Юлия Фадеева – Академия Смерти, или Истинная для демона (страница 8)
— А… я… эм…
— И где вас таких «умных» только находят? — фыркнул он, видя, как я замешкалась. — Раз этих жутиков на самом деле не существует, давай, поторапливайся, нужно тебя накормить, а затем к магистру отвести.
— Хок, — обратился к котику спустя пару минут, преодолевая очередной темный коридор Академии, спускаясь все ниже и ниже по этажам, — а почему ваш магистр сразу не сумел вернуть меня домой? Ну, если я сюда попала порталом, то неужели нельзя снова его открыть и отправить…
— Вот у него все и узнаешь. Если он сразу не сумел, значит, на то есть свои причины, — перебил хранитель.
Вздохнула, поняв, что он ничего мне не расскажет, что ж, придется интересоваться у того мужика, к которому я на колени свалилась. Боже, стыдно-то как!
Не заметила, как преодолели последний лестничный пролет и оказались в просторном холле. Пустом!
— А… а почему так тихо? Где все учащиеся маги? Просто, мы с тобой уже довольно долго идем, но я никого так и не увидела.
— Адепты, — поправил кот, — они все сейчас на занятиях. Когда будет большой перерыв, они все спустятся сюда, чтобы подкрепиться. Так что ты, Дарина, не стой, нужно поторапливаться, чтобы тебя толпа оголодавших студиозусов не затоптала.
Кивнула. Ну а что я должна была ответить? Сама прекрасно помню, как несутся с пар студенты в столовую, чуть ли не сшибая друг друга с ног, в надежде урвать самый-самый лакомый кусочек. Или чтобы и вовсе поесть, бывает ведь, что и не достается ничего тем, кто припозднился.
— Вот за теми дверьми и находится обитель вкусностей и питания самого важного органа адептов и преподавателей.
— Для желудка? — сделала предположение.
— Мозгов, Дарина, мозгов, — хохотнул Хок, весело качая головой и махая хвостами. — Самое важное — мозги! В них храниться столько разной информации, которую можно выудить даже после того, как носителя данного органа уже не стало, что ты, девочка, удивишься. А раз ты не соображаешь, что он важен, то идем — будем питать его.
И мы, пройдя через створчатые двери, вошли просто невероятно огромных размеров столовую!
Множество мощных столов, которые, казалось, были высечены из камня, массивные стулья с высокими спинками, на столах полупрозрачные скатерки, пол вымощен серым камнем, стены — так же, а под потолком, левитируя, горят светящиеся огоньки.
Справой стороны уютно расположилась раздаточная. И чего там только не было! У меня от увиденного аж слюнки потекли, а желудок «воспел Аллилуйя!»
Большие, нет, огромные тары с разным видом мяса: жареное, пареное, вареное! Где меленькими кусочками, с поджаренной корочкой и посыпанные зеленью, где кусочки побольше, сочащиеся собственным соком, а вон там порезаны полосками и политы каким-то темно-бордовым соусом, а рядом, в огромной сковороде шкворчало мяско с тоненьким слоем сальца… М-м-м-м! Вкуснятина! Ой, а вон там мясо нарезано кубиками и полито сливочным соусом!
Перевела взгляд с мяса на нечто похожее на суп. Красный, белый, зеленый и даже черный! Последний выглядел жутковато, но зато как интриговал!
Прохожусь взглядом дальше и сердце, пропуская удар, начинает радостно биться в груди — на полках стояли ТОРТИКИ! О-о-о-о, моя слабость! Кажется, я могу полюбить эту Академию только за то, что тут просто рай для желудка!
Стою, смотрю расширенными от возбуждения скорого обеда зрачками, и понимаю, что глазами бы попробовала ВСЕ! Вот реально, все! Даже тот странный черный суп! Просто потому, что интересно.
— Ну что, проходи, бери свою порцию, — видя мою реакцию, хохотнул Хок.
И я пошла… Иду, словно во сне, не веря своему счастью, и тут…
— Какой факультет? — раздался недовольный голос той, что стояла за раздаточным столом.
Грозная, внушительных размеров женщина, кожа, кажется, даже чуть зеленоватая, клыки торчат наружу, нос «картошкой», мощный подбородок, шея и внушительные плечи. И вот если бы не впечатляющих размеров грудь, то я ни в жизнь бы не догадалась, что передо мной стоит женщина!
— А… — стушевалась под ее грозным взглядом, вжимая голову в плечи. — А я не знаю.
От ее вида я, кажется, даже соображать перестала.
Ой, а что это у меня с голосом? Чего это я пищать начала?
— Тоже мне, адептка, — недовольно фыркнула она, складывая руки на груди. Вот это мускулатура! Парни из моего мира многое бы отдали, чтобы иметь такие же! Ух, а рельеф-то, какой! Просто, ВАУ! — Чего смотришь, иди, узнавай!
— А… а где? — осторожно спросила у нее.
— Ну что за безголовая? В общем так, дам тебе вон той похлебки, раз сама не знаешь, куда зачислена, — она оглядела меня с ног до головы. — Тебе все равно похудеть не помешало бы.
