Юлия Фим – Покорение Дракона (страница 18)
– Казнить правителя Юя без императора – означало бы привлечь его внимание. Поэтому сегодня мы с вами судим лишь бедную преданную преданую женушку, – Чживэй намерено сделала акцент на предательстве преданой женщины. – Правитель Юй задержан и, полагаю, скоро будет отпущен за неимением доказательств. Потому что главное будет сделано.
Зрители, поглощённые историей, ахнули, господин Чэн фыркнул и вышел вперёд.
– Абсолютно сумасшедший бред!
Чживэй неуважительно цыкнула в его сторону, приведя в ярость.
– Жена, которая знала истинную версию событий, будет казнена. Переписка уничтожена, правителю Юю будут принесены искренние извинения. Никто не станет больше ковыряться в этом деле. А драгоценное время, в которое можно было бы защитить императора, будет упущено.
– Сказки!
– И вот тут мы подходим к самому интересному. – Чживэй проигнорировала восклицание господина Чэна. – Всей уважаемой публике известно, что господин Чэн был преданным подданным первого принца, не так ли?
Кто-то в толпе согласно заворчал. И Чживэй этого хватило, чтобы продолжать свою теорию.
– Внезапное восхождение светлого императора, Чжао Шэня, на престол вызвало много пересудов в кругах высокопоставленных лиц. Пришлось отказаться от своих темных рабов.
Тут публика настороженно заворчала, никто не хотел признаваться публично даже в малейшем неуважении к воли императора.
– Однако господин Чэн не стеснялся хвастаться раньше, что первый принц у него в кармане…
Это было самое опасное предположение Чживэй, но, судя по отсутствию возражений, оно оказалось верным.
– А все потому, что именно господин Чэн отвечал за банду «Рваный коготь», через него происходили все финансовые операции, и… он продолжил быть с ними на связи даже после смены власти.
«Рваный коготь» – тайная организация, что служила первому принцу. Чживэй с ней сталкивалась уже дважды. Первый раз – когда впервые познакомилась с друзьями: банда охотилась на Шэня, чтобы убить его. Второй раз во время сражения в Запретном городе.
Во время вчерашней попойки господин Чэн вполне уверенно заявил, что он своим когтем может раздавить кого угодно, а на задание отправились лучшие из них.
– Господин Чэн нашел способ воспользоваться этими связями. И здесь мы и подходим к главному. Разрушение речных дамб по всей стране. Оно происходит прямо сейчас. И приведет к ещё большему голоду, смерти людей и разрушению селений. И теперь, когда страна охвачена хаосом, кому будет дело до маленького скандала с неверной женой, с которого началась эта цепочка событий? Весь этот катастрофический план был направлен на то, чтобы отвлечь внимание от преступлений, совершаемых господином Чэном прямо сейчас.
Магистрат ухмыльнулся. Было очевидно, что он заодно с этим планом. Но в чем его мотивация? Просто ненависть к другому светлому? Или у него был кто-то, чтобы взойти на престол вместо Чжао Шэня?
– Невероятная история без единого доказательства, – заявил магистрат. – За такую дерзкую и отвратительную ложь, порочащую империю Чжао, вы должны быть наказаны вместе с этой изменницей.
– Отложите суд, и я предоставлю вам доказательства.
Магистрат застыл, и в зале наступила тишина. Он склонился, и следом за ним и остальные чиновники. Немое уважение, восхищение ее умом. Чживэй расправила плечи, она и сама знала, что просто невероятная.
У нее было всего несколько фактов: невиновность Мэйлинь, работа Чэна в министерстве, парочка брошенных фраз про дамбы и «Рваный коготь»… Да, еще у нее было знание истории собственной страны, но при этом она смогла сложить складную и правдивую картину. Было приятно, что даже враги оценили ее по достоинству.
– Юноша рассказал складную историю.
Чживэй словно ударили сушеной тыквой по голове. Она стремительно обернулась на тягучий, медовый голос.
В дверях стоял император Чжао Шэнь. У Чживэй успела промелькнуть мысль, полная разочарования, что внезапная тишина – это не дань уважения ее уму.
Рядом с императором стояли Ифэй, Хэлюй и еще мужчина, предположительно, правитель Юй.
– И доказательства ко всей истории у меня с собой.
Он прошел в зал, походка была неторопливой и величественной. Его красота застала Чживэй врасплох, а сердце забилось быстрее. Хотелось, чтобы он посмотрел на нее, хотелось столкнуться с ним взглядами, хотелось, чтобы он узнал ее.
Разглядывая Шэня, Чживэй заметила то, что не замечали другие: плечи слегка сгорблены, а в уголках губ залегли небольшие морщинки. Он выглядел печальным и измотанным.
