Юлия Гауф – Измена. Простить или отомстить (страница 46)

Пятнадцать минут — и я настроюсь.

Мы вместе со щенком дом языками вылижем, к приходу жены все будет блестеть.

По кабельному каналу показывают дурацкий мультик. Одним глазом смотрю телевизор, вторым кошусь в планшет и листаю фотографии пансиона.

Выходные на природе, всей семьей — то, что нам надо.

Я уже уверен в победе над Лилей.

Лениво посмотрел на вспыхнувший экран сотового и незнакомый номер.

Может, с Лилей что-то?

— Алло!

— Это я, — недовольно ответили на том конце.

Вздохнул.

Умеет же мисс Длинный Нос испоганить настроение.

— Я же тебя заблокировал, — откинулся на диване.

— Разблокируй обратно, — приказала Настя. — Или я приду к тебе на работу. И закачу скандал. Вот народ порадуется. Владелец клиники заделал ребенка подруге жены и бросил ее.

— Настя, ты эти скандальные заголовки оставь журналистам, — хмыкнул. — Прямо желтая пресса какая-то. Ты не беременна, это со мной не сработает.

— А что с тобой сработает, анализ на отцовство? — рявкнула. — Давид, имей ввиду. Я не отступлю.

— Зря, — сделал глоток и поставил бокал на столик. — Я люблю жену. И со всеми порвал ради нее. Ты в том числе.

— С кем это, со всеми? — переспросила Настя. — Я же у тебя одна. Или…ты что, с Вероникой не расстался? Ты же клялся, что ее бросил, Дава!

Потрогал разбитую губу.

Веронике этой лучше не появляться в радиусе ста метров. Проститутка. Я на ее Славика заявление мог в полицию написать, да пожалел, и так у мужика рога косяки обдирают.

— Настя, не звони сюда больше и… — меня прервал звонок в дверь. С раздражением уточнил. — Это ты там явилась?

— Это херург из ада, — ехидно заметила она. — Отрежут тебе сейчас твой причиндал.

— Ага, — усмехнулся и двинулся к двери. — Настя, если ты сексуально озабоченная — я не виноват. Смирись, что больше меня не получишь.

Глянул в глазок.

Щелкнул замками.

— Я теперь из принципа наизнанку вывернусь, но от Лильки ты уйдешь ко мне, — сказала она. — И тебя со мной такая жизнь ждет, что молись.

— Аминь, — выдохнул и распахнул дверь. Отключил вызов.

— С кем треплешься? — Даня шагнул в квартиру, за ним Дэн, оба нагруженные пакетами, в которых что-то позвякивает. — С бабой опять?

— Нет, я давно верный, — запер дверь. — Мужики, вы не вовремя. У меня сейчас уборка запланирована. А на выходных отдых с семьей. Посиделки придется на следующую неделю перенести.

— У жен девичник, а у нас будет мальчишник, — проигнорировал Денис и поставил пакеты. Зашуршали куртки.

— Девичник?

— Твоя вызвала наших в ресторан, — пояснил Даня.

— Зачем? — встревожился.

— Нам не доложили.

Интересно…

— Это чей, ваш что ли? — Даня наклонился к счастливому щенку. У того от восторга, что столько гостей — аж глаза разбегаются. Друг, как и многие, не выдержал — подхватил этот пушистый комок на руки. — Прикольный какой, — он улыбнулся. — Я бы сыну такого же взял.

— Бери, подскажу контакты, — отобрал Давушку Давидовича и кивнул на черный свитер друга. — Осторожно, весь в шерсти будешь.

— Уборка, говоришь, запланирована? — хмыкнул Денис, приметив на столике бутерброд и бокал. — Давид, ты не перетрудись.

— Отвали, — беззлобно послал его. — Идите в кухню, что ли.

В кухне накрыл нехитрый стол — салаты, что остались от ужина и закуски, которые притащили мужики. Нарезал лимон, поломал шоколадку.

Достал три широких стакана.

— За нас, — поднял свой стакан.

Чокнулись.

Выпили.

— Делись, как дела, — Даня зажевал лимон.

— Все налаживается.

— Да ну?

Не верят. И зря. Я в своей семейной жизни только одну ошибку допустил — вовремя не завел детей.

У мужиков сыновья растут.

А я дочку очень хочу.

Будет у меня две принцессы.

— Чего помятый такой? — Денис кивнул на мое разбитое лицо.

— От мужа Вероники получил, — признался.

Друзья развеселились.

— Идите к черту, — выпил еще. — Я, вообще, не хотел к ней идти. Эта проститутка меня обманула. Помоги, говорит, с соседом разобраться, он наезжает.

— А ты, как джентльмен, пошел.

— Ну. А что оставалось? Я не так воспитан, чтобы женщину в беде бросать. Пришел. А там Славик из плавания вернулся.

Они захохотали.

Я тоже улыбнулся.

Ладно, это всё ерунда.

Врезали мне за дело.

— Теперь сколько их у тебя, две? — Даня наполнил стаканы.

— Нисколько, — жую бутерброд и челюсть побаливает. — Лиля одна. Я не смертник, дальше рисковать. По канату прошел над пропастью. И больше не полезу, хватило адреналина. Теперь ориентирован на Лилю и детей.

Они молча кивают. Головами качают, как болванчики.

Да пусть нафиг идут.

Я самому себе слово дал, а это многого стоит.