Юлия Фаро – Дело № 3. Вертеп санаторного типа (страница 42)
Когда на столе появилась бумага и ручка, Шталь принялась расчерчивать листок, готовясь к игре.
— Можно к вам присоединиться? — около столика, словно из ниоткуда, возник Юрий Васильевич. — Обожаю преферанс! И не сочтите за наглость, не могу удержаться…
Не дожидаясь позволения, он опустился в свободное кресло.
— А вы знаете, что в девятнадцатом веке в преферанс играли без записи, — поведал он как ни в чём не бывало.
— А как же общеизвестная шутка, что преферанс — это «игра писателей»? — Зинаида с интересом посмотрела на партнёра, заявившегося без приглашения.
— Это шутка родилась позже… А раньше после каждой разыгранной сдачи партнёры рассчитывались либо деньгами, либо специальными фишками. На каждом столе имелся прейскурант. Например, сыграл «шестерную» — получи столько-то. Остался «без лапы» — заплати что положено. Затрудняюсь сказать: хорошо это или плохо. Но однозначно — игра была более динамичной… А то, что вы, Зинаида Львовна, дама азартная, я давно понял… Любите выигрывать?
— Стараюсь, — чувствуя нарастающую тревогу, ответила Зина.
— Тогда попробуйте обыграть старика, — он улыбнулся. — Только пощады от меня не ждите… Я когда играю, то никому — даже таким как вы очаровательным дамам — спуску не даю! — он рассмеялся собственной шутке и, демонстративно вынув из кармана пиджака белоснежный платок с меандровой каймой, положил его на край стола.
Секунду поразмыслив, Зиночка сделала то же самое.
Старик удивлённо посмотрел ей в глаза.
— Не помню, говорил вам в прошлый раз или нет, но смысл бесконечности, заложенный в этот орнамент, означает вечность, достигаемую воспроизводством: стареющее существо, сменяемое молодым, становится тем самым бессмертным; старая сущность сжимается, а новая — разворачивается. И помешать данной трансформации невозможно. Символы вечны… Предлагаю забыть возникшую между нами неприязнь. Поверьте мне, теперь и вы вовлечены в течение предписанных событий. И надеюсь, ваше место в них вас не разочарует. Деятельные и смелые люди всегда ценились. Скоро вы всё поймёте сами… Наше знакомство продлится гораздо дольше, чем вы можете себе представить…
— Глупости! — поморщившись, изрёк Нил. — Каждый верит в свои символы. Смотрите!
С этими словами Моршин схватил Зинулин платок и легко порвал его на мелкие кусочки.
— И впредь не рекомендую вам пытаться прогнозировать наше будущее. В противном случае развязка может неприятно удивить! Давайте уж к игре приступим! — как-то зло проговорил Нил, что было для него совсем не характерно.
— Зря вы так, молодой человек. Не боитесь разгневать богов? Они могут и неприятности наслать! — рассмеялся Юрий Васильевич, на что Моршин только хмыкнул…
Они сыграли четыре раздачи, когда Зиночкин телефон заголосил трелью, установленной на Кольцова.
— Вы где? Я тут всё здание оббежал. Ни тебя, ни Нила… — в голосе Фёдора чувствовалось плохо скрываемое волнение.
— Музыкальный салон, рядом со столовой, — быстро ответила Зина.
— Иду, — выкрикнул Кольцов.
— Я так понимаю, партия прерывается? — с сожалением проговорил Сапов. — Что делать… Уверен, доиграем в следующий раз. Спасибо за игру. Пойду прогуляюсь на воздухе…
— Я тоже пойду в номер, — понимая, что детективам придётся обсуждать что-то без посторонних ушей, произнесла Эмма и поспешно удалилась…
Кольцов, чуть не сбивший на входе Шталь, быстро поздоровался с тамадой и, рухнув на её место за столом, отпил прямо из графина.
— Две новости, одна хуже другой, — пояснил он свой нежданный визит. — Обнаружен труп Гарика Лейкина, теперь уже настоящий — сам видел. Он повесился на съёмной квартире. И второе… — он внимательно посмотрел на Зинаиду, будто прикидывая, сможет ли женщина выдержать эту страшную новость. — Мне звонила Антонина Зонтикова…
И он снова замолчал.
— Фёдор! — потребовала Зина. — Договаривай уже!
— Цветова похитили!
Однако вместо причитаний и обморока, которых так боялся Кольцов, Зиночка только чересчур часто заморгала глазами и приложила палец к губам.
Нил достал из кармана скомканную купюру и, положив рядом с графином, первым встал из-за стола.
— Поговорим в номере? — предположил Кольцов.
— Лучше — в машине, — предложила Князева и тихо добавила. — Кажется, разгневались боги…
— Итак, я уверена, что информацию сливает Молин, — Зиночка строго посмотрела на напарников.
— Сдурела! — рявкнул Фёдор. — Как тебе такое в голову могло прийти?! Насмотрелась дурацких фильмов про продажных полицейских?!
