Юлия Ильская – Бывшие. Папа на месяц (страница 9)

Ксюша

Мы никогда не обсуждали нашу единственную ночь. Я затолкала эти воспоминания глубоко-глубоко и только иногда, когда мне становилось совсем плохо вытаскивала их, смахивала пыль и любовалась, и у меня снова появлялось желание радоваться жизни.

Ведь эта ночь была лучшее, что со мной случалось, не считая Артема конечно.

Я помню как мы вернулись с какой-то вечеринки, Димка был слегка пьян, мы отчаянно спорили по поводу его очередной девушки. Он рьяно доказывал, что она самая лучшая, а я смеялась и говорила что у него каждая такая.

Мы включили нижний свет, Димка налил нам по бокалу вина. Мы плавно перешли на обсуждение всех девушек, Димка пересчитывал мне качества, которые хотел бы видеть в своей избраннице, а я снова смеялась и говорила, что такую он найдет, пожалуй только на луне.

Я вообще раньше много смеялась, не то что сейчас.

Вдруг Димка замолчал и посмотрел на меня долгим взглядом, слегка хмельным, но таким обжигающим, что щеки у меня мгновенно вспыхнули.

– Все равно такой как ты не найду, – вдруг сказал он и заправил мне прядь волос за ушко.

Я отвела глаза, смеяться мне не хотелось, я была в полном смятении, не знала как реагировать. Мое сердце отчаянно билось и требовало большего.

Дима взял меня за подбородок и повернул к себе, коснулся губами слегка, словно спрашивая разрешения, я ответила, тогда он впился в меня страстным требовательным поцелуем.

На утро я проснулась в смятой Димкиной постели, с пятнами крови на простыне. Димка спал рядом, по хозяйски положив руку мне на грудь. Я залюбовалась точеным профилем, четко очерченными губами и широкими бровями вразлет. Красавчик!

Сколько девчонок по нему сохнет, я уже и со счета сбилась. Вот и я не выстояла против обаяния Дмитрия Данилова. Не могу сказать точно когда я в него влюбилась. Мне кажется это было всегда, с тех пор как увидела, с тех пор как его родители переехали в наш дом. С тех пор, как он в семь лет, подошел ко мне, пятилетке, и серьезно сказал:

– Давай дружить!

Когда мы подросли я поняла, что Димка тот еще дамский угодник, он легко сходился и также легко расставался с девушками, и единственный вариант быть рядом с ним-стать ему другом. Лучшим!

Так и получилось, я была его доверенным лицом в его сердечных делах, он рассказывал мне все, делился, ходил со мной гулять. И мне этого хватало, до сегодняшней ночи. Мы переступили черту дружбы и теперь я одна из многих его подружек, а значит совсем скоро я ему наскучу и он променяет меня на другую.

Я тихо выскользнула из его постели оделась и позорно убежала. Мне нужно было собраться с мыслями, решить как быть дальше. Димка позвонил через час, когда я уже все решила:

– Зай, ну куда ты делась? Как ты? – протянул он, хриплым от сна голосом, таким сексуальным, что у мгновенно мурашки по телу пробежали.

– Никаких “зай”, – отрезала я, – и вообще Данилов…

– Что? – настороженно спросил он.

– Забудь все что было, я была пьяна и…и…– я не смогла продолжить фразу.

– Это получилось случайно, ты не хотела, – холодно произнес Димка.

– Да, – выдохнула я в трубку, – именно так!

– Я понял, Ксюх. Но мы друзья? – голос его звучал как-то приглушенно, видимо расстроился, что его так быстро бросили.

– Да, – тихо сказала я, – мы друзья, ничего не было.

– Окей, как скажешь!

Мы продолжили общаться, словно и не было у нас той волшебной ночи, словно он не стал моим первым и единственным мужчиной.

А через два месяца я узнала, что беременна и мне до сих пор стыдно, что я тогда допустила мысль об аборте. Артем сейчас самое большое мое счастье, плод моей любви, мое утешение и моя радость.

Я задумчиво смотрю на сына.

– Помнишь? – настойчиво спрашивает меня Данилов.

– Так, – легкомысленно пожимаю я плечами, – смутно. А что?

– Ничего – серые глаза потемнели, словно небо перед грозой, – просто спросил.

Ксюша

Мы никогда не обсуждали нашу единственную ночь. Я затолкала эти воспоминания глубоко-глубоко и только иногда, когда мне становилось совсем плохо вытаскивала их, смахивала пыль и любовалась, и у меня снова появлялось желание радоваться жизни.

Ведь эта ночь была лучшее, что со мной случалось, не считая Артема конечно.

Я помню как мы вернулись с какой-то вечеринки, Димка был слегка пьян, мы отчаянно спорили по поводу его очередной девушки. Он рьяно доказывал, что она самая лучшая, а я смеялась и говорила что у него каждая такая.

Мы включили нижний свет, Димка налил нам по бокалу вина. Мы плавно перешли на обсуждение всех девушек, Димка пересчитывал мне качества, которые хотел бы видеть в своей избраннице, а я снова смеялась и говорила, что такую он найдет, пожалуй только на луне.

Я вообще раньше много смеялась, не то что сейчас.

Вдруг Димка замолчал и посмотрел на меня долгим взглядом, слегка хмельным, но таким обжигающим, что щеки у меня мгновенно вспыхнули.

– Все равно такой как ты не найду, – вдруг сказал он и заправил мне прядь волос за ушко.

Я отвела глаза, смеяться мне не хотелось, я была в полном смятении, не знала как реагировать. Мое сердце отчаянно билось и требовало большего.

Дима взял меня за подбородок и повернул к себе, коснулся губами слегка, словно спрашивая разрешения, я ответила, тогда он впился в меня страстным требовательным поцелуем.

На утро я проснулась в смятой Димкиной постели, с пятнами крови на простыне. Димка спал рядом, по хозяйски положив руку мне на грудь. Я залюбовалась точеным профилем, четко очерченными губами и широкими бровями вразлет. Красавчик!

Сколько девчонок по нему сохнет, я уже и со счета сбилась. Вот и я не выстояла против обаяния Дмитрия Данилова. Не могу сказать точно когда я в него влюбилась. Мне кажется это было всегда, с тех пор как увидела, с тех пор как его родители переехали в наш дом. С тех пор, как он в семь лет, подошел ко мне, пятилетке, и серьезно сказал:

– Давай дружить!

Когда мы подросли я поняла, что Димка тот еще дамский угодник, он легко сходился и также легко расставался с девушками, и единственный вариант быть рядом с ним-стать ему другом. Лучшим!

Так и получилось, я была его доверенным лицом в его сердечных делах, он рассказывал мне все, делился, ходил со мной гулять. И мне этого хватало, до сегодняшней ночи. Мы переступили черту дружбы и теперь я одна из многих его подружек, а значит совсем скоро я ему наскучу и он променяет меня на другую.

Я тихо выскользнула из его постели оделась и позорно убежала. Мне нужно было собраться с мыслями, решить как быть дальше. Димка позвонил через час, когда я уже все решила:

– Зай, ну куда ты делась? Как ты? – протянул он, хриплым от сна голосом, таким сексуальным, что у мгновенно мурашки по телу пробежали.

– Никаких “зай”, – отрезала я, – и вообще Данилов…

– Что? – настороженно спросил он.

– Забудь все что было, я была пьяна и…и…– я не смогла продолжить фразу.

– Это получилось случайно, ты не хотела, – холодно произнес Димка.

– Да, – выдохнула я в трубку, – именно так!

– Я понял, Ксюх. Но мы друзья? – голос его звучал как-то приглушенно, видимо расстроился, что его так быстро бросили.

– Да, – тихо сказала я, – мы друзья, ничего не было.

– Окей, как скажешь!

Мы продолжили общаться, словно и не было у нас той волшебной ночи, словно он не стал моим первым и единственным мужчиной.

А через два месяца я узнала, что беременна и мне до сих пор стыдно, что я тогда допустила мысль об аборте. Артем сейчас самое большое мое счастье, плод моей любви, мое утешение и моя радость.

Я задумчиво смотрю на сына.

– Помнишь? – настойчиво спрашивает меня Данилов.

– Так, – легкомысленно пожимаю я плечами, – смутно. А что?

– Ничего – серые глаза потемнели, словно небо перед грозой, – просто спросил.

Глава 9

Ксюша

– Бабуль, заходи, – радостно встречаю я бабушку, – как доехала?

