Юлия Фирсанова – Дорожные работы по наследству (страница 74)

Я пожала плечами: трепаться непонятно где, непонятно с кем мне тоже не очень-то хотелось. Во всяком случае, раньше, чем я удостоверюсь, что с моими тенями, охотником, братом все благополучно.

Потому я шагнула в разноцветно-засасывающий круг и теперь-то уж точно вернулась на поляну материального мира Метафа-а.

Затискать меня до смерти Лёну помешало лишь присутствие посторонних. А для Чейра, дро-су и эльфов оно же стало препятствием к немедленной расправе над прытким дедком. Если раньше они его не убили только потому, что выжимали информацию, то теперь, убедившись, что я жива и невредима, притормозили, чтобы расчленять «благодетеля» уже под моим взором.

Я же глянула на виновника и процедила:

– Уйди с глаз долой, старый хрыч, пока я ваши Пути Пробуждения не превратила в вечный кошмар для всех мет-а-мофи.

– Не пробудилась, – горько прошептал злоумышленник, поник и буквально смазался с контуров поляны. Разбитые надежды они такие, бьют больнее кулака или клинка, и раны от них заживают с большим трудом или не заживают вовсе.

– Какую виру назначишь ты нам за проступок ведшего Цепь? – обратился ко мне один из метаморфов с темно-русыми, иных четких примет установить не смогла, волосами. Но по крайней мере у этого с дикцией все было в порядке.

– Выберете до следующего ритуала Цепи Мет-а-мофи в Метафа-а достойного правителя, способного по совместительству эту Цепь вести. Такого, чтобы его признал подходящим Архет, – коварно потребовала я. В первую очередь рассчитывая облегчить дальнейшую работу себе и минимизировать риски.

– Достойная вира истинной обладательницы Архета! – прочувствованно подтвердил один, а его коллеги повели руками, синхронно выражая согласие. – Прошу, ригаль-эш, носительница артефакта, помоги! Пусть Архет укажет достойного по его разумению!

«Дайте попить, а то так есть хочется, что переночевать негде?» – удивилась я наглости метаморфа. Но разумному артефакту это предложение показалось очень даже подходящим. Он воссиял на поляне так, что я невольно прижмурилась, а когда глаза открыла, обнаружила, что свет Архета уперся лучом, как лазерной указкой в грудь, ну хоть не в лоб, того самого делового просителя. И при всей невозможности уловить черты его лица, я явственно почуяла, что рад он такому выбору был не больше человека, угодившего в кучу навоза. Ха! Есть во Вселенной справедливость! Просите – и огребете!

– Поздравляю! Принимай пост! – по-быстрому объявила я и, продолжая тему справедливости, задала еще вопрос: – Кстати, тот, с кем я общалась там, куда меня ваш старикан отправил. Может, вам у него совета впредь спрашивать? Он мне более-менее адекватным показался, хоть и не без странностей.

– Увы, это безымянное воплощение Путей Пробуждения, княгиня, в силах дать лишь тот совет, что касается сути Путей и тех мет-а-мофи, кто в них ступает.

– Тогда мне повезло, что он подсказал, как из Путей вывести всех остальных, – согласилась я, мельком глянув на спасенных.

Лён уже пришел в себя, он вообще у меня стрессоустойчивый. Брат был просто не слишком доволен очередной неприятностью, устроенной вроде как союзниками. Юные эльфы выглядели так, будто попали под каток, но чудом выбрались и уцелели, Чейр почему-то все продолжал ко мне украдкой принюхиваться, а дро-су подобрались поближе. То ли чтобы защитить меня в случае чего, то ли чтобы успеть схватить, если соберусь исчезать.

– Из путей случайно оказавшуюся там жертву, погруженную в кошмары, может спасти лишь истинная мет-а-мофи, и вывести можно лишь родича или возлюбленного, того, с кем связь крепче безумия Путей Пробуждения, – осторожно заметил свежеиспеченный кандидат в правители.

– Хорошо, что в этом правиле есть еще одно исключение – узы Архета, позволившие мне проделать тот же трюк, – выдохнула я.

– Воистину, – метаморфа, кажется, передернуло, во всяком случае, иначе вид его пошедшего мелкой рябью тела я истолковать не смогла.

Ну да, случись чего гадостного с аэром Дивнолесья и тенями ригаль-эш Киградеса в пределах Мета-фа-а – это был бы однозначный повод к войне. А они и так по краю со своими растительно-алкогольными интригами на чужой территории прошлись.

Глава 52. Признание

Как-то от всех этих дум мне резко захотелось домой в Киградес, где даже самые страшные монстры (я про незримых тварей) будут защищать, а не толкнут подло в спину. Это что, замок уже успел стать мне домом? И когда успел? А и ладно, отлично, что стал!

Иногда я не просто изумляюсь масштабности возможностей и могуществу Архета, а прямо восхищаюсь его уместной самостоятельностью. Особенно когда она меня по голове кувалдой знаний не лупит. Архет пошел переливами туманов и перенес нас всех и Лёна до кучи по местам. Брата в Лоэ-диэлин, а остальных в Киградес. Ну и правильно, нечего с метаморфами дискутировать. Пусть сначала стабильность политическую и безопасность нам гарантируют, а потом, может быть, мы к ним зайдем, но не раньше, чем через пару-тройку лет. Когда я чуть позабуду, как металась по кошмарам и искала своих. Это ведь только со стороны могло показаться легким: пришла, нашла, увела. Я ведь тяжесть их личных кошмаров через себя пропустила во всей полноте впечатлений, чтобы найти и пройти. И вытягивала наружу, будто на своем горбу волокла. Ладно, хватит, все получилось, я не буду больше об этом думать. Не хочу!

