Юлия Каштанова – Хроники Хорнэльда. Мир за Пределом (страница 10)
ночью по тракту одна, отвергнув все предложения вас сопроводить.
– Значит, вы решили меня тайно охранять? – усмехнулась Джулия. Лерит развел руками.
30
– Можно и так сказать. Мы подозревали, что вы охотитесь на демонов или темных посланников Крата, а в этом случае численное
превосходство только на руку.
– Разумно, – поддержала гостья. – Но раз вы так сильны и уверены в себе, почему бы вам не выбрать представителей для встречи в Лорн-Динте? Расскажите остальным лордам правду, а там уж
пусть решают, как быть. А еще лучше – выберете регента-протектора, а совет его утвердит.
– Мы бы рады, – невесело отозвался Лерит, – но только законных прав у нас не больше, чем у ставленника Крата. Лорды нас
и слушать не станут.
Джулия в ответ загадочно улыбнулась и вдруг спросила:
– В этом лагере – все верные Лейвидару люди?
– Нет, конечно, – Лерит задумался, прикидывая в уме. – Крупных лагерей еще четыре. Плюс общины больших городов – Донолла, Горидола, Тойль-Ана, «близнеца» Тойль-Рона, главной военной
крепости севера, и Ладса. Ими управляют бывшие советники и на-дежные офицеры.
– Насколько быстро вы сможете созвать глав на совет? – продолжала выяснять Джулия у изумленного вождя Лесных жителей.
– Часов за пять, – пожал плечами тот. – Надо разослать гонцов
в ближайшие, а остальным я напишу…
– Тогда собирайте совет, – успокаивающе улыбнулась Джулия, извлекая из потайного кармана алмазный гербовый перстень и на-девая его на указательный палец правой руки. – Думаю, теперь
у вас есть такое право.
Глаза Лерита расширились. Он покраснел, вскочил на ноги, потом рухнул на колено, склонив голову и пробормотав:
– Миледи-сенатор, простите недостойного…
Но его слова потонули в тихом смехе гостьи.
– Встань, благородный защитник Лейвидара, – произнесла она
с сестринской лаской. – Я не айни, чтобы преклонять передо мной
колена, я – всего лишь странница, которую ты спас на ночной дороге и приютил. Я не хочу, чтобы ты относился ко мне впредь иначе, пока мы не переступим порог парадного зала Лорн-Динта с официальным визитом. Лучше исполни две моих маленьких просьбы.
31
– Всё, что прикажете,
– Во-первых, не раскрывай мою тайну никому, кроме советников и тех твоих подручных, кто меня уже видел. А во-вторых… –
она думалась и спросила: – До Горидола далеко?
– Два часа по прямой.
– Там меня ждет подруга, еще одна Хранительница, – объяснила
Джулия. – Нужно передать ей от меня сообщение… – она коснулась
шеи, где прежде висел медальон со знаком ури, и обмерла: драго-ценности на месте не оказалось. Заметив, как гостья побледнела, встревожился и Лерит, и не преминул спросить, что случилось.
– Пока не знаю, – Джулия старалась выглядеть спокойно, но в глубине души уже почти паниковала. Если медальон попал
в чужие руки – кто знает, чем это обернется! – Может случиться
беда. Отправьте самых надежных бойцов в Горидол, пусть разыщут
мою подругу, пока не поздно.
– Я немедля распоряжусь! – пообещал Лерит и, выглянув из шатра, крикнул: – Лена ко мне, немедленно!
– …Лена к командиру!.. – пронеслось по лагерю эхом, тут же его
взбудоражив.
– Еще нужно отправить гонцов к нашим союзникам, – добавил
предводитель Лесных жителей, прежде чем вернуться в шатер.
Джулия на всякий случай отступила в тень, чтобы ее не было видно
от входа. – Ваша воля выполнена, – доложил молодой человек, –
скоро всё уладится.
– Надеюсь… – выдохнула девушка. Теперь она была не столь
убеждена.
Инка расхаживала по залу в маленькой гостинице, заложив
руки за спину, и время от времени поглядывала в окно. Ее беспокоило, что Джулия назначила встречу на утро. Инка прибыла в Горидол еще до наступления сумерек. От Донолла до пограничного
поселения было около семи часов езды по дороге. Напрямик, может быть, и меньше, но вряд ли Джулия стала бы коротать путь
лесными тропами и скальными уступами.
А подруга задерживалась. Если бы она осталась в Донолле –
прислала бы весточку. Не собирается же она в самом деле ехать ночью – это безумие! К несчастью, пообщаться мысленно, как обычно
32
поступали в таких случаях Хранители, подруги не могли. Неизвестно, почему этого не сделала Джулия, а вот ей сам
уловки».
Инка прекратила мерить шагами комнату и остановилась
у окна, неотрывно глядя на дорогу и нервно барабаня пальцами
по подоконнику. По ее мнению, подруга должна бы уже появиться.
На улице горели редкие фонари, освещая несколько домишек; вдалеке виднелись пограничные укрепления, и черной стеной стоял
лес. В темноте, он, казалось, придвинулся ближе и выглядел зловещим. Не было видно ни души, стояла душная, гнетущая тишина, только в отдалении – скорее всего, на заставе – лаяли собаки. Застава казалась единственным живым местом в окрестностях.
Еще более нагнетали обстановку два фермера, сидевшие за поздним ужином, которые рассказывали друг другу разные истории, по-луправдивые – полусплетни. Обрывки фраз долетали и до Инки.
– Страшные вещи творятся в нашем владении… – говорил один, раскуривая трубку. – Вот в прошлом месяце, например, у меня пропала лошадь. Через неделю – другая. Так четыре раза, в один и тот