— Замолчи! Дослушай! — с напором проговорила Князева. — Вспомни! Про то, что мы едем к Панаётис, знали только мы и он. Когда приехали, то было уже слишком поздно… А вчера я специально сообщила адрес Лейкина только Ивану… Понимаете, я даже вам ничего не сказала, когда узнала от Зонтиковой, что он снимает квартиру у её матери. Слышите меня? Я назвала адрес только подполковнику! И Лейкин мёртв! Ты хочешь, чтобы я снова поверила в случайное совпадение?! Теперь я просто уверена, что это — Иван…
И она подробно изложила напарникам всё, что думала о происходящем, напомнив детали разговора с Маратом. И её самостоятельные поиски в интернете по тегу «Ле Местр».
— Да нет, — не сдавался Кольцов. — Я не верю! Ванёк?! Да ни за какие бабки… Да тут что-то не то! Ты ошибаешься, Зинаида!
— Дай бог, чтобы я ошибалась… Но мне кажется, нам не стоит посвящать в наши планы Молина…
— Как ты себе это представляешь? И какие у тебя планы? — со злостью произнёс Фёдор.
— Я знаю, что делать! — уверенно ответила Зина. — Но скажу вам при одном условии! О наших действиях Молин категорически не должен знать!
— Зина! Это — утопия! У нас нет ни должных полномочий, ни ресурсов… Как, по-твоему, мы организуем полномасштабный поиск Цветова? Или ты не собираешься его искать? — стоял на своём Фёдор.
— Собираюсь! Но ещё раз повторю: или вы дадите мне слово не отчитываться перед Иваном, или я всё сделаю сама!
Сидящий на заднем сидении Моршин громко засопел и, придвинувшись к водительскому креслу, произнёс:
— Фёдор, не сердись, но я верю Зинаиде. Я всё понимаю, боевой товарищ и прочее… Но жизнь… Она — такая штука… И люди меняются. Да и деньги… Деньги могут поколебать любые моральные принципы.
— Ещё ты меня поучи! — глаза Кольцова от ярости налились кровью — Ты-то куда лезешь? Да мы с Ванькой!.. Да я его никогда не предам! Выметайтесь из моей машины! Быстро! Тоже мне, напарнички!
— Ты поедешь к Молину? — спокойно глядя в глаза другу, спросила Зина. — Фёдор, давай сделаем так: дай нам два дня! Всего лишь два дня! И если у меня ничего не получится, то я извинюсь и перед тобой, и перед Иваном. На Нила не сердись, но пойми: я сейчас ему благодарна за поддержку, с ним мне будет легче.
— Выходите! — повторил приказ Кольцов.
— Так ты в полицию? — Зина приоткрыла дверцу машины.
— Нет! Я — домой… Я выпить хочу… Я под единственного друга копать не стану! Но если через два дня… Если вы меня не убедите… Короче, уходите…
И когда «Вольво» рванул с места, обдав «отступников» облаком выхлопных газов и россыпью снежных комьев из-под колёс, Нил и Зина ещё долго смотрели ему вслед…
— Я его таким никогда не видел, — долговязый Нил, отряхивал куртку от прилипшего снега.
— Всё когда-то происходит впервые… Спасибо, что ты со мной.
— Что делать прикажешь? Ты же теперь у меня — босс… — усмехнулся Нил.
— Ты отправляешься за Эммой, а я звоню в одно место и жду вас здесь! — решительно отозвалась Зина.
Глава 11
Был уже поздний вечер, когда Вадим Григорьевич Синельников, ни разу не перебив рассказа взволнованной Зиночки, наконец произнёс:
— Я согласен! Перед вашим темпераментным натиском, Зинаида Львовна, ни один мужчина не устоит! — он с уважением посмотрел на Князеву. — Я даже завидую Святославу. Мы с ним лично не знакомы, но я многое о нём слышал…
Раскрасневшаяся от пламенных речей Зинуля потупилась.
— А теперь — к делу. Госпожа Шталь останется у меня, и это не обсуждается, тут она будет в полной безопасности. Сабитова я перевезу в частную клинику Флоры Эмильевны и организую охрану. С тем, что нужно трясти семейку Храпуновых, — полностью согласен! Они теперь единственные, кто может что-то прояснить! Если в полиции смерть Лейкина-Гнойникова расценена как суицид, то там делать нечего. Так что руки у нас развязаны. С вами отправятся Виталий и Валентин — с этими ребятами вы уже знакомы. Средство передвижения и спутниковые телефоны обеспечу. Нил, вы сможете показать на карте место егерского дома?
Моршин незамедлительно кивнул.
— Тревожит другое… — Синельников прикрыл глаза и начал отстукивать на ореховой столешнице замысловатую мелодию.
— Что? — встревожено спросила Зина.
— Вертолёт в Кумске можно организовать без проблем. Да и погода уже больше суток стоит нормальная. Для опытного пилота при такой погоде совершить пару рейсов — не проблема, но… — он вздохнул. — На вертолёте никак не получится прибыть незаметно и застать хозяев врасплох. Шумный агрегат… Сами понимаете.
— Вы думаете, что Храпуновы на заимке могут быть не одни, или что они могут скрыться, поняв, что к ним нагрянули гости? — уточнила Князева.
— И то, и другое… Или всё вместе… — не переставая дробно стучать пальцами, размышлял Вадим Григорьевич. — А если этот таинственный Ле Местр тоже там окажется? Нет! Вам нужно нагрянуть внезапно… На вертолёте — нежелательно, а на автомобиле до весны — невозможно…