Я покосилась на зеркало в комнате, подмигнула себе, и отвисшую челюсть поймать не успела. Вроде как я хоть и русская по воспитанию, но не работяга, который не матерится, а матом разговаривает. Но захотелось мне сказать много чего на родном языке. Почему? Потому что мои глаза стали прозрачно-серыми, а волосы почти прекратили виться. Нет, если присмотреться внимательно, красиво, но… Но откуда, как, почему?

– Все-таки ты не только реш-кери, но и мет-а-мофи, моя княгиня, – промурлыкал над ухом Чейр, привычно распуская руки и привычно по ним получая шлепок. – Пути дали тебе толику дара.

– Если толику, то ладно, но больше не хочу! – категорично объявила я, припоминая слова тамошнего смотрителя. Против воли Пути Пробуждения ничего не дадут, так не я ли мимолетно думала о возможности смены цвета радужки? И про волосы тоже, уже скорее всего подсознательно, желание загадала. Ну и ладно, захочу, поиграю. Должна же у меня остаться хоть какая-то плюшка за все потраченные километры нервов.

Я посмотрела на своих теней и охотника, на темень за окнами, подсвеченную экзотикой иллюминации лун, и категоричным тоном приказала:

– Всем мыться, ужинать и спать! Все разговоры – завтра! Если кто думает, что уснуть без кошмаров не сможет, места на ковре хватит.

Места в постели никому предлагать не стала, чтобы не провоцировать. Сегодня только отдых, и точка! И вообще, воспользуемся крылатым советом одной юной упрямой южанки и «подумаем об этом завтра», а пока пойду-ка я тоже отмокать и релаксировать.

Тени испарились из комнаты, а вот Чейр задержался.

– Чего тебе, хвостатый? – утомленно уточнила я. Сил скандалить не было.

– Я ошибался в своем выборе, моя княгиня. Чтобы узреть это, мне стоило угодить в кошмар метаморфов, – с горькой усмешкой констатировал охотник.

Он опустился не на колени, просто сел на пол подле меня и обхватил мои ноги руками. Не пытаясь лапать, держал бережно и аккуратно, словно хотел ощутить тепло, снова почувствовать, что я не мираж из чокнутого видения, а настоящая.

Моя рука против воли легла на белую жесткую шевелюру. Чейр запрокинул голову и поймал мои пальцы нежным поцелуем.

– Я хитроумный глупец, моя княгиня. Отказался сам от своих желаний и уз ради призрака гордости и свободы. Дро-су прав, я выбрал и сполна расплачусь за свое небрежение. Как жаль, что Повелители Времени бесплотны, непостижимы, недостижимы и никогда не внемлют мольбам живых. Прошлое неизменно.

Чейр склонил голову, а Архет на моей груди полыхнул так, что я едва не ослепла. Из глаз лились слезы. Когда я смогла снова видеть, то увидела не только мир материальный, а еще и натянутые инфернальные нити.

– Ты что творишь? – зашипела я на артефакт, пытаясь проморгаться и одновременно сообразить, что вообще происходит.

А этот кристалл на букву «с», и не подумайте, что своеобразный или славный (я слово «сволочь» имею в виду), уже показывал мне ловко увязанные трансформированные нити связи.

Если человек дурак – это, возможно, надолго. Если он прекраснодушный идиот – это уже навсегда. И я о себе. Когда я ринулась в овеществлённый кошмар спасать Чейра, не имеющего клятвы и уз тени, лишь нити связи через Архет, я тем самым лично подтвердила наши узы и свое намерение их заключить, упрочить, сделать явью. В общем, кто мне доктор? Сама виновата! Полезла, спасла, и что теперь? Жалею? Нет, конечно, пользы от хвостатого воз и маленькая тележка, а что характер – гуано, так реш-кери это не только раса, а еще и почти диагноз.

Бесценный артефакт переплел мою связь с Чейром по своему разумению. Нет, вторым вместе с дро-су в формуле отведения лишней энергии некроманта он его не втиснул. Над временем никто не властен. Но связь Архет нам организовал своеобразную, воспользовавшись правилом выведения из кошмаров мет-а-мофи. Родственником Чейр мне стать никак не мог. У меня только с дядюшкой отдаленное родство прослеживается. Зато в партнеры эту заразу хвостатую записали по обратному принципу. Если такого из кошмаров выводить принято, а именно это я сделала, значит, партнер. Все-таки крутись, не крутись, а «мой торт» оказался. И явил коварный Архет сии откровения не только почти привычной к потрясениям мне, но и самому охотнику. Темно-вишневые глаза того расширились в недоверчивом ликовании. У него практически получилось открутить назад то, что не откручивается в принципе никем и никогда! Чейр даже не обратил внимания на струйку крови, потекшую из носа – ничтожную плату за напряжение.