Юлия Каменева – Особенные сны (страница 10)
Женщина торопилась рассказать, как прошёл их с сыном день, и в красках описала, как они изгнали психолога.
Андрей смотрел на жену и не узнавал её: она стала такой домашней… Рассказывая о Лёне, Анна светилась. Как же давно он не показывался на мероприятиях вместе с супругой!.. А вскоре ему предстояло появляться и с Лёней. Знакомые, коллеги, партнёры — все задавали вопросы о приёмном сыне. Долго скрывать его не получится. А как выходить, если мальчик даже дома вот такие финты выкидывает по отношению к новым для него людям?
Мужчина подумал, что, возможно, они пошли не тем путём в своих отчаянных попытках приучить Лёню к обществу. Психологи, знакомые… Нужно, конечно, но этого явно недостаточно. Начать стоило с себя: Андрей признавал, что почти не проводит времени с сыном. Непростительно для хорошего отца семейства и успешного человека, каковым он себя считал.
— Анна, прости за этих псевдоспециалистов. У них были неплохие рекомендации. Ты так выкладываешься для Лёни, и я… я не желаю оставаться в стороне. Хочу тоже принимать в этом участие. Хочу помочь ему адаптироваться.
Анна уставилась на него, забыв встряхнуть чёлкой.
— Ты хочешь больше заниматься воспитанием Лёни, помогать мне с его адаптацией?
— Да, именно это, — кивнул Андрей. — Я хочу быть частью ваших моментов. Хочу узнать сына получше.
Анна положила на его руку ладонь, но тут же смущённо убрала её, заметив у себя отсутствие маникюра.
— Для меня это очень важно, Андрей. Лёня… он такой… другой. И каждый шаг для него — это преодоление себя. Ему нужна поддержка нас обоих, не только моя.
— Я знаю, — согласился Андрей. — Давай начнём с малого. Может быть, в субботу я пойду с вами на прогулку?
— Ой, конечно! — встрепенулась Анна. — Я подготовлю его. Но ты не обижайся, если вдруг что-то пойдёт не так.
— Всё хорошо. Мы справимся, — успокоил её Андрей.
* * *
Анна проснулась в радостном предвкушении: солнце здо́рово припекало, а Лёня всю ночь проспал спокойно.
Андрею удалось выкроить день для семьи, и теперь им предстояла совместная прогулка у реки. Пока муж с сыном спали, Анна, напевая, пожарила блинчики и накрыла стол. Она так поднаторела в этом, что блины выходили у неё ровные и одинаково тонкие.
За завтраком и во время сборов Лёня вёл себя стандартно. Анна уже изучила его ритуалы и знала, как, что и в какой последовательности он делает. Это также стало частью и её обыденности. Если бы кто-то сказал ей, что с другими детьми всё происходит иначе, она бы искренне удивилась.
— Доброе утро! — весело поздоровалась она с консьержкой Оксаной Валерьевной. — Как ваш внук, набирает вес?
— И тебе всего доброго, детка! — отозвалась хранительница подъезда. Редко кто из соседей интересовался её делами, и потому она с искренним теплом относилась к молодой женщине.
Лёня вёл себя смирно, но Анна не расслаблялась: поведение сына невозможно было предугадать. Точно так же, как котировки на бирже, его настроение могло поменяться в любую минуту.
— Сегодня жарко, — Андрей взмок в неизменном пиджаке, с трудом державшемся на одной пуговице.
Он давно не гулял по улице днём — в это время обычно бывал на работе, переговорах или лекциях.
— Да, лето-о-о! — счастливо протянула Анна.
Она едва не плясала вокруг мужа и сына. Подол её лёгкого сарафана крутился вокруг ног, а ветерок заигрывал с причёской. Сегодня для неё все краски выглядели более яркими, а набережная казалась намного прекраснее, чем когда-либо. Хороший они всё-таки выбрали район! Не зря целых полгода потратили на выбор новостройки и ещё два года ждали вручения ключей. И ведь это её заслуга: она сумела в буклетах застройщика разглядеть такой прекрасный вариант, не испугавшись вида тогда ещё пустыря и болотистого берега реки.
Мальчик, насупившись, как во время их первых прогулок, брёл сгорбленным старичком чуть поодаль, уставившись под ноги. Он всегда отдалялся, когда нервничал или испытывал дискомфорт. Анне потребовалось примерно выходов восемь, прежде чем сын приблизился и перестал бояться брать её за руку на улице.
Супруги, подстроившись под темп Лёни, вдыхали жаркий воздух.
