Юлия Гладкая – Месть зеркал (страница 22)

К слову, городовые встречались между рядами часто. Ходили по двое, поглядывали хмуро. Получалось у них ловить карманников и воров или нет — Митя не знал, но на всякий случай старался особо не мелькать у представителей закона перед глазами.

Когда он уже почти полностью прошёл по восточному краю и начал переживать, что Илья ошибся и нужные торговцы не приехали, ему наконец попалась необходимая лавка. Впрочем, лавок с зеркалами тут имелось целых три, и Митя слегка растерялся — какая из них его цель? Решив посмотреть все и на месте сообразить, он приблизился и принялся разглядывать товар, среди которого пестрели зеркала всех возможных видов — от крохотных карманных до огромных стеновых, в которых отражалась вся ярмарка, как в кривом водевиле.

Первая лавка встретила его ослепительным блеском. На прилавке, застланном синим бархатом, стояли овальные зеркала в витых жестяных рамах, украшенные искусственными цветами из тонкой проволоки. Видимо, внешний вид Мити не произвёл на хозяина особого впечатления, потому как тот лишь бросил на него короткий взгляд и вернулся к созерцанию своего добра.

— Простите, — всё же рискнул обратиться бывший маг, — а не подскажете, что у вас за зеркала такие?

— Московская грань, — бросил ему торговец. — Венецианское стекло! Слышал о таком?

— Не особо разбираюсь, — признался Митя, запуская пальцы в волосы.

— Да у тебя на них и денег не будет, — хмыкнул торговец и вновь потерял всякий интерес к посетителю.

Но Митя не сдавался:

— А лицензия на продажу зеркал имеется? Не зачарованы ли, без злого умысла, а? — затараторил он.

— Вот ты пристал, — рассердился торговец. — Имеется у меня лицензия, и никаких зеркальных чар тут нет. Видишь, как играет? Хоть в императорские покои неси! — И солнечный зайчик заплясал по лицу Мити.

— Вижу-то вижу, да вот только взаправду ли они венецианские? — нахмурился Митя.

Торговец посмурнел лицом, и Митя решил, что стоит уйти, пока его не прогнали отсюда взашей.

Во второй лавке зеркала висели, как окна в иной мир — огромные, в тяжёлых дубовых рамах с резными виноградными лозами. Здесь хозяйничал купец с окладистой бородой и его сын, такой же черноглазый и плотный, как отец.

— Экие у вас рамы дивные, — Митя с видом знатока уставился на узоры, где ягоды да листья, змеи да мыши застыли, точно живые.

— Лучшие мастера изготавливают, почитай, для боярских теремов и не только! — важно пояснял купец. — А вы, молодой человек, в какой терем присматриваете?

Митя усмехнулся:

— Терем пока не построил. Но как только разбогатею, так непременно у вас куплю, — пообещал он. — А что, ставни к зеркалам тоже имеются? Не хотелось бы, чтоб кто ночью подглядывал.

— Само собой, — согласился купец. — Вот это… — он указал на деревянную панель, стоящую подле серебристого стекла, — настоящая морёная дубовина, сто лет в смоле вымачивалась! Ведь для таких зеркал — только самое лучшее.

— Да уж, конечно, — закивал Митя, поглядывая то на купца, то на его сына, пытаясь сообразить, те самые это люди или нет.

— Вы сюда поглядите, господин, — обратился к нему сын торговца. — Только среди наших рам имеется то, что с секретом. Вот так нажимаете на резную розетку в углу, и… оп! — произнёс он, как заправский фокусник, и тем временем из рамы выдвинулся потайной ящичек.

— Для писем сердечных или… ну, ты понимаешь! — подмигнул купец.

— Ещё как понимаю, — заверил его бывший маг. — Чего только мастера не придумают… Ладно, как разбогатею — вернусь! — пообещал он и отправился дальше.

Ему осталось проверить третью лавку и после решить, какая же из них, по мнению департамента, является той самой. Однако пробиться к товару оказалось не так-то просто. Здесь толпились девушки и молодки, разглядывая «девичью потеху» — маленькие зеркальца в футлярах, раскрашенных цветами. Обычные горожанки в костюмах из фланели, украшенных шёлковой вышивкой и лентами, да барыни в прогулочных платьях из шёлка с кружевом ручной работы.

— Обратите внимание на это великолепие, — привлекала покупательниц хозяйка лавки, дама пышных форм в шерстяном платье с тюлем. — Так называемое зеркальце с сюрпризом! — Женщина нажала пальцем на невидимую защёлку, крышка открылась, и все собравшиеся заахали на разные лады. Внутри, кроме зеркала, оказался крохотный портрет усатого гусара. — Мужу покажешь — себя любуешься, а откроешь тайник — сердце замирает! — подсказала торговка, подмигивая барышням.

Мальчишка-разносчик, сунувшийся между женщин поглазеть на чудо-чудное, тут же затянул похабный куплет про «зеркальце да гусарский мундир».

— Лизонька, — крикнула торговка, — а ну-ка прогони прочь этого охломона!

