Юлия Фаро – Дело № 1. Рифл Шафл (страница 23)

— Важное что-то?

— Да как сказать… Договор на перевод и редакцию этой рукописи… Ну, которую ты исполняешь…

— Может, Марк забрал? — предположила Зина.

— В полиции сказали, что при нём ничего не было.

— Лера, а ты помнишь ту женщину, которая рукопись приносила? Ты на месте в тот день была?

— Я за чаем ходила. Он кончился. Марк её один принимал. Но я всё же заметила гостью. Когда через дорогу от магазина возвращалась, видела, как она из офиса выходила. Даже засмотрелась.

— Так, может, это была и не она?

— Она! Я только в дверь, а Марк и спрашивает: «Видела, какие интересные мадамы желают у нас издаваться? Жаль, что пишет не так хорошо, как выглядит. Зато платит намного лучше». Пошутил, стало быть…

Зинаида вытащила из сумочки листок с фотографией Петровой.

— Она?

— Нет, ты что! Эта мелкая, и волосы короткие. А та… совсем другая… Про таких говорят: «Кровь с молоком». И волосы, волосы длинные. Я её хорошо запомнила. Нет, говорю тебе, это не она!

«Значит, не Раиса, — подумала Зиночка. — Хотя, по большому счёту, рукопись мог отнести любой человек. Если учесть, что золотые доходы Петровой попахивали криминалом, вполне логично не светиться самой…»

На обратном пути Зина предалась грустным мыслям. Жалко было Марка Израилевича. Ему, наверное, семьдесят с небольшим было, сердчишко, конечно, барахлило, но умирать он не собирался. Бросать Лерочку никак нельзя, нужно обязательно приехать на похороны и поминки, помочь с организацией траурных мероприятий.

А что дальше делать с рукописью? И вообще с работой?

Рассказав Михаилу о случившемся, Зинаида с головой ушла в исполнение скорбных обязанностей. Хлопотала по поводу места на кладбище — непременно на участке, где была захоронена супруга Марка, помогала Лерочке в составлении меню на поминки и по мере возможности координировала деятельность похоронного агентства. Слава богу, всё прошло как полагается.

Провожая немногочисленных гостей из офиса, где прямо в кабинете был накрыт поминальный стол, она обратила внимание, что старушка-корректорша, видимо ровесница покойного, поглядывает по сторонам и явно тянет время, чтобы остаться с Зиночкой наедине.

— Светлана Владимировна, что-то случилось? Вы хотите мне что-то сказать? — обратилась она к пожилой даме.

— Да, Зиночка, чуть бес не попутал… Стыдно. Особенно сейчас, когда в память о Маркуше такие чудесные слова все говорили.

— Вы о чём?

— У меня, Зиночка, сыну очень были деньги нужны, на время… — Старушка помолчала. — Я у Марка и попросила. Он сначала давать не хотел, говорил, нет у него своих денег. Но я очень просила. Тогда он мне дал твои, Зиночка, деньги, они у него в сейфе в конвертике лежали. Дал без расписки, без ничего… Но строго-настрого предупредил, чтобы через две недели вернула, и в том же конверте. Вот я их и привезла, заберите.

Светлана Владимировна достала из сумки пухлый конверт, на котором аккуратным почерком главы издательства было написано: «Князева Зинаида Львовна — окончательный расчёт: пятьдесят тысяч рублей».

Зинаида так растерялась, что не оказала сопротивления, когда корректорша насильно засунула ей в руки свёрток.

— Да не стойте с ним так, уберите! А то сейчас увидит кто-нибудь и подумает невесть что… — увещевала старушка. После чего поправила сползший с плеча чёрный платок и облегчённо добавила: — Вот и на душе стало легче! Нельзя усопших обманывать и волю их не исполнять. А то встретимся с Маркушей на том свете, как ответ держать буду? Там-то спрос совсем другой! И так грехов хватает, зачем новые на душу брать? Ну, прощай, Зиночка, спасибо вам с Лерочкой за то, что похороны организовали.

Глядя вслед уходящей Светлане Владимировне, Зиночка уже знала, на что потратит эти деньги. После пары лет тесного общения с подполковником Борисовым она ясно понимала, что дело об убийстве Марка Израилевича, как говорили полицейские, полный «бесперспективняк» или «глухой висяк». Никто ничего не видел и не слышал. Никаких врагов и поводов для мщения у покойного не имелось. Старая «двушка» в трёхэтажной «хрущёвке» областного центра, которая достанется племяннице из Хайфы, — весьма скромное богатство и уж точно не повод для убийства дядюшки. Обращаться к Михаилу с просьбой покопаться в деле, принадлежащем другому району, себе дороже. Замотанный собственными «висяками», подполковник однозначно отмахнётся. В лучшем случае начнёт убеждать Зинулю, что Марка зарезали местные отморозки за часы и кошелёк. А в худшем — просто запретит лезть не в своё дело.

Зиночка достала телефон и поискала недавно записанный номер майора Молина, с которым познакомилась на опознании. Позвонив, была приятно удивлена, что тот сразу вспомнил её и легко согласился встретиться через двадцать минут, назначив место в кафешке около своего отдела.

В ходе беседы женщина для начала поинтересовалась, есть ли какое-то движение по делу. Однако, узрев кислое выражение лица собеседника, решила не давить на больное и не донимать вопросами.

— Иван, не буду злоупотреблять и тратить впустую ваше драгоценное время. Поэтому позвольте сразу к сути вопроса.

Молин не возражал и, отхлебнув кофе, согласно кивнул, мол, слушаю, излагай.

Секунду Зинка думала, как лучше начать, чтобы заручиться поддержкой Ивана, но, видимо, секунды на размышление было маловато, поэтому получилось задом наперёд и шиворот-навыворот.

— Как вы относитесь к работе частного детектива? — бухнула она.

— Никак не отношусь! Заниматься этой деятельностью не имею права! — резко ответил ошарашенный Иван.

— Ой! Я не это имела в виду, — женщина виновато улыбнулась. — Видите ли, я Марку Израилевичу многим обязана. Нет, вы не подумайте, у меня никаких претензий к вашей работе и лично к вам нет. Но… может, мне стоит нанять частного детектива?

— Ну нанимайте… Имеете право, — безразлично ответил майор.

— Опять не так! Не то хотела сказать… Не могли бы вы, уважаемый Иван, помочь мне найти специалиста, порядочного и не слишком дорогого? Может, есть у вас такие знакомые? — Она просительно посмотрела на Молина.

Тот, не торопясь, попивал кофе. Затем прикрыл глаза, видимо обдумывая заданный вопрос, и, не нарушая возникшего безмолвия, позвонил по телефону:

— Аллё! Здоров, братуха! Как сам? Сильно занят? У меня к тебе вопросец один… Тут девушка… — Иван засмеялся. — Нет, не моя девушка. Да ладно, хорош! Сам-то тоже не женат… Короче, девушка ищет частного детектива. Может, поговоришь с ней, я тебе её телефончик скину, а ты — как время будет — набери… Да, дело моё. Ну что сказать… Если поможешь, буду благодарен… Давай! Пока!

Закончив разговор, он обратился к застывшей в ожидании Зиночке:

— Всё понятно? Телефон скину, он сам наберёт. Ждите. И ещё, Зинаида Львовна… Надеюсь, вы понимаете, что о нашей встрече и тем более о моём содействии никто не должен знать?

— Поняла. Естественно никому не скажу! — заверила его Князева.

Вечером приехал Миша и, пока Зинуля кормила его наспех приготовленной яичницей с сосисками, рассказал о последних новостях по делу найденного трупа Марьяны.

— Представляешь, эксперты уверены, что орудие убийства — так называемый обоюдоострый нож кинжального типа — предположительно боевое.

— Миш, я в этом не разбираюсь. Это что, редкий нож? — поинтересовалась она, пододвигая жениху его любимую оранжевую кружку с крепким чаем.

— Что значит «редкий»? Эти ножи состоят на вооружении российской армии, её элитных частей. Там их несколько видов: «Каратель», «Антитеррор», «Рысь», «Шторм»… Много. Всех названий и не вспомню. У нас по ножам, между прочим, Шилов спец — он их даже коллекционирует.

— А в полиции на вооружении ножи есть? — поинтересовалась Зинка.

— Лучший нож — это пистолет! — засмеялся подполковник.

— Миш, ты мне лучше про золото расскажи.

— О золоте пока особо ничего не известно. Его у нас изъяли. А вот крошки, прилипшие к пластиковой капсуле, точно с испечённого Раисой Петровой кулича. Там и на блюдцах её отпечатки пальцев имеются.

— Отпечатки, понятное дело, будут: она ведь сама блюдца на сервант поставила. А золота сколько граммов?

— Тайна следствия! Но скажу, что на ощутимую сумму. Если помнишь таблицу Менделеева, золото тяжёлый металл, поэтому его там было немало.

— Ну, Миш, ну скажи! — Зинка поцеловала подполковника в нос.

— Ну что сказать… Не «Долгожданный странник», конечно.

— Какой ещё «странник»? — переспросила Зинка.

— Ну, блин, темнота! — игриво заметил Миша. — «Долгожданный странник» это самый большой в мире самородок. Целых семьдесят килограммов!

— Врёшь, чтобы я отстала? — обиделась Зинуля.

— Не вру! Был найден в 1869 году, в Австралии…

— Ладно, верю. Ну а у Марьяны сколько было золота?

— Ты хочешь посчитать, какого богатства лишилась?

— Ну, Миш!..

— Вот тебе задача: если тонна золота — это всего лишь кубик со стороной тридцать семь сантиметров, то сколько примерно граммов россыпи было в пластмасске из-под киндер-сюрприза?

— Хорошо, завтра же куплю себе шоколадное яйцо и вычислю его объём.

Встав из-за стола, подполковник разлёгся на диване, стоящем тут же, в гостиной. Сладко потянувшись, он махнул рукой Зинаиде, приглашая её поваляться рядышком.

— Может, в спальню пойдём? — игриво предложила Зина.

— Какую «спальню»? Минут через пятнадцать Динка появится!

— Откуда?

— От верблюда! От Цветова. Они с Идкой Тусевич у него целыми днями стажируются… Довольные! А ты действительно фиговая мачеха — всё позабыла.