— Почему он так делает? — спросил Андрей, приметив, что сын отдаляется, когда они подходят ближе, сохраняя комфортную для себя дистанцию.
— Он всегда так. Дай ему время. Немного успокоится и подпустит нас, — объяснила Анна.
— И долго он так будет брести? — Мужчина вытер пот с лица бумажным платком.
— Нет. Видишь вон тот тополь? — указала пальцем Анна. — Он там остановится, а мы сможем посидеть на лавочке в тени.
— Откуда ты знаешь? — Андрей отметил про себя, что жена хорошо изучила привычки мальчика и неплохо с ним ладит.
— А вот и знаю. Поначалу он там мог и по часу стоять, — поделилась та. — Дальше ему было страшно идти. Потом мы до вон той пекарни доходили. «Булки у дома», видишь? Там он тоже подолгу любит стоять. Но внутрь мы пока не заходим. А потом сворачиваем на детскую площадку за старой пятиэтажкой. Лёня проводит в этом месте несколько минут: мне кажется, ищет Рыжика. Только мы его там больше не видели.
Лёня и правда повёл родителей на детскую площадку. Андрей присел на скамейку, пока мальчик стоял, изучая обстановку. Вдруг из-за кустарника за скамейкой раздалось: «Мяу!» — и Рыжик, важно виляя упитанным задом, подошёл к Лёне.
— Я же говорила! — сказала Анна радостно, наблюдая, как сын наклонился и трогает кота. Совсем как обычный ребёнок.
— Мяу! — повторил Рыжик и вдруг резко вскочил на скамейку и забрался на колени к Андрею.
— Тьфу на тебя! — опешил тот, боясь прикоснуться к животному.
Пока кот тёрся о живот Андрея, Лёня пристально наблюдал, не делая попыток приблизиться. Мальчик казался озадаченным, его руки безвольно повисли, а уголки губ грустно опустились.
Анна не спускала с него глаз, но так и не сумела понять эмоций сына. Что для него значит это животное?
— Кис-кис-кис! — позвала Рыжика какая-то женщина у подъезда, и кот мгновенно спрыгнул, мяукнув в последний раз на прощание.
Лёня развернулся, словно не хотел тут больше оставаться, и пошёл в сторону набережной.
— Куда это он? — спросил оторопевший Андрей, вскакивая и стряхивая с себя невидимые шерстинки.
— Думаю, продолжать прогулку. К тополю, — предположила Анна.
Добравшись до тополя, Лёня и вправду замер и сосредоточенно принялся его изучать.
— Что его заинтересовало в этом дереве? — Андрей бросил вопросительный взгляд на жену. — Вроде дерево как дерево.
— А вот и нет! — торжествующе воскликнула Анна. — Я тоже долго не могла понять. А давай тебе покажу! Подойди поближе и смотри сюда!
Анна дождалась, когда муж подойдёт к толстому корявому стволу, и показала пальцем на углубление:
— Видишь?
И Андрей увидел: по коре тонким ручейком струились муравьи, ровно в ряд. Они ползли вверх усердно и целенаправленно, а в двух сантиметрах от них такая же живая лента возвращалась вниз, к корням. Потоки не пересекались и не меняли направления. Некоторые особи тащили кусочки листьев и какой-то мусор, и их движение завораживало наличием чёткой структуры и порядка.
Солнце нещадно палило, люди шли мимо, каждый по своим делам, и никто не обращал внимания на семью возле старого тополя, наблюдавшую за маленькими тружениками.
Андрея уже разморило от жары, но он не хотел бросать здесь жену и сына: прогулка оказалась приятной. А ведь раньше он и не замечал, как тут красиво. У него просто не было на это времени.
Анна понимающе взглянула на супруга:
— Я раньше тоже на многое не обращала внимания. А ведь мир так прекрасен!
Дальше тополя Лёня идти не захотел, как Анна его ни уговаривала. Он направился к дому, и родителям пришлось невольно последовать за ним.
И вот уже у самого подъезда мальчик вдруг подошёл к Андрею и взял его за руку, несмело и робко отводя глаза.
— Ого! — растрогалась Анна. — Тебя принял!
Мужчина улыбнулся и крепко сжал худенькую ладошку сына. У него самого не было воспоминаний, чтобы он шёл за руку с отцом: судьба такой роскоши не предоставила. Зато у Лёни они будут. Да, это мгновение стоило всех ночных кошмаров, тягостного молчания и прочих странностей.
* * *