И, взяв тарелку, плюхнула на нее какую-то бурду цвета «детской неожиданности». Это что? Вот эту гадость я должна буду есть?
— Приветствую тебя, тетушка Аркху, — поздоровался с этой странной женщиной хранитель, довольно скалясь.
— Ой, Хок, — заулыбалась она, — ты какими судьбами ко мне заглянул?
— Да вот, новенькую к тебе привел, чтобы ты ее, как следует, накормила. Ее сегодня только зачислили, потому она еще ничего тут не знает.
— Да? — скептически выгнув широкую черную бровь, произнесла она. — Ну, и куда же эту бедовую зачислил магистр?
— Артефакторика, — ответил дух и…
Орчанка побледнела, а затем, ка-а-ак заголосит:
— Ох ты ж, бедная! Ох ты ж, заморыш! Ты глянь, Хок, у нее же одни кости да кожа! Совсем ее голодом, видать, заморили! Ты ж моя доходяжечка! Сейчас тебя тетушка Аркху накормит!
И как давай метать мне в тарелки мясо! Да разного! И побольше!
А я стою, и понять ничего не могу. С чего это она так резко свое мнение обо мне изменила? То, сперва, сказала, что мне и похудеть бы не мешало, а затем, что я голодом заморенная?
Нет, вообще фигурка-то у меня ладная! Ни капли лишнего жира, и все на месте! И очень даже привлекательное! Но я точно не доходяга!
— Бери, девонька, кушай! — жалостливо глядя на меня, выдала орчанка, отдавая мне нагруженный до отвала поднос с едой.
— А… почему так много? — поинтересовалась у нее.
А она стоит, невидимую слезу вытирает и молчит.
Глянула на кота… А тот стоит и тихо посмеивается. Что за ерунда?
— Хок? — шепотом позвала кота. — А что происходит?
— Ничего, — хохотнул хранитель, посмотрев на меня, — просто иди и ешь. А как вдоволь насытишься, отправимся в кабинет к магистру — он давно уже ожидает тебя.
Пожала плечами, беря тяжеленный поднос и унося его на первый попавшийся стол. Есть хотелось безумно, но вот как-то сомневаюсь, что осилю СТОЛЬКО!
Пока ела восхитительное мясо, все никак не могла отделаться от мысли, что как только тетушка Аркху услышала, на какой факультет меня зачислили, то резко поменяла ко мне свое отношение. Интересно, почему? Что не так с этим отделением, раз меня пытаются накормить до отвала?
Нужно будет разузнать об этом.
Глава 9
После ну очень уж сытного обеда, который я, к слову, так и не осилила, из-за чего тетушка Аркху немного расстроилась, а потом заявила, что в следующий раз обязательно приготовит что-нибудь повкуснее и посытнее — надо же откармливать бледную немощь! Это она про меня так. Честно говоря, я была в шоке! В общем, я вместе с духом отправились к магистру.
Вот не знаю, почему, но как только подумаю о нем, так все поджилки разом начинают трястись.
Хок же, виляя задом, что-то тихо-тихо напевал и все время прядал ушками, словно к чему-то прислушиваясь и изредка поглядывал на меня, проверяя, следую ли за ним или отстала где-нибудь в одном из переходов.
Ну а куда я денусь-то? Я ж тут вообще еще ничего не знаю, кроме своей комнаты и невероятной столовой. Вот уж никогда бы в жизни не подумала, что так могут кормить студентов!
И еще мне не давал покоя факультет, на который меня определили. Ну что в нем такого, что тетушка Аркху так обеспокоено на меня смотрела и попыталась накормить так, будто это мой последний прием пищи в жизни?!
Может, поинтересоваться у котика, который, к слову, сейчас стал почти полностью прозрачным, и вместо того, чтобы идти, просто плавно парил рядом со мной.
— Хок, — все же не выдержала и обратилась к нему, — а почему тетушка Аркху так странно отреагировала, когда ты сказал, что меня зачислили на факультет Артефакторики?
Дух-хранитель повернул ко мне свою лохматую полупрозрачную мордочку и, хитро сверкнув глазами, ответил:
— Вот когда начнешь ходить на занятия, тогда обо всем и узнаешь. Чего я тебя раньше времени стращать-то буду?
— Так мне и так уже не по себе! — развела руками в стороны. — Куда уж больше-то? Так почему она пыталась меня накормить и сказала, что я голодом заморена?
— Сама скоро все увидишь и поймешь, — хмыкнул он и продолжил свой путь, как ни в чем не бывало.
— Ну и ладно, все равно узнаю правду, — буркнула себе под нос, снова пряча руки в карман.
До кабинета магистра мы шли, наверное, минут десять, а то и больше. То, петляя по лабиринтам переходов, то поднимаясь наверх, то снова спускаясь на пару этажей вниз, пока, наконец, не преодолели вверх восемь лестничных пролетов старинной, высеченной из камня, лестницы.
— Вот и зачем было забираться так высоко? — запыхавшись и раскрасневшись, выдохнула я, с завистью глядя на совершенно расслабленного кота. Хорошо быть духом — не устаешь.
Но кот проигнорировал мою реплику и вместо этого произнес: