в фиолетовый с розоватыми проблесками на самом горизонте.

И в этот момент девушка очнулась.

Это произошло резко, как удар. Сначала её пальцы судорожно сжали край одеяла. Затем веки дрогнули, и карие глаза, в глубине которых всё ещё мерцало золото, распахнулись, мгновенно оценивая обстановку. Она села на кровати так быстро, что её русые волосы взметнулись в воздух и накрыли её плечи и спину густой волной, доходящей до самого пояса. Взгляд её метался по комнате: очаг, стол, свитки, незнакомый мужчина у окна.

– Где я? – Голос её был хриплым после долгого сна, но в нём чувствовалась сталь. – И где мой нож?

Она мгновенно приняла оборонительную позицию, поджав под себя ноги и выставив вперёд руки. Даже сейчас, ослабленная, измученная, она напоминала загнанного зверька, готового биться до последнего. Её пальцы дрожали – то ли от холода, то ли от напряжения, то ли от остаточного действия яда усталости, скопившегося в мышцах, – но она не собиралась сдаваться.

Со Юнь не шелохнулся. Он продолжал сидеть у окна, спокойно помешивая отвар в котелке, и только повернул голову, чтобы взглянуть на неё. Свет предрассветных сумерек падал на его лицо, делая черты ещё более резкими, ещё более суровыми.

– Твой нож на столе, – сказал он ровным, спокойным голосом, кивнув в сторону. – Рядом с твоим сломанным компасом. Ты в обители Хранителя, Лин Со.

Она вздрогнула, услышав своё имя, и её глаза расширились.

– Откуда ты…

– Твое письмо в сумке, – перебил он, не повышая голоса, но и не позволяя ей вставить слово. – Я не рылся в твоих вещах без нужды. Мне нужно было знать, кто ты, прежде чем решить, стоит ли тебя спасать.

Он помолчал, наблюдая за её реакцией. Она всё ещё сидела напряжённая, готовая к нападению, но что-то в его тоне, в его спокойствии, видимо, начало её успокаивать. Плечи её чуть опустились, хотя пальцы всё ещё были сжаты в кулаки.

– И, честно говоря, я удивлён, что ты ещё жива, – продолжил Со Юнь, отставляя ложку и поднимаясь с места. Он взял глиняную кружку, налил в неё отвар и направился к кровати. Каждое его движение было плавным, неторопливым, он специально не делал резких движений, чтобы не провоцировать её. – Твоя одежда… ты одеваешься как мужчина, чтобы быть незаметной. Хорошая мысль, правильная. Но твои волосы выдают тебя за версту. В любой деревне, на любой тропе любой путник поймёт, что под этой одеждой – женщина. Длинные волосы – это роскошь, которую не могут позволить себе простые мужчины. Или ты не подумала об этом?

Лин Со сжала губы, и в её карих глазах, которые сейчас казались почти чёрными в сумраке хижины, гневно блеснуло золото. Она не ожидала, что её маскировка будет раскрыта так быстро и так прямо.

– В мире, откуда я пришла, женщине небезопасно путешествовать одной. Я знала, что длинные волосы могут привлечь внимание, но… я не могла их отрезать. Это единственное, что осталось у меня от матери.

Она замолчала на мгновение, и в тишине хижины стало слышно, как потрескивают угли в очаге. Её взгляд упал на кружку в его руках, и она судорожно сглотнула – жажда давала о себе знать.– Мой дядя, – продолжила она, и теперь в её голосе появилась горечь, смешанная с презрением, – после смерти отца он забрал всё. Земли, дом, людей. А меня… он хотел продать меня как вещь. Вместе с остатками земель моего отца. Как довесок. Как мебель. Как лошадь.

Её пальцы, всё ещё сжатые, дрожали сильнее, но теперь это была не только слабость.

– Я взяла карту, мужской плащ, нож, который успела спрятать, и ушла в горы. Ночью. Не оглядываясь. Я шла туда, где, как говорил мой отец, магия ещё жива. Где жадность не властна над природой. Я искала место, где магия сильнее жадности.

Она подняла на него глаза, и в этот момент золото в их глубине вспыхнуло ярче, чем свет от очага. В этом взгляде было столько вызова, столько непокорённой воли, что Со Юнь невольно задержал дыхание.

– И ты нашла его, – тихо сказал он, протягивая ей кружку с отваром. – Ты нашла это место, Лин Со. Ценой нечеловеческих усилий, рискуя жизнью, но ты здесь.

Она взяла кружку дрожащими руками, и пар от отвара поднялся к её лицу, окутывая его белой дымкой. Она сделала маленький глоток, затем ещё один, и по тому, как расслабились её плечи, Со Юнь понял, что отвар начал действовать.

Он отошёл к окну, давая ей время, и замер, глядя, как первые лучи солнца пробиваются сквозь кроны деревьев, окрашивая всё вокруг в золотисто-розовые тона.

– Но ты должна понять, – сказал он, не оборачиваясь, и его голос стал твёрже, словно он сам напоминал себе о том, что должен сказать, – магия этого леса не терпит чужаков. – Ты прошла через туманную завесу – это уже чудо, которое не случалось здесь за все десять лет, что я здесь. Но лес чувствует тебя. Он знает, что ты здесь. И он будет проверять тебя, испытывать, пытаться вытолкнуть обратно. Ты – аномалия в этом идеальном порядке, Лин Со. И я не знаю, достаточно ли ты сильна, чтобы здесь остаться.

Она молчала долго. Со Юнь слышал, как она пьёт отвар, как ставит кружку на стол, как её дыхание становится глубже и ровнее. А затем раздался шорох – она поднялась с кровати, и её шаги, сначала неуверенные, затем всё более твёрдые, приблизились к окну.

– Я не искала лёгкой жизни, Хранитель, – сказала Лин Со, и теперь в её голосе не было страха, одна лишь спокойная решимость. – Я искала место, где смогу быть свободной. И если этот лес решит, что я достаточно сильна, чтобы здесь жить, я останусь. Если нет – значит, я умру здесь. Но я не вернусь обратно. Никогда.

Она стояла рядом с ним, и её длинные волосы, всё ещё спутанные после бегства, поймали первые лучи солнца и засияли, как расплавленное золото. В её карих глазах, смотревших на рассвет, горел тот самый свет – древний, непокорённый, вечный.

И в этот миг Хранитель понял: эта девушка изменит всё. Она уже изменила. Лес, который никогда не пропускал чужаков, впустил её. Цветок, хранивший молчание столько лет, засиял ярче, когда она появилась. И его собственное сердце, казавшееся каменным, забилось в новом ритме – в ритме, принесённом ею из мира, покинутого им когда-то.

– Завтра, – сказал он, и его голос был мягче, чем он сам ожидал, – я покажу тебе лес. Настоящий лес, не тот, что виден с троп. А сегодня… сегодня ты должна отдохнуть. Силы понадобятся тебе, Лин Со. Здесь выживают только сильные.

Она повернулась к нему, и впервые на её лице появилось что-то похожее на улыбку – слабую, усталую, но искреннюю.

– Я сильная, Хранитель, – сказала она просто. – Просто до сегодняшнего дня мне никто не давал это доказать.

Солнце поднялось над горами, и его лучи хлынули в окно хижины, заливая всё вокруг золотым светом. В этом свете лица Хранителя и беглянки казались высеченными из одного камня – разными, но каким-то непостижимым образом созданными друг для друга.

Лес за окном затих, прислушиваясь. Впервые за много лет он не знал, чего ждать. И это незнание было подобно надежде.

Глава 3: Тайна Лунного цветка.

После их разговора у окна Со Юнь вышел из хижины, и Лин Со последовала за ним. Ей не хотелось оставаться одной – не из страха, а из простого человеческого желания быть рядом с тем, кто спас ей жизнь. Хранитель спустился по узкой лестнице вниз, на поляну, и Лин Со пошла за ним, ступая босиком по прохладной древесине ступеней.

Утро в горах было прозрачным и холодным. Воздух звенел от чистоты – той особенной горной чистотой, которая обжигает лёгкие и заставляет сердце биться чаще. Где-то далеко внизу, в долине, ещё клубился туман, но здесь, на высоте, солнце уже хозяйничало полноправно.

Со Юнь опустился на колени перед небольшим каменным алтарём, который Лин Со вчера не разглядела в темноте. На алтаре в специальной чаше из горного хрусталя находился Лунный цветок. При дневном свете он выглядел иначе, чем ночью. Его лепестки, прозрачные и тонкие, почти не имели цвета – только лёгкий фиолетовый оттенок по краям, как морозный узор на стекле. Но сердцевина, золотистая и пульсирующая, по-прежнему сияла, отбрасывая тёплые блики на лицо Хранителя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.