Юлия Гетта – Мой плохой (страница 15)

Да и плевать.

Ей было так чудесно в эту минуту. Его руки были везде. Губы покрывали поцелуями спину, спускались вдоль позвоночника, горячие ладони то накрывали плечи, то мяли грудь, то гладили бедра и возвращались к пульсирующему лону, чтобы не позволить сбавить градус возбуждения.

В какой-то момент, Настя услышала позади себя лязг пряжки ремня, звук расстегиваемой молнии, а следом – характерный треск разрываемой упаковки презерватива. Её грудь заходила еще чаще, и кровь прилила к щекам, обжигая. Горячая твердость туго уперлась в лоно, медленно раздвигая стенки и проникая внутрь, постепенно заполняя собой на всю длину.

От сладких распирающих ощущений потемнело в глазах, Настя не смогла удержать протяжный стон.

Заполнив до отказа, мужчина замер внутри неё, уткнулся лбом во влажную от пота шею девушки, обжигая чувствительную кожу теплом прерывистого дыхания.

Мгновения стучали пульсом в висках. Он не двигался, Настя тоже не шевелилась, лишь смотрела в стену перед собой широко распахнутыми глазами и хватала ртом воздух.

Спустя мгновение или целую вечность сзади послышался шумный выдох, и мужская рука сомкнулась в волосах девушки, чтобы наклонить её ниже.

Член медленно покинул лоно, и через секунду ворвался вновь, выбивая из груди Насти новый стон. Её вспотевшие ладошки заскользили по кафельной стене, угрожая сорваться вниз.

Каримов тут же положил руку на её бедро, с силой сжал его, прочно удерживая на месте, и последовал еще один толчок. Мощный, глубокий. Настя снова громко застонала.

Рука в её волосах сжалась сильнее, член задвигался быстрее, доставляя сумасшедшее удовольствие. Девушка стонала все громче, все больше теряя связь с реальностью. Всё её тело покрывала испарина, напряжение внизу живота достигло критической отметки, угрожая вот-вот вознести её к небесам, а ритм толчков все нарастал и нарастал, пока в какой-то момент не вынес её на пик ни с чем не сравнимого удовольствия!..

С губ сорвался крик. Шею обжог влажный поцелуй в засос. Еще несколько резких глубоких толчков, и Саша с тихим рыком замер в ней.

20 

Волшебное ощущение полета медленно сходило на нет, неумолимо возвращая Настю в реальность.

Выдох и вдох.

Он всё еще был в ней. Всё еще крепко держал за бедро и волосы, прижимая лбом к скользкой стене, и делал тяжелые вдохи.

Настя как безумная ждала, что вот сейчас он немного переведет дыхание, и… обнимет её. Прижмет к себе очень сильно, или хотя бы скажет что-нибудь. Что угодно. Не обязательно что-то ласковое, хотя бы пусть просто поинтересуется, как она себя чувствует. И этого было бы достаточно…

Но ничего подобного так и не произошло. Не последовало ни объятий, ни поцелуев, ни каких-либо слов. Каримов просто вытащил из Насти член и отстранился, оставив стоять у стены на подкашивающихся ногах. Голую, слабую, потерянную.

Раздался звук стягиваемого презерватива, и девушка тихо всхлипнула.

Неужели он сейчас просто возьмет и уйдет? Бросит здесь, использованную и жалкую?

От этих предположений в груди начало безжалостно саднить, а по конечностям расползлось мерзкое чувство слабости. Если он так поступит, она никогда его не простит. Ни за что на свете. Ведь это не просто жестоко, это за гранью её понимания…

Секунды тянулись мучительно медленно. Настя не смела обернуться, сгорая огнём от стыда и обиды. Но страшнее всего было понимать, что это только начало. Когда Саша уйдет, или, точнее, если уйдет… Вот тогда начнется настоящий ад.

Настя положила ладони на стену и уткнулась в них лбом, подавляя малодушное желание разрыдаться. В ту минуту ей больше всего на свете хотелось слиться с этой стеной воедино. Или просто исчезнуть. Раствориться в воздухе. Рассыпаться на молекулы. Только вот чудес не бывает.

Она уже почти перестала ждать, когда на её плечо опустилась твердая ладонь, пустив по спине ворох теплых мурашек. Веки прикрылись сами собой, с губ сорвался тихий вздох облегчения.

Он не ушел. Все-таки не ушел.

Девушку настойчиво развернули спиной к стене, и тут же впились в глаза тяжелым пристальным взглядом. Саша смотрел так, будто Настя очень сильно в чем-то перед ним провинилась. Наверное, именно так он и полагал. Хотя по факту это ей следовало обижаться. Он не имел права настаивать, когда девушка просила остановиться. Просила до тех пор, пока могла просить…

Внутреннее смятение усилилось в разы. На мгновение Насте даже показалось, что она очень сильно ошиблась в своих желаниях, и лучше бы Каримов и правда просто молча ушёл… В отличие от неё, мужчина был полностью одет, лишь ремень на джинсах был расстегнут и его концы торчали в разные стороны.

– Ты как? – внезапно спросил он.

– Нормально, – ответила Настя слегка хриплым голосом.

