Юлия Евдокимова – Горечь мести, сладость пирога (страница 5)
- Ты не жалеешь, что...
-Что больше не способна на приключения? Нет, не жалею. Ты не представляешь, сколько возможностей для путешествий дают книги! Сидя в кресле ты оказываешься в дальних странах и в самой гуще интересных событий, а дальше все зависит от способностей автора и твоей собственной фантазии. Но я немного волнуюсь за Летту. Порой она слишком импульсивна и начинает действовать прежде, чем хорошо обдумает свои шаги.
-Я тоже,- вздохнул Брандолини,- я тоже. Завтра с утра я получу сведения обо всех, живущих в доме. Это же хороший повод навестить Летту?
Мягкий свет торшера убаюкивал и карабинер начал клевать носом.
- Я думаю, ты прекрасно устроишься в гостевой спальне,- начала Пенелопа, но он уже не слышал, крепко спал, так что ей осталось лишь накрыть его пледом и погасить свет.
Она заснула с улыбкой, думая о том, как им всем повезло встретиться и подружиться, хотя они не в том возрасте, когда легко и открыто признаются в этом друг другу. Но в данном случае этого и не требовалось.
Глава 4.
Николетта проснулась в полной темноте и в первый момент не поняла, где находится. Из окна ее спальни на вершине горы даже глухой ночью были видны десятки огней уличных фонарей внизу; ночь обостряет звуки и шум запоздалых автомобилей вдалеке изредка нарушал тишину. Но здесь, в одиноком доме в пяти километрах от деревни, стояла абсолютная темнота. Даже луна давно уже спряталась за гору.
Звуки… звуки были. Пела какая-то непоседливая птица, которой тоже не спалось, шелестели дубы, скрипели половицы. Как любой старый дом, и этот вздыхал, кряхтел, катал железные шарики в перекрытиях между этажами. Вот ведь, загадка: кто катает шарики по ночам? А между тем это общее явление и в старых и в современных домах и многочисленные «научные» объяснения так и не проясняли ситуации.
Николетта натянула одеяло по подбородок и, прислушиваясь к шарикам, вздохам и скрипам, постепенно стала погружаться в сон. И вдруг сон как рукой сняло. Скрипам? Но это не просто скрипы, это звук старых досок по которым кто-то ходит на чердаке!
Она включила лампу у кровати, накинула халат, засунула ноги в тапочки и осторожно прокралась к двери. Так же осторожно, боясь разбудить весь дом, приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Никого, лишь тускло светят трехлапые бра над столиком, прислоненном к стене.
Человек над головой ходил неторопливо, словно имел полное право находится на чердаке посреди ночи. Он не был призраком, шаги тяжелы. Николетте показалось, что она даже различает одышку человека, только что забравшегося на чердак по крутой лестнице. А потом они пропали. Просто смолкли и все.
Николетта постояла некоторое время, сгорая от любопытства и не думая, как она будет выглядеть в халате и тапочках, если кто-то еще выйдет в коридор. Но никто не вышел, шагов больше не слышалось и она также осторожно, как выходила, добралась до постели, выключила свет и снова натянула одеяло до подбородка, не забыв перед этим повернуть ключ в двери.
Она так старательно прислушивалась и ловила каждый звук, что сама не заметила как уснула.
* * *
Завтракать пришлось в одиночестве, остальные жители дома, включая банкира Бартоломео, не утруждали себя ранними подъемами. Николетта торопливо выпила кофе, съела песочное пирожное и поспешила в дубовою рощу, чувствуя себя школьницей на первом свидании. Они с Брандолини еще никогда не встречались тайно и вообще… она никогда и ни с кем не бегала на тайные свидания. Было в этом что-то… захватывающее. Во всяком случае она разволновалась и появилась на тропинке с раскрасневшимися щеками.
И как же Николетта обрадовалась, увидев карабинера! Хотя они часто ссорились, в большей степени из-за ее, признаем честно, безрассудства, в его присутствии женщина чувствовала себя в безопасности.
- Твоя новая знакомая – особа весьма интересная. Во всяком случае она столько раз выходила замуж, что компьютер чуть не завис, систематизируя информацию о ее мужьях и их родственниках. Большую часть мы можем опустить, потому что совместных детей у нашей синьоры с этими мужьями не было. Должен признаться, я до сих пор в недоумении: зачем столько браков?
- Возможно она чувствовала себя одинокой.
- Два сына, внуки, странный тип, который живет с ней много лет – как можно чувствовать себя одинокой в такой толпе?
-Родственники,- изрекла Николетта,- не то же самое, даже дети и внуки. Каждому хочется чувствовать, что он кому-то нужен. Ну… кому-то со стороны, я имею в виду. Вот, например, у нее две кошки, которых Виолетта любит и берет с собой, куда бы не отправлялась, даже на пару часов. Но это же совсем не то, что муж!- Тут Николетта покраснела и сбилась.- Ну, то есть… друг, любимый человек… ну, ты меня понял.
Брандолини пребывал в некотором замешательстве. – Допустим… но что мешало остановиться на одном муже?
- Он умер.
- Va bene, на втором?
- Возможно, он ей… не подошел.
Брандолини закатил глаза.
- Это создает множество проблем… как минимум с банковскими счетами и документами.
- Возможно она из тех, кто умирает со скуки если жизнь упорядочена и размерена.
- Пусть купит козу, стадо овец и… выроет пруд и запустит туда рыбок.
- Я об эмоциональной сфере, ну как ты не понимаешь?
-Баловство все это, испорченность и отсутствие эмпатии, а не поиски второй половины.
- В общем, сын, который банкир, решил, что мать сбрендила,- срочно сменила тему Николетта. Какой он, право… бесчувственный порой, этот Бани Брандолини!
- Ха! До него только дошло?
- И уверен, что не было никакого отравления и никакого анализа. Тем более, что дом всегда полон народа. И банкир, и убийца Брамса, и вторая внучка, и горничная, и кухарка, и дворецкий, и Эльмо наверху.
- В каком смысле Эльмо наверху? И… убийца кого? Я ничего не понял.
- Неважно, я просто так называю их про себя, чтобы не запутаться. Эта девица каждый вечер убивает Брамса, играя на скрипке. Боюсь, второго такого представления мои зубы не вынесут. И… этот Эльмо, он никогда не показывается, всегда наверху. Кстати!- Николетта рассказала карабинеру про шаги и слова горничной.
- С горничной все нормально, это ее третья работа в качестве домработницы и отзывы вполне комплиментарные. А вот повариха совсем не Кьяра Джованетти, а Кьяра Гуанчале.
- Зачем она притворяется Джованетти?
- А ты взяла бы на работу человека с фамилией «свиные щечки»?
- Ну… когда-то я знала человека по фамилии «священные панталоны», Сакрипанти. Так что щечки звучат