Юлия Грачева – Преступления против общественной безопасности. Учебно-практическое пособие (страница 7)

Захват заложника, совершенный из корыстных побуждений (п. «з» ч. 2 ст. 206 УК), предполагает стремление посягающего получить в результате совершения преступления имущественную выгоду (имущество, выгоды имущественного характера) или избавиться от материальных затрат (возврат долга, выполнение имущественных обязательств и т. д.).

Нередко захват заложника сопровождается вымогательством. Поскольку в состав захвата заложника включена лишь цель – понудить государство, организацию или гражданина к совершению (несовершению) какого-либо действия, а не сами действия, содеянное при сопряженности захвата заложника и вымогательства должно квалифицироваться по совокупности этих преступлений.

По найму (п. «з» ч. 2 ст. 206 УК) квалифицируется захват заложника, когда виновный захватывает либо удерживает заложника за вознаграждение от третьих лиц. Для квалификации по этому пункту не имеет значения время получения вознаграждения – до или после совершения захвата заложника.

Особо квалифицированными видами захвата заложника являются деяния, предусмотренные ч. 1 или 2 ст. 206 УК, если они совершены организованной группой либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Субъективная сторона захвата заложника в случае наступления по неосторожности смерти потерпевшего или иных тяжких последствий характеризуется двумя формами вины – прямым умыслом по отношению к действиям и неосторожностью по отношению к последствиям.

Если смерть заложникам причиняется умышленно, то деяние должно квалифицироваться по ч. 4 ст. 206 УК.

Примечание к ст. 206 УК предусматривает условия освобождения от уголовной ответственности лица, добровольно или по требованию властей освободившего заложника, если в его действиях нет иного состава преступления. Поэтому действия, образующие такие составы преступления, как незаконное ношение оружия, причинение вреда здоровью, умышленное повреждение имущества, могут повлечь уголовную ответственность на общих основаниях.

Действия Р. нельзя расценивать как «добровольные» в том смысле, как «добровольность» понимается уголовным законом, поскольку фактическое освобождение потерпевшего состоялось уже после выполнения условий, выдвинутых похитителями, когда их цель была достигнута и оказался утраченным смысл дальнейшего удержания заложника. При таких обстоятельствах Р. не может быть освобожден от уголовной ответственности на основании примечаний к ст. 126 и 206 УК РФ[37].

Захват заложника по некоторым признакам близок к похищению человека. Отличие этих преступлений необходимо проводить по следующим моментам:

а) по объекту посягательства: при захвате заложника им выступает общественная безопасность, при похищении человека – свобода личности;

б) по характеру и способу действий: захват заложника носит открытый, демонстративный характер с выдвижением определенных требований к государству, организации, гражданину. Посягательство на свободу человека является средством для достижения определенных целей. При похищении человека преступник действует тайно, сообщает, как правило, о содеянном родственникам. Похищение человека может осуществляться по личным мотивам (из мести, ревности, желания устранить конкурента и т. д.);

в) похищение человека всегда связано с захватом человека и последующим его перемещением в другое место, а затем удержанием в изоляции помимо его воли. Захват заложника осуществляется насильственным удержанием потерпевшего (потерпевших) в месте их нахождения (в транспорте, в помещении и т. д.);

г) своеобразие объективной стороны «захвата заложника» в том и состоит, что это преступление, в отличие от «похищения человека», совершается в целях предъявления требования третьим лицам под угрозой насилия над заложником;

д) при захвате заложника виновных лиц интересуют не столько личности захваченных, сколько возможность использования их в качестве средства давления на адресата. Виновные лица здесь не имеют личных взаимоотношений с заложниками, которые бы обусловливали их соответствующие действия. При незаконном же лишении свободы или похищении человека виновные лица по тем или иным причинам заинтересованы в конкретной личности потерпевшего (как это бывает, например, при взыскании долга, устранении конкурента и т. п.);

е) преступление, связанное с захватом заложника, окончено с момента захвата или удержания лица в качестве заложника и предъявления требования третьему лицу (государству, организации, гражданину), соединенного с высказыванием угроз в адрес заложника. Похищение же окончено с момента лишения возможности потерпевшего выбирать по своему усмотрению место своего пребывания. Высказывались ли при этом какие-либо угрозы, для решения вопроса об уголовной ответственности значения не имеет;

ж) как показывает судебная практика, при похищении основным мотивом чаще всего является корысть. При захвате заложника мотивы, как правило, более широкого диапазона – от политических (несогласие с правящим режимом, желание покинуть страну и т. д.) до криминальных, чаще всего сопровождаемых требованиями материального характера[38].

Заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК). Объективная сторона характеризуется действием в виде заведомо ложного сообщения о готовящемся акте терроризма (ст. 205 УК).

Такое сообщение может быть выражено в любой форме (устно, письменно, с помощью средств связи) как анонимно, так и с указанием автора и направлено любому адресату (органам власти, руководителям предприятий, учреждений, организаций, а также отдельным гражданам).

Важно, чтобы такое сообщение было ложным, т. е. не соответствовало реальным фактам, и касалось сведений о готовящихся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий.

Если заведомо ложное сообщение об акте терроризма содержит сведения о лицах, якобы готовящихся его совершить, то в этом случае налицо идеальная совокупность преступлений, предусмотренных ст. 207 и ст. 306 УК.

В случае добросовестного заблуждения лица или неправильной оценки передаваемой информации квалификация содеянного по ст. 207 УК исключается.

Преступление признается оконченным с момента получения сообщения адресатом.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. При этом лицо заведомо знает о ложности своего сообщения и у него должна отсутствовать цель, предусмотренная в ст. 205 УК. Это позволяет отграничить данный состав преступления от террористического акта.

Ответственность за это преступление наступает с 14 лет.

Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем (ст. 208 УК). Объективная сторона состава преступления характеризуется несколькими альтернативными действиями:

1) созданием незаконного вооруженного формирования (НВФ);

2) руководством таким формированием;

3) его финансированием;

4) участием в нем (ч. 2 ст. 208 УК).

Незаконным признается вооруженное формирование, создание которого осуществлено вопреки требованиям, установленным федеральным законодательством.

Статья 13 Конституции РФ запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели и действия которых направлены на создание незаконных вооруженных формирований.

Это конституционное положение нашло отражение в ФЗ № 61-ФЗ от 31 мая 1996 г. (в ред. от 9 ноября 2009 г.) «Об обороне»[39]. В нем сказано, что «создание и существование формирований, имеющих военную организацию или вооружение и военную технику либо в которых предусматривается прохождение военной службы, не предусмотренных федеральными законами, запрещается и преследуется по закону» (п. 9 ст. 1).

Порядок создания законных вооруженных формирований установлен также: Законом РФ № 1026-1 от 18 апреля 1991 г. (в ред. от 29 декабря 2009 г.) «О милиции»[40], ФЗ от 6 февраля 1997 г. (в ред. от 25 ноября 2009 г.) № 27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации»[41], ФЗ от 3 апреля 1995 г. (в ред. от 25 декабря 2008 г.) № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности»[42], ФЗ от 10 января 1996 г. (в ред. от. 14 февраля 2007 г.) № 5-ФЗ «О внешней разведке»[43] и другими федеральными законами.

Незаконными могут признаваться и такие вооруженные формирования, которые создаются на основе решений органов власти и управления субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также федеральных органов исполнительной власти в связи с тем, что оборона и безопасность относятся к исключительному ведению РФ (ст. 71 Конституции РФ).

Незаконное вооруженное формирование может создаваться как для совершения преступных посягательств, так и для поддержания общественного порядка, охраны отдельных лиц либо организаций, учреждений и т. п.

Так, «в марте 2002 г. в г. Гудермесе, Чеченской Республики, Джамулаев в целях вооруженных выступлений против центральных и местных органов власти создал не предусмотренное федеральным законом РФ незаконное вооруженное формирование (НВФ) «Джамаат».

Руководя вооруженным формированием, выполнил комплекс организаторских функций, направленных на обеспечение деятельности формирования: нашел канал и источник финансирования группы, занимался подбором участников формирования, приобретением оружия, боеприпасов, военного снаряжения, средств связи. Организовал и принимал участие в проводимом рейде группы в г. Гудермесе, пропагандой идей в соответствии с целями и задачами формирования.