Димка ставит на пол тяжеленную сумку. Я его отправила встречать бабушку, а сама с Артемом осталась дома, готовить праздничный ужин.

– Здравствуй, здравствуй, внуча. А где мой правнучек, где мой сладкий пирожочек?

Артем выходит из комнаты и выжидающе смотрит на бабушку, оценивает, можно ли ей доверять. Бабуля достает из кармана чупа-чупс и Тема решает, что человек с чупа-чупсом плохим быть не может. Он радостно берет угощение, говорит “сасибо” и даже позволяет себя обнять и погладить по головке.

Димку он демонстративно не замечает, даже не смотрит в его сторону.

– Ну, мойте руки и за стол, – весело говорю я.

Мы ужинаем в непринужденной обстановке, потом мальчики удаляются в гостиную, я начинаю мыть посуду, а бабуля рассказывает мне последние новости.

– Ага, ага, да, – киваю я невпопад напряженно прислушиваясь к звукам из гостиной, – прикольно…

– Что прикольно-то? Петровна померла, говорю! – вдруг повышает голос бабушка.

– Ой, прости, – я концентрируюсь на бабуле, – прискорбно, я хотела сказать.

– Аксинья! – бабушка называет меня полным именем только когда сердится или хочет прочитать нотацию, – у тебя все в порядке? Ты сама не своя. Что происходит?

– Да ничего, ба, все хорошо, – говорю я, – с Димкой немного поцапались, но это у нас бывает…

– Ну, молодо-зелено, – вздыхает бабушка, – ничего, помиритесь. Как живете-то? Денег хватает?

– Хватает, ба, Димка хорошо зарабатывает, ты знаешь у него уже даже своя спортшкола есть, – неосознанно хвастаюсь я.

– Это хорошо, – одобрительно говорит бабушка, – молодец, ну а тебя не обижает? Сына?

– Нет, что ты, он сына очень любит…

– Дай! – слышим мы громкий рев Артема, – дай! Дай!

– Не дам! – также громко отвечает Димка, – ты весь день свои мультики смотришь, а у меня игра раз в неделю!

– Ох, снова из-за пульта поссорились, – вздыхаю я.

– Мама-а-а-а! – Тема явно не намерен сдаваться и зовет меня на помощь.

– Ну чего вы? – я выхожу из кухни, мило улыбаясь, втихаря показываю Данилову кулак, беру Тему на руки.

– Уже спать пора, – говорю я сыну.

– Один! – он показывает мне пальчик, намекая, что посмотрит только один мультик.

– Хорошо, только один, – киваю я, – но на телефоне, пусть папа хоккей на телевизоре посмотрит.

– Димка? – удивленно спрашивает сын.

– Ага, – киваю я.

Я уношу Тему в спальню, даю ему телефон.

– С характером парень, – одобрительно говорит бабуля, – весь в нас.

– Да и папа у него с характером, – вздыхаю я.

– Ксюш, а чего он отца по имени зовет? – вдруг спрашивает бабушка.

– Ну…так бывает, я зову, он повторяет, – говорю я.

– Ага, ага, – кивает бабушка, – мама твоя тоже батьку по имени звала, но он моряк был, она его и не помнила.

– А Димка думаешь часто дома бывает, – с радостью выкручиваюсь я, – он все на чемпионаты свои ездит, да тренировки, да школой руководит…

– Ну да, ну да, – кивает бабушка, – вы укладывайтесь, а я пойду Викторовне позвоню, пока и она не померла.

Я купаю Тему, читаю ему сказку и когда сынок засыпает выхожу на кухню. Бабуля с Димкой мирно пьют чай с бабушкиными пирожками.

– Мне оставьте! – пугаюсь я, доставая кружку, ведь бабулины пирожки самые вкусные на свете.

За чашкой чая мы болтаем почти до полуночи, пока уже у всех не начинают слипаться глаза.

– Ох, внуча, устала я, – говорит бабушка, – пора и на боковую. Показывай, где я спать буду.

Я стелю бабушке на диване и иду принять душ. Вот и закончился этот день, я ожидала, что будет хуже, но бабуля кажется ни о чем не догадалась. И Димка с Артемом всего один раз поссорились.

Замотав голову полотенцем я иду в спальню.

– Здрасьте, ты чего тут делаешь? – я удивленно смотрю на Данилова лежащего на моей кровати.