Юлия Гауф – Измена. Простить или отомстить (страница 38)

— Всё для его блага? Ты это хочешь сказать?

— Это, — кивнула я. — А также для мести. Должна же я душу отвести. Я заслужила.

— А что потом?

А потом… надеюсь, я смогу разлюбить Давида.

Наш разговор плавно перешел на другую тему, мы попрощались, договорившись быть на связи, и разошлись. Я пошла на прогулку, вдев наушники в уши и наблюдала за студентами в сквере, за молодыми мамочками, за детьми, подростками на велосипедах…

Мой лиричный настрой сбил звонок телефона.

— Привет, мам, — приняла я вызов.

— Привет? Лиля, это кошмар! Позор! Почему я должна выслушивать от Татьяны о том, что ты спуталась с другим мужчиной? — ударило мне ультразвуком в уши.

Моё хорошее отношение к свекрови стало чуть менее хорошим. Лучше бы она Давиду нажаловалась.

— Ни с кем я не спуталась.

— Не ври! Татьяна сфотографировала его, и прислала мне в вацап. Ты с этим мерзким бандитом вздумала Давиду рога наставлять! Сколько мы его поганой метлой гоняли, а он всё за старое!

— Мам…

— Лиля, бросай дурить!

— Мама, — рявкнула я, прерывая истеричные крики родительницы. — Мы с Максом просто гуляли. Вы что, с ума все сошли, раз раздуваете из мухи слона? Вины за собой я не чувствую.

— А зря.

— Скажи мне, мама, — сжала я ладони в кулаки, — чья вина сильнее: мужа, который имел всё что движется, или жены, которая решила двигаться дальше и просто общается с другим мужчиной? М?

В трубке тишина.

Мама… знала? Если и не знала, то догадывалась.

Забавно выходит, Татьяна Павловна всегда на стороне Давида, но моя-то мама почему не поддерживает меня? А она ведь примет сторону Давы. Не мою. Уже приняла. Давно, еще 5 лет назад.

— Я не понимаю, о чем ты. А с этим отребьем бросай встречаться, с ним за одним столом сидеть зазорно. Рос как трава на помойке, родители — моральные уроды, и сам Марков ничем не лучше, а даже хуже. От таких людей подальше нужно держаться, я тебе с детства это говорю. Не вздумай позорить нас и Давида, Лиля. И… что бы там у вас ни случилось — будь мудрее, ты меня поняла?

— Пока, мама. Хорошего тебе дня. Папе привет, — сказала я грустно и нажала на отбой.

Будь мудрее. Очаровательный совет. Почему-то сердцем он воспринимается как «Будь терпилой»

А я была и мне не понравилось.

Я повернула обратно. Пора возвращаться домой, вот только поговорю с Элиной.

Ответила она со второго раза.

— Алло. Привет, Лиль.

— Привет. Отчет от Ники получила?

— О да, — хихикнула девушка. — Мне почти жаль Даву. А когда наступит моя очередь? Мы же обсуждали мою роль. И мне не терпится начать.

Затем я и звоню.

— Дава немного травмирован, пока он оперировать не будет. Но в клинику ему придется ездить для административной работы. Послезавтра, Эля. Ты придешь к нему послезавтра, и это будет твой выход на сцену.

Глава 36

ДАВИД

— Ешь давай. Давушка, — усмехнулся на кличку, которую Лиля дала щенку и поставил на пол полную тарелку каши.

Давушка Давидович — мне нравится, что любимая его с отчеством зовет, это словно репетиция. Практика.

Перед нашими будущими наследниками.

Я очень хочу детей.

И если раньше думал, что можно с этим не торопиться, ведь для себя пожить тоже надо. Сейчас же я настроен решительно.

Час назад проткнул иголкой презервативы.

Нет, надеюсь, что не придется обманывать Лилю и она сама согласится.

Но подстраховаться не помешает.

Хочу, чтобы по дому гуляли смешные карапузы, маленькие и пухленькие, похожие на меня.

— Еще? — удивился, когда щенок умял кашу и посмотрел на меня круглыми блестящими глазами. — Растолстеешь же, — положил вторую порцию, добавил кусок мяса.

Он ест и причмокивает, я пью кофе.

Вообще, надеялся, что мы с Лилей будем гулять выходить, больше времени проводить вместе. В итоге же один сижу дома, избитый.

А жены нет.

— Да, мамуль, — ответил на входящий вызов. Плюхнулся на стул и дернул ногой, когда щенок вцепился зубами в тапочку.

Он звонко тявкнул.

— Кто у тебя там?

— С Лилей завели собаку, — отчитался. — Весь белый, пушистый. И морда улыбчивая, представляешь? Видела, чтобы собаки улыбались?

— Я видела кое-что поинтереснее, — загадочно сказала мама. И вздохнула. Помолчала, дожидаясь моих расспросов. И огорошила. — Сынок, твоя Лиля завела любовника.

— В смысле? — подхватил на руки щенка. Поставил его на диван. — Моя Лиля?

— Видела их сегодня на набережной. Если бы я не помешала — он бы ее в постель уложил.

— Прямо на набережной?

— Не придирайся к словам, Давид. Лучше включи мозги. Добегался, упустил жену? А ведь я тебе говорила — придержи коней. Весь в отца. Ты бы о других подумал, сынок.

Виновато кивнул, словно она меня видит. И пальцами сжал переносицу.

Не люблю, когда мама эту тему заводит. У них с отцом образцовый брак, все знакомые восхищаются. И одному богу известно, чего ей стоила наша счастливая семья.

Я отца не поддерживаю, женился — живи.

Нагулялся же.

Сам я вот уже сейчас остановился, а когда Лиля родит мне детей — тем более на сторону не посмотрю.

— Фотографию тебе сейчас отправлю, — мама вздохнула. — Посмотри и сделай выводы, Давид. Всё.

Она отключилась. И, спустя минуту, сотовый тренькнул принятым сообщением.

Открыл фото.

И бах — будто в грудь выстрелили, подошли, пистолет в упор и убили.

Набережная, утро, ее волосы треплет ветер. Она запрокинула голову и лицом тянется к мужскому небритому лицу.

Этот придурок Марков.