Удовлетворенный ответом, мужчина кивнул, и серые глаза заскользили вдоль фигуры девушки. Задержались на груди, спустились по животу до уровня бедер. Настя плотно свела ноги и скрестила руки на груди, чтобы хоть как-то защититься. Хоть и после всего, что происходило между ними несколькими минутами ранее, это желание казалось нелепым.

Саша шагнул к ней, вынуждая отступить назад и прижаться к холодной стене лопатками. Собственнически взял за запястья и развел руки в стороны, плотно прижав к кафелю. После этого приблизился вплотную, прислонился лбом к её лбу. Их тела разделяла лишь тонкая ткань его футболки.

Пожалуй, это можно было даже назвать объятиями. По крайней мере, Насте было более, чем достаточно. Она прикрыла глаза и задышала чаще, чувствуя, как жизненные силы возвращаются и заполняют собой всё её существо.

Последовал глубокий жадный поцелуй в губы, и очень скоро всё вокруг снова стало неважным.

Выпустив из своего плена Настины руки, Саша подхватил её под попу, заставляя обнять его ногами, и куда-то понёс.

Всего лишь в спальню. Чтобы осторожно уложить спиной на кровать. Подняться и начать нетерпеливо стаскивать с себя одежду.

В отличие от ванной комнаты здесь царил полумрак, но это не помешало Насте с жадностью разглядывать его обнаженную фигуру, от вида которой захватывало дух. Саша и в юности был очень красивым парнем, но теперь… Он так возмужал. Широкие плечи, узкие бедра. Рельефный пресс с отчетливо прорисовывающимися косыми мышцами живота. Все было настолько изящно и гармонично, что неудержимо хотелось потрогать руками.

Избавившись от белья, Саша принялся раскатывать по члену очередной презерватив, и от этой картины у девушки снова сбилось дыхание. Там он тоже словно возмужал. Или Настя уже просто забыла, какой он. Раньше ей не с кем было сравнивать, а теперь… Шумно выпустив воздух, девушка откинулась на лопатки, пытаясь усмирить бешеный стук сердца в груди.

Вскоре матрас по обе стороны от неё продавился, и мужчина опустился на девушку сверху. Нетерпеливо раздвинул коленом ноги, и сразу приставил к промежности каменный орган. Настя шумно выпустила воздух из легких и впилась в предплечья мужчины острыми ногтями, впуская его в себя по миллиметру. Как и в прошлый раз, он вошел и замер в ней на время. Но теперь Настя видела его лицо. В серых глазах было столько всего... Человек, которому плевать, не мог так смотреть.

– Поцелуй меня… – сорвалось тихое с губ девушки, и Саша тут же выполнил просьбу.

Глубоко проник языком в её рот сквозь приоткрытые губы и одновременно толкнулся в девушку снизу. Её голова мгновенно закружилась, по телу разлился приятный жар, концентрируясь внизу живота. Настя двумя руками обхватила Сашу за шею, притянула к себе, и как сумасшедшая принялась отвечать на поцелуй. Трогать его везде. Скользила руками вдоль груди, оглаживала плечи, ласкала каменный пресс, касалась лица. И целовала, целовала, целовала... В какой-то момент Саша отстранился и посмотрел на девушку с налетом удивления, словно был обескуражен таким поведением.

– Пожалуйста… – прошептала она, вновь пытаясь ухватить за шею и притянуть мужчину к себе. Даже такая незначительная дистанция между верхними частями их тел в ту минуту казалась Насте невыносимой.

Но Саша безжалостно поймал ее руки, прижал к постели над головой и начал двигаться в ней, постепенно наращивая темп. Плавно и бережно. Чутко и нежно.

21 

5 лет назад

– Мне плевать, Настя. – Горячо заверил Саша, прижимая девушку к стене у подъездной двери. Его буквально колотило. В грудной клетке так и жгло всё. – Если ты думаешь, что я разлюблю тебя из-за этого, то ты очень сильно ошибаешься. Я не разлюблю тебя никогда. Я же говорил тебе? Я буду любить тебя всю свою жизнь! Давай уедем? Просто уедем и забудем все это. Я придумаю что-нибудь, нас никто не найдет. А эта мразь сдохнет. Я убью его, размажу по стенке за то, что посмел тронуть тебя. А потом мы с тобой уедем, Настя. Далеко-далеко. И начнем новую жизнь…

Её красные от слёз глаза расширились так, будто он сказал что-то ужасное, с губ сорвался всхлип. Быстрым движением Настя стерла влагу со щек и посмотрела на парня с такой злостью, что ему стало не по себе.

– Ты все еще не понял? – тихо поинтересовалась она. – Он меня не насиловал. Я влюбилась в него. У нас все взаимно. Он сделал мне предложение, и скоро я выйду за него замуж. Я не хочу никуда уезжать с тобой. Я не люблю тебя больше, Саша.

Смысл её слов медленно проникал в сознание, пуская по венам горькую отраву вместо крови. Руки сами собой разжались, выпуская девушку на волю. Саша смотрел на неё и не верил, что сказанное может быть правдой. Она не могла разлюбить его. Не могла по доброй воле отдать себя этому недочеловеку. Влюбиться... Это казалось бредом! Но её небесные глаза смотрели с такой холодной решимостью. В них не было ни капли сомнений.