Чживэй вдруг спохватилась, что до сих пор не выразила уважение императору. Она немедленно начала опускаться на колени, но император приказал всем подняться.
Когда он подошел совсем близко, Чживэй опустила голову, словно в этих незнакомых глазах он мог бы ее опознать. И хотя ей этого хотелось сердцем, умом она понимала, что еще рано. Если была хоть небольшая вероятность, что ее убийца – Шэнь, то она потеряет преимущество, рассказав о возрождении.
Поэтому вместо счастливого воссоединения она достала мешочек с бирками и протянула императору.
– Здесь все виновники заговора.
Чиновники начали ошарашенно водить по поясам. Шэнь улыбнулся ей.
– Как вы разгадали такую историю?
Чживэй не понимала, как ей удавалось продолжать держать хорошую мину.
– План придумала госпожа Мэйлинь, чтобы услужить вам и защитить империю Чжао от врагов.
Шэнь кинул взгляд на бывшую невесту с интересом и удивлением. Он не ожидал такого от нее (и, впрочем, был в этом прав).
– Ты настоящая героиня, Чжан Мэйлинь. – В его голосе проскользнули уважительные нотки.
– Император, не верьте! – Господин Чэн вышел вперед, глаза у него суетливо бегали. – Это все ее хитрые проделки!
– Ваши люди уже установлены и обезврежены. Желтая река не выйдет сегодня из берегов, потому что Небо всегда на стороне своего императора. Небо дало мне имена все заговорщиков.
Он бросил мимолетную улыбку Чживэй.
Неужели все-таки узнал? Или это случайность?
– Я поражен тем, что магистрат Минь Фа не сообщил императорскому двору о происходящем.
– Ваше величество, ваш ничтожный магистрат не хотел тревожить дурными новостями. Хотел сам разобраться в происходящем…
Раздались крики: сила Шэня поделила людей на две части. Предатели оказались подле магистрата, а простые люди в стороне. Сила императора была удивительной! Даже этот зал не был ему помехой.
Чживэй отошла в сторону, сожалея, что не взяла с собой шпильку, подарок Шэня. Она смогла бы убедиться наверняка и развеять сомнения, враг ей Шэнь или нет.
– Как ты нашла императора, Ифэй? – спросила она первым делом у служанки.
– Скорее, он меня нашел, госпожа, – затараторила сразу та. – Я бегала по городу, не зная, к кому обратиться, а тут меня как схватили, как потащили! Я подумала – убивать! Но оказалось, что император прибыл в Ланьчжоу под прикрытием. Он расследовал дела с зернохранилищем, когда заприметил, как я бегаю туда-обратно. За мной следили! Очень-очень симпатичный мужчина, из личной службы императора… Я не против, чтобы он за мной и просто следил… Ну вот он меня и поймал, отвел к императору. Такое счастье! И дальше мы все разбирали счетные книги и записи! Как сказал Его Величество, господин Чэн сохранил доказательства против всех, кто был с ним в заговоре, как гарантию, чтобы его не предали… Но предал сам себя!
Тут она довольно захихикала, явно довольная этой шуткой.
Как истинный кукловод, каким являлась сейчас Чживэй, она отошла в тень, позволяя блистать другим. И даже Шэнь не заподозрил, кто дергал за его спиной за ниточки.
– Предательство империи карается смертью. – Тем временем Шэнь продолжал выносить приговор. – Все вы будете казнены.
Толпа ахнула. Еще никогда не было такого, чтобы почти два десятка молодых господ из знатных семей были казнены одновременно.
– Публично, с позором, на центральной площади, – жестко закончил Шэнь.
Виновники упали на колени и в слезах начали умолять о прощении, пощаде. Все пытались переложить вину друг на друга, но уже было поздно.
– Госпожа Мэйлинь разоблачила заговор против империи Чжао. Она становится главой семьи Чэн и может распоряжаться имуществом семьи по своему разумению. Она объявляется героиней империи Чжао и получает соответствующий статус.
Чживэй довольно хмыкнула: Мэйлинь не только получила независимость и теперь принадлежала сама себе, но теперь у нее самый высокий статус в Ланьчжоу. Может быть, наравне только с правителем Юем.
Сложив руки за спиной, Чживэй вышла наружу. За ней направились Ифэй и Мэйцзюнь, да и сама Мэйлинь поспешила покинуть зал.
– Я сегодня многое поняла, – произнесла вдруг сестра. – Необязательно владеть силой, чтобы защитить себя.
Чживэй кивнула.
– Не сдавайте и кусочка своих прав никому и всегда защищайте себя.
Она повернулась к Мэйлинь.
– Ты теперь героиня, Чжан Мэйлинь. Не будь скромницей, которую предал мужчина. Носи свой статус с гордостью.
Шэнь тоже вышел, и Чживэй посмотрела прямо на него.