Откуда-то сбоку выскользнула девушка. Юная, хрупкая, она сразу же привлекла взгляд Мити. И даже не столько красотой, которая, безусловно, досталась девушке с лихвой, сколько чем-то другим. Едва увидев её — тонкий стан, чуть вздёрнутый нос и тёмные, как ночь, волосы, прибранные в французскую косу, — он ощутил, как сердце пропустило удар, а дыхание перехватило так, что хоть помирай.

Девица, меж тем, не обращая внимания на Митю, ловко ухватила мальчугана за ухо и вывела его прочь из лавки.

— Отпусти, тётенька, че я такого сделал-то? — заныл мальчишка, пытаясь вырваться, но хватка в тонких пальцах Лизоньки оказалась железной.

— В другой раз не суйся к нам — целее уши будут, — порадовала она негодника, проходя мимо Мити и выпроваживая его подальше от лавки.

Тонкий шлейф цветочных духов только сильнее всколыхнул память, отчего закружилась голова, и перед глазами поплыло, унося в прошлое, в былое, в детство. Матушка ещё весёлая и здоровая, и сестра Марийка — обе щурятся, как кошки, дразнят, а он, Митя, дуется на них, обещая себе, что чуть подрастёт — сбежит и больше не вернётся. Пусть погорюют, постыдятся за то, что натворили.

Пальцы сами собой разжались и медовый пряник что он все это время берег для Вари, полетел в дорожную пыль.

— Господин вам плохо? — голос прозвучал так близко что Митя дернулся от неожиданности. Замотав головой, он сфокусировался на лице девушки, на ее зеленых глазах и небольшой горбинке на переносице. Такой знакомой и такой невозможной.

— Нет-нет, благодарю, всё хорошо, — поспешно ответил он, но голос почему-то стал хриплым.

— Это от жары, — улыбнулась ему Лизонька. — Вы не уходите, я вам воды принесу. — и, скользнув в лавку мимо столпившихся покупателей, она вновь исчезла так же быстро, как и появилась, точно призрак.

Бывший маг всё никак не мог прийти в себя. Не верил своим глазам, да и разуму своему не верил, потому что такого быть не могло. Просто не могло. Даже проговорить вслух, то что сейчас почудилось он не был готов, после стольких-то лет.

— Вот, выпейте, холодная, колодезная, — Лизонька появилась вновь и протянула ему стакан щурясь совсем как кошка.

Митя кивнул. Механически взял стакан и, сделав несколько больших глотков, остаток выплеснул на руки смывая с них налипший мед:

— Спасибо. Что-то и впрямь развезло, вот и подурнело, — признался он, стараясь не разглядывать девушку так пристально и не привлекать внимания.

— А мне тётушка всегда говорит, что платок в такую жару носить надо.

— Так у меня ж вот, цилиндр, — улыбнулся Митя.

— Много от того цилиндра проку, — отозвалась Лизонька. — Вы всё же подумайте о платке, а то настигнет вас солнечный удар там, где не ждали. Кого винить станете? — Она улыбнулась, сверкнув белоснежной улыбкой, и вновь скрылась в лавке.

Митя хотел было последовать за ней, чтобы посмотреть ещё раз в эти зелёные глаза, но тут словно что-то щёлкнуло в голове, и слова Лизоньки прозвучали вновь: «Настигнет там, где не ждали… не ждали…»

— Ах ты ж пакость! — охнул Митя, вдруг понимая, что именно его мучило всё утро, что ускользало, но теперь будто бы встало на свои места. Он просто обязан был поделиться догадкой с Варей, а ещё лучше — с Ильёй.

Пообещав себе завтра же вернуться к лавке, он развернулся и начал протискиваться в толпе к выходу. За спиной гудели, горланили и плясали на Крещенской ярмарке, но Митю донимало лишь одно: как господин губернатор так скоро оказался на месте, где нашли его племянника? Без портала, без магии прибыл на своём паровике для выездов… Как он узнал? И вывод напрашивался лишь один: ему сообщили об этом месте заранее. Не иначе.

Глава 6

Однако прежде чем он смог выбраться с ярмарки и направиться в кухмистерскую, где должна была ждать его Варвара, он увидел ту, встречи с кем всячески старался избегать.

Софья Викторовна, внештатный волколак Зеркального департамента Крещенска, шла вдоль рядов, прямо ему на встречу, внимательно поглядывая на торговцев. Высоко подняв подбородок она, чуть прикрыв глаза, вела носом то в одну сторону то в другую. Благо обилие запахов что создавали неповторимый ярморочный дух, скрывали от девицы Вульф Митю. Впрочем, Софья могла обнаружить его в любой момент и тогда всей затеи с его инкогнито наступит конец. Бывший маг сразу понял: девушка тут не ради праздного интереса. Ни за сладкими пряниками, ни за яркими платками. Ищет неизвестного колдуна, что околдовал губернаторского родственника. Впрочем, Мите было не до размышлений — обернись сейчас госпожа Вульф в его сторону, не спасёт ни одна иллюзия.

Поэтому он как можно скорее полез в самую толпу, задевая по пути людей, слыша гневные окрики и даже схлопотав оплеуху. Все мелочи — главное, сохранить анонимность.