Юлия Гладкая – Осколки зеркал (страница 20)

— А такой, что у нас еще один труп, и угадай кто первым прибыл на место?

— Видимо не вы, — понял маг, сыщик кивнул, — ну тогда или толпа, или того хуже — писака.

— В яблочко! Опять этот Собакин мешался, и откуда только взялся такой неуёмный, — Егор скривился как от щавеля.

— Так возьми да разузнай, а то, кто его знает, вдруг он как-то со всем этим связан, — предположил маг.

— Была такая мысль. Помощнику поручил разведать, кто таков да какими судьбами, а покамест, все что имеем — так это очередной замученный хозяин ломбарда. Не поверишь, но картина один в один, — Егор откинул газету, — наверняка завтра на первых полосах появятся кровавые новости и нелепые обвинения.

— Забудь ты про него, а нет — так в каталажку запри, дескать мешает правосудию. Пару дней посидит, может и одумается, — предложил Митя.

— Может да, а может нет. Меня куда больше волнует, что теперь это похоже на серию, будто некто или воспылал ненавистью ко всем ростовщикам, или что-то ищет, и если не нашел, то жди и третье тело.

— Одни пропажи, — закивал Митя, — у нас после ревизии двух артефактов не досчитались, и похоже Игнат их у себя хранил, а где они теперь, неведомо.

— Трясите нынешнего жильца, хуже не будет, — Егор поднялся и прошел по кабинету, разглядывая полки. — По своей работе знаю, люди вечно что-то таят.

— Этот вроде бы откровенен, но соглашусь, чужая душа потемки, — маг задумчиво проследил за другом взглядом. Тот остановился у каминного портала и теперь вертел в руках безделушку, взятую с полки. — А вот скажи мне, Егор, может человек в каминную трубу пролезть?

— Имеются такие случаи, правда, те что зафиксированы — с печальным итогом, но, в целом, трубочисты же лазают. А ежели кто поменьше, так глядишь и пронырнет.

— А обратно вылезет? — маг даже подался вперед.

— Это едва ли, проще через дверь выйти или, скажем, окно, хотя, конечно, имея подельника с веревкой… — сыщик задумался. — Не знаю, Мить, всякое бывает. А что?

— Да так, мысли кручу. Жалоба на призрака, а замки целы, и защелки на окнах тоже. Из чудного только угольной пыли чуть выдается, ну так мало ли, — маг пожал плечами.

— Мало не мало, а ты подумай, может и впрямь призрак ваш из плоти и крови, — согласился Егор.

Митя хотел еще кое-что спросить, но тут дверь отворилась, и в кабинет заглянула Стешка. Приметив Егора ведьма расплылась в улыбке.

— Приветствую вас, драгоценная Степанида Максимовна, — раскланялся сыщик.

— И вам не хворать, Егор Поликарпович, — отозвалась она. — Обождите минуту, начальнику отчитаюсь.

— Стану считать секунды, — заверил Егор, и подмигнув Мите, вышел за порог.

Степанида, меж тем, села перед Митей:

— Дело чудное, — сразу приступила она к докладу. — Больных и впрямь прибавилось, словно поветрие какое. Да только не могут люди толпами ума лишаться, но и магии в них не вижу, будто они столкнулись с чем-то на краткий миг, да приболели. А теперь симптомы имеются, а паразита нет.

— Значит мы им ничем помочь не можем? — Митя забарабанил железными пальцами по столешнице.

— Попробую, конечно, с отварами поработать. Вдруг да получится, но без изначального вредителя, вот так наугад… — ведьма развела руками.

— Да и был ли тот вредитель? — усомнился Митя. — Ладно, работай. Не смею отвлекать.

Стешка, кивнув, поднялась со стула и уже подошла к двери, как обернулась:

— Вот еще что. Лебедеву эту выселяй, Митя, сам понимаешь, соседство такое до добра не доведет.

— Вот ей и скажи, — буркнул маг, отворачиваясь к окну.

Хлопнула дверь, и Митя остался в одиночестве. Поразмыслить над ситуацией мешала ноющая боль в плече. Решив не дожидаться вечера, он налил в стакан воды и, как было велено, уронил в нее 5 капель, а после выпил в два глотка.

Вначале ничего не происходило. Но уже через четверть часа маг вдруг понял, что плечо не болит. Он подвигал рукой в разные стороны и ощутил привычную гибкость и легкость, будто и не протезом крутил, а родной рукой.

