Юлия Фадеева – Переполох в Тридевятом, или Как женить Кощея (страница 38)
Величественной походкой гостья подошла к Яге и схватив ту за руку, резко дёрнула на себя.
— Не играй со мной, Ядвига, иначе не сносить тебе своей лохматой головы. — прошипела красивая брюнетка прямо в лицо ведьмы.
— Не забывайся, Марья, это я наделила тебя силой великой, а ты мне ещё и угрожать вздумала? — сверкнув глазищами, взвизгнула хозяйка избушки на курьих ножках. — Хотела стать самой известной злодейкой Тридевятого? Стала — через несколько денёчков о тебе всё царство говорить будет. Хотела дворец каменный? На днях готов будет. Чаво тебе ещё надо? Жениха? Так скоро к тебе аж двое пожалует, выбирай, кто больше приглянется, того и охмуряй. Зелье любовное не дам — самой нужно.
— Если не дашь, не видать тебе зеркала магического! — скрипнула зубами красавица, отпуская Ягу и, брезгливо отступая.
Быстро взмахнув руками и зашептав что-то себе под нос, бывшая старуха закрутилась вокруг своей оси и, дунув с ладони в сторону гостьи, мигом спряталась за стоящую в углу избы ступу.
Женщину тут же охватил туман, окутав ноги и руки жертвы, крепко-накрепко сковав все движения. Вдохнув белый парок, она расчихалась так, что не могла сказать и слова.
— Сор к ногам твоим сметаю, из избы своей прогоняю. — кружась вокруг Марьи и махая во все стороны помелом, зашептала Яга. Та стала постепенно исчезать и, наконец, растаяла в воздухе словно дым.
— Ишь, угрожать она мне вздумала! — плюнула на пол ведьма, сгребла наметённый сор и высыпала его в открытое настежь окно. — Скоро я все твои зеркала к рукам приберу, и тогда точно мечту свою осуществлю…
Ядвига подошла к огромному кипящему в очаге котелку и, наклонившись стала внимательно всматриваться в поднимающиеся над варевом пузырьки. Наконец, увидев то, чего ждала, она довольно подпрыгнула, потёрла между собой ладони и противненько захихикала.
— Да, да, да… Должны они ей шороху-то навести, ох, должны, не зря же я наделила их силой магической! — довольно приплясывая и потряхивая кудрями, бубнила ведьма. — Повеселюсь, ох, и повеселюсь!
— Ягушенька… — вдруг раздался из-под печи жалобный кошачий голосок. — Я ведь предупреждал тебя не связываться с этой противной тёткой, а ты…
— Брысь, Василий! Тебя спросить запамятовала с кем мне связываться, а с кем нет. Я ж от природы люблю пакостить: коли кому-то хорошо, сделаю худо, а коли худо, сделаю ещё страшнее.
— Ну а пришлых из кощеева замка зачем выкрала? — высунув морду на свет, спросил Леопольдович. — Они же вроде ничего плохого тебе не сделали, а ты их ей отдала…
— Я их токмо усыпила, а красть — то не по моёй части. А ты молодец, сделал всё в точности, как велено было. — Погладила его по голове Ядвига. — Подружился с девками, к зеркалу их заманил.
— А зачем это всё? — скептически глядя на ведьму, спросил кот. — Чем они вам помешали? Любаша вроде вообще безобидная, а готовит как!
— Как? Неужто вкуснее меня? — скосила на него взгляд хозяйка.
— Ещё как… Ты сроду не едала такой вкусноты. — осмелел Леопольдович. — Одни только оладушки её чего стоят, со сметанкою. Ммм…
— Я те дам оладушки! Жри давай свои косточки, блохастый. — зло зыркнула на него Ядвига и швырнула под печку две сухие вороньи кости. Кот, сморщившись, брезгливо откинул лапой дарованное ему угощение.
— Так всё-таки, тебе-то зачем связываться с этой зелёной бабой? У ней, ведь, даже сердце из камня… — не унимался Василий, наблюдая за уже разозлённой им Ягой.
— Есть у неё вещица одна занятная, с её помощью можно попасть в любое место Тридевятого. Обещала она мне его отдать, коли… А чего это я перед тобой отчитываюсь, лохматый? — встрепенулась ведьма, зло наступая на животинку.
— Да я так, просто, за тебя волнуюсь Ягушенька! Серафима с Любашей, конечно, тебе теперича не соперницы, а вот Кощей, думаю, явится к тебе…
— Чаво это сразу ко мне-то? — засуетилась хозяйка и стала яростно хлопать в ладоши. Под сей нехитрый аккомпанемент две метлы устроили в избушке генеральную уборку.
Одна обметала по углам паутины, разгоняя пауков разных размеров, в разные стороны, другая подметала пол. В печке моментально заиграл огонёк и его весёлое пение наполнило небольшое пространство жилища.
Яга всегда чистит и моет избу перед приходом добрых-молодцев…
Сама же ведьма стала прихорашиваться, глядясь в маленькую тарелочку: пригладила гребнем волосы, слегка умылась, сменила старые лохмотья на ярко-жёлтое парчовое платье и даже губы подкрасила соком лесных ягод.
Кот, видя старания ведьмы, тихонечко хохотнул в лапу, но виду не подал. С серьёзной мордой он наблюдал за наведением красоты и чистоты. Боялся спугнуть хозяйку — не часто с таким рвением она хотела показаться на глаза путнику молодой и красивой.
