Юлия Фаро – Дело № 1. Рифл Шафл (страница 5)

— Графоманские, — подсказал подполковник.

На террасе коттеджа, когда Зина открывала ключом дверь, Миша вспомнил о забытых на её столе солнцезащитных очках.

— Заходить не буду, вынеси по-быстрому, — попросил он.

Скинув туфли, Зина забежала в гостиную и остановилась как вкопанная.

— Миша!.. — испуганно закричала она. — Миша! Иди сюда скорее!

Михаил Григорьевич рывком открыл тугую дверь и, не разуваясь, залетел в комнату. На кафельном полу валялись битые блюдца и раскуроченные до состояния крошек пасхальные куличи.

— Миш, это те куличи, которыми меня Раиса угостила. Они вот здесь стояли. — Зина указала на открытую полочку серванта.

Михаил присел на корточки и стал рассматривать осколки богемских тарелок с ангелочками и кусочки выпечки, обильно присыпанной крашеной манкой по белоснежному безе.

— Быстро на улицу! — скомандовал жених.

Зинка беспрекословно повиновалась.

Пройдясь по дому и заглянув во все комнаты, он позволил напуганной Зине вернуться.

— Не стой, посмотри внимательно! Всё на месте или что-нибудь пропало?

Зина повторила маршрут подполковника. Везде порядок. Ничего не тронуто, даже драгоценности и деньги лежали на месте.

— У кого, кроме меня, есть ключи от дома? — задал вопрос Миша.

— У Ильи, наверное… У него от всех коттеджей ключи имеются. А роллеты я сегодня не закрывала. Ильяса предупредила об этом, он на посту у въезда стоял.

— А сейчас его там нет… — Миха поскрёб затылок. — Ну-ка пошли к нему!

Наплевав на приличия, полицейский решил не огибать огромный газон, а зашагал напрямик, протаптывая тропинку прямо посредине сочной изумрудной травки. Зинка засеменила в обход, поэтому к сторожке охранника подошла позже. Войдя внутрь, она увидела говорящего по телефону Михаила:

— Антон, давай срочно сюда! Ещё один труп! Охранник, да… Тот таджик…

Рассматривая завалившееся на стол тело Ильяса, Михаил Григорьевич не переставал сокрушаться:

— Ну ё-моё!

Глаза охранника были широко открыты, ярко-красный рот исказила судорога, на смуглых скулах проступал странный румянец.

— Миш, он что, отравился?..

— Да, по визуальным признакам похоже на цианистый калий… Началось… — сокрушённо вздохнул подполковник.

На столе в тарелке лежали недоеденные фаршированные перчики и стояла кружка чая.

— Зин, это не ты его перчиками угостила? Ты же делала…

— Нет, я утром ему только две булочки дала, но я их не вижу… Миш, ты зачем на меня так смотришь? Фаршированные перцы не я одна делаю.

— Интересно… Кто его угостил? Не сам же он их приготовил?

— Может, в магазине купил? Там полно замороженных полуфабрикатов.

— Может, и в магазине… Гадать не будем — экспертиза покажет. Смотри, даже мухи сдохли. Хрестоматийный признак.

— А вот и второй хрестоматийный признак: вы, господин полицейский, посмотрите внимательно на чай.

— Точно, — согласился Миша. — Цианиды при смешении с дубильными веществами придают жидкости практически чёрный оттенок. Молодец, Зина! Глазастая…

— Значит, отравили, подсыпав в чай. Или в заварник, — размышляла женщина.

— Пошли, Пинкертон. Эксперт приедет — во всём разберётся. Ну что за день!

Они вышли из сторожки.

— Шла бы ты домой…

— А ты?

— Странный вопрос. Я тут, похоже, надолго.

— Так, может, у меня подождёшь, пока твои подъедут?

— Нет. Пройдусь сначала до Тусевича, и к фокуснику заглянуть надо на всякий случай. А ты ничего не трогай в гостиной. Категорически! Сиди на втором этаже — отдыхай. Ну, или переводом своим займись. Мы здесь закончим — к тебе зайдём.

Решив последовать совету потенциального мужа, Зина поднялась в свой кабинет с твёрдым намерением приступить к работе, отбросив переживания и тревожные мысли. Главное в любом деле — начать.

Она несколько раз перечитала первую страницу текста… Из опыта явствовало, что английский язык не был для автора родным: фразы были составлены коряво и с ошибками. Пролистав ещё несколько страниц, переводчица оценила жанр «творения» как неудачное фэнтези.

«Сейчас очень модно и даже удобно писать всякие небылицы, — подумала она. — Во-первых, любая галиматья не будет изобличена в своей лженаучной и безнравственной сути; во-вторых, автор может быть абсолютно необразованным человеком, выдумывая собственные миры и наделяя их по своему усмотрению несуществующими законами физики, химии и прочих наук… Беда, что такие произведения абсолютно не способствуют умственному развитию читательской аудитории, а почерпнутая из них информация не только бесполезна в реальной жизни, но и может отуплять неокрепшие умы… Понятно, что нужен оригинальный подход к развлечению… Но фэнтези как прорыв в беллетристике?! Злая шутка!»

Удивление вызывал и тот факт, что щедрый автор, отваливший по своей инициативе солидные деньги за услуги издательства, не удосужился даже купить компьютер, чтобы предаваться пороку графомании более цивилизованным способом.

Неожиданно промелькнула догадка. А что, если автор шифруется и этот текст есть скрытое послание?..

«Стоп! Эко куда меня занесло… Кто я такая? Просто переводчик. Приняла заказ, получила аванс — вперёд!» — остановила забурливший поток мыслей Зинаида.

Установив чёрную тетрадь в настольную подставку для чтения книг и отрегулировав угол наклона, Зинка бойко застучала по компьютерным клавишам…

Много лет тому назад один человек, который значил для меня слишком много и ради которого автор этого повествования не задумываясь покинул свою родину, говорил, что наша жизнь подобна карточному фокусу. Подвластные чужой воле люди позволяют изменять свою судьбу, оказываясь в разных ситуациях, словно карты в колоде, которую постоянно перетасовывают умелые руки иллюзиониста. И только тот, кто мастерски распоряжается всей колодой, знает, в какой момент какая карта должна оказаться на поверхности. Ловкий фокусник отвлекает и запутывает ничего не подозревающего зрителя, выдавая театрально обставленное мошенничество за волшебство.

Моя задача проста! В этой тетради мной совершена попытка раскрыть секрет одного тщательно спланированного «представления». Представления, в котором одни по собственной воле тщетно пытались «переписать» жизнь заново, другие — напрасно надеялись, что их ложь позволит разбогатеть.

Погибших не воскресить! Ибо даже фальшивые клоны копируют судьбы своих оригиналов!

Итак…

7505.

Аотеароа приняла Покорную и Святого Блёсома радушно. После триумфального выступления Блёсома они были представлены Жителю полуострова Пелопоннес, показывающему мир.

В те годы Житель Пелопоннеса был на пике своей славы. Являясь представителем научной элиты, он с лёгкостью заводил знакомства с представителями высших слоёв общества. Его окружали известные люди, среди которых водились эпатажные богачи со свитой шарлатанов, периодически клянчивших деньги на финансирование сомнительных лженаучных проектов…

Закончив абзац, Зина несколько раз перечитала на экране текст. Всё — как говорила бабушка — «против шерсти». Да и Анисиму Титовичу вряд ли бы понравилось!

Захотелось срочно пообщаться с владельцем тетради, а так как его контакты отсутствовали, набрала номер руководителя издательства.

— Алло, Марк Израилевич, здравствуйте! Это Зинаида Львовна беспокоит.

— Здравствуйте, Зиночка, с праздником вас православным! — ответил бодрый голос.

Зинаида уже хотела было поддержать поздравление фразой «Христос воскрес!», но вовремя остановилась, вспомнив, что Марк Израилевич наверняка исповедует иудаизм. Каково же было её удивление, когда в трубке раздалось:

— Христос воскрес, Зиночка.

— Марк Израилевич… Воистину воскрес, — неуверенно ответила она.

— Да не смущайся, голубушка, по жизни я атеист и веротерпимец. По делу звонишь?

— Да, — спохватилась Зина, — хотела поподробней узнать о своём заказе. Вот сегодня решила приступить. Текст просматриваю… Честно сказать, ничего не понимаю… Что за творение передо мной? Мне бы с автором пообщаться, может, он согласится по телефону или по скайпу…

— Ну, во-первых, не он, а она… Во-вторых, Зиночка Львовна, — Марк Израилевич перешёл на «вы», — при всём уважении напоминаю: наше предприятие — частная коммерческая структура, имеющая своей целью получение прибыли. Насколько мне известно, установленный гонорар вас устроил.

— Да, конечно, гонорар очень даже устроил, — пробормотала Зина.

— Вот видите, как хорошо! Из того, что могу сказать, не нарушая договорённостей о неразглашении: в случае одобрения перевода издать сей опус тоже предстоит нам. Причём заказчик полностью берёт на себя все расходы и не скупится ни на тираж, ни на качество изготовления. Так что при нынешнем кризисе любой каприз заказчика — за его же деньги. Извините за пошлость… Жизнь, знаете ли… Ваша задача — сроки не сорвать! А в остальном — это уже вопросы не вашей, голубушка, компетенции. Не обижайтесь.