Обрадованный тем, что лекарство подействовало, маг взял со стола дело Лазина, еще раз перечитал его. После чего вскочил и быстрым шагом покинул департамент. Стоило заглянуть в контору негоцианта.

Железный ходок остановился подле массивного дома с узкими высокими окнами. Выпрыгнув из повозки, Митя хлопнул механического зверя по боку, точно живого, и направился к входу.

В торговой конторе было шумно. То и дело сновали клерки. Звенели на разные голоса телефоны. Краснощекий мужчина спешил через зал, держа в руках телеграфную ленту. Все здесь дышало суетой и работой. Осмотревшись, маг прошествовал к двери, где на медной табличке значилось Дробышев Иван Иванович, директор.

Коротко стукнув, Митя вошел в кабинет, приветственно снимая шляпу.

— Занят, — рыкнул угрюмый хозяин кабинета, не выпуская из зубов мундштук трубки, — приходите завтра.

— Я вас особо не отвлеку, — пообещал Митя, вытаскивая гербовое зеркало. Едва его блеск приметил Иван Иванович, как тут же сменился в лице и, отложив в сторону бумаги, оттянул пальцем шейный платок.

— Чем обязан, господин маг? Уж извините за такой прием, работаем-с.

— Понимаю. — коротко кивнул Митя. — Я, собственно, с вопросом: где мне найти господина Лазина?

— Лазина? — нахмурился Дробышев, — сию минуту узнаем. — вперевалку пройдя мимо мага, он высунулся за дверь и, ухватив короткими толстыми пальцами очередного клерка, рыкнул ему в лицо: — Лазина ко мне. Немедля!

Клерк нервно дернулся и поскакал, будто кузнечик, вглубину здания.

— Премного благодарен, — кивнул Митя.

— Для вас мы всегда рады стараться, — хмыкнул директор. — А вот, кстати, акции не интересуют? Сейчас выгодный курс сталелитейного или скажем фабриканта Толстого. — Митя покачал головой. — Жаааль. — протянул директор, — мой вам совет, берите, на черный день станется вам помощь. Все лучше, чем в кубышке деньги хранить.

В этот момент дверь приоткрылась, и давешний клерк пискнул, не переступая порог:

— Извольте доложить, Борис Прокопьевич нынче не появлялся.

— Как так? — изумился Митя, — сказал, что здесь будет.

— Простите-с, но нету его, последний раз, говорят, вчера утром заходил.

Директор цыкнул, и клерк тут же исчез, будто его и не было:

— Ну вот, не удалось вам помочь, — покаялся Дробышев, но Митя уловил в его голосе нотки облегчения.

— А подскажите, может у него где торговля идет, так я и там проверю.

— Лазин из посредников будет, своих рядов у него нет. Ежели появится, ему что-то передать? –предложил Дробышев.

— Да, — начал было маг, но тут же махнул рукой, — а хотя знаете, не говорите, что я заходил.

— Как скажете, — согласился Иван Иванович. На том и раскланялись.

Шагая по улице, Митя размышлял, что раз господин Лазин посмел обмануть Лебедеву, не сказав, куда направляется, значит ему было что скрывать. Посему выходило, что найти его просто необходимо, а после допросить как следует и узнать, что скрывает негоциант.

На всякий случай Митя решил вернуться и проверить, не приходил ли Борис Прокопьевич домой. Вдруг этот прохвост уже там, а он бегает, ищет его по городу.

Сказано — сделано. Паровик за десять минут домчал его до кирпичного дома с башенкой, и вот уже Митя вошел в парадное.

— Вы к кому, господин? — послышался высокий женский голос. — Обождите, говорю. Скажите, к кому идете то?

Митя обернулся. Кутаясь в шаль, к нему спешила женщина с болезненным цветом лица.

— А вы, собственно, кто? — поинтересовался маг, доставая гербовое зеркало.

— Консьержка я здешняя, — незнакомка гордо вскинула подбородок, но тут же зашлась в кашле и, поспешно прикрыв рот платком, отвернулась.

— Как это понимать? — маг нахмурился. — Разве здешний консьерж не Захар?

— Был Захар да ушел, сказал, что получше место представилось. А мне и тут славно, так что вы к кому, — она заметила зеркало и уже тише добавила, — господин маг.

— Борис Прокопьевич у себя?

— Нету его, не приезжал, а что, неужто виноват в чем? — полюбопытствовала консьержка.

— Ничего такого. Вы лучше вот что, запишите-ка номер телефона департамента и, ежели Борис Прокопьевич появится, звоните.

— Сей момент, — засуетилась женщина, делая запись пером в тетради, — может еще что-то надобно?