Через несколько минут красивая и разодетая Ядвига уже сидела на лавке посреди чистой избы и, скрестив руки на груди, выжидательно поглядывала на кота, словно, спрашивая: «Ну и когда же он придёт?»
Вдруг в ворота яростно затарабанили! Грохот разнёсся по всему Ведьминому лесу, спугнув притихших птиц и зверей. Где-то недалеко завыл одинокий волк.
Ведьма, не ожидавшая такого напора, икнула, подскочила и испуганно забегала по избе.
— Ой, что сейчас будет-то! — пробурчал довольный котяра, ещё больше пугая женщину. — Прячься, Ядвигушка, чую, пришёл он не один!
Глава 32
— Открывай, карга штарая, — закричал Кощей, неистово молотя в ворота, — гошти пожаловали!
— Не открою! Гостей не жду, баня не топлена, в избе не прибрано, харчи не сготовлены… — донеслось из-за чуть приоткрытой двери.
— А мы к тебе не праздно пришли, разговор есть! — вторил «товарищу» Горыныч. — Коли не откроешь, спалю к чертям твою пернатую!
После этих слов, избушка, нервно охнув, с шумом плюхнулась на землю, раскрыв настежь все двери.
— Это кто смеет пугать одинокую старуш… ой, избушку? — яростно размахивая помелом, выскочила на покосившееся крыльцо хозяйка.
— А ты думала, что он свататься к тебе придёт? — хохотнул кот, но, увернувшись от летевшей в него метлы, быстро спрятался под печь.
Злая Яга подняла глаза и охнула: аккурат перед воротами возвышался огромный трёхголовый Змей, а верхом на нём восседал сам Кощей Бессмертный.
— Батюшки, какие гости! — всплеснула руками ведьма. — Змеюшка, Кощеюшка, чем обязана. Вы простите меня, одинокую женщину, одичала тут совсем. Людей не вижу, одни звери, да и те удирают от меня. Э-эх… Спасибо, что заглянули, порадовали старушку.
— Да ты не прибедняйся, — заговорила правая голова, — на старуху-то ты сейчас совсем не похожа.
— Так-то оно так, да годиков-то моих всё равно не сотрёшь, даже яблочками. — запричитала Ядвига, незаметно боком продвигаясь в сторону дремучего леса.
— Штой на месте, ведьма! Где моя Симочка? — вскрикнул Кощей, пошатнувшись в импровизированном седле и с грохотом, рухнул к ногам Горыныча прямо на мягкое место.
— А что, красиво… — захихикала левая голова Змея, кивая в сторону Бессмертного. — Вставай, герой, а то сбежит ведьма, ищи потом её по лесу.
— Может хватит иждиваться? — вновь зашепелявил Кощей, поднимаясь на ноги. — Ты бы лучше обернулся уже.
— А стоит ли показываться Яге? — полушёпотом спросила средняя голова и обе другие отрицательно закивали.
— Нет, пускай сам с Ягой разговаривает.
Наблюдая одним глазом за странной парочкой, ведьма уже почти добралась до леса.
— Кощей, поторопись, Яга уходит. — сказал Змей, начав превращение. Бессмертный же в это время устремился за ведьмой.
— Штой, злодейка, кому говорю!
— А пошто это вы являетесь ко мне, вопросы странные задаёте, пугаете одинокую женщину? — отбегая ещё дальше, затараторила ведьма, но увидев метаморфозы, происходившие с Горынычем, остановилась как вкопанная.
— Чаво это с ним? — уставилась на окутанного белой дымкой Змея. — Никак помирает?!
— Не дождёшься! — рявкнул на неё Кощей, хватая остолбеневшую Ягу за шиворот. — Отвечай, где Серафима и Люба?
— Я мне пошто знать? — заюлила помолодевшая старушка. — Я одна тут живу с котиком… ничего не знаю.
— Ш котиком, говоришь? — зашипел Кощей. — А не тот ли это умник, что заманил подруг к моему магическому зеркалу?
— Ой, Кощеюшка, прости меня грешную, — сложив ручки в молитвенном жесте, завыла Ядвига, быстро моргая глазками, — бес попутал!
— Так чей кот заморочил головы женщинам? — спросил подоспевший Артур.
— Мой котик, мой. — продолжала причитать ведьма, но увидев близнецов, резко замолкла, крякнула и закрутившись на одном месте, ещё пуще завыла. — Ой, Кощеюшка, ну зачем же ты сюда трёх богатырей-то притащил, неужто мы меж собой не договоримся?!
— Я же говорил, что эта старуха что-то знает. — проговорил один из близнецов. — Тряхнём каргу?
— Тряхнём. — поддержал его второй и они, не сговариваясь схватили ведьму под руки и потащили в избу. — Артур, разжигай печь, сейчас мы эту красотку на лопату посадим.
— Драко, Дерек, не переусердствуйте, она всё же женщина. — предупредил братьев Артур.
— Ведьма она, а не женщина! — вмешался в разговор Кощей. — Вот Серафима моя — самая прекрасная женщина!
— Нет, моя Любушка — самая прекрасная! — заскрипел зубами блондин, проявляя на шее красную перламутровую чешую.
— Ну вы ещё подеритесь тут, чья баба краше… — хором шикнули на них Дерек и Драко.
— Кто вы, красавчики, откуда? — Яга стала строить глазки, державшим её братьям. — Может я стану для одного из вас самой прекрасной? Я, между прочим, единственная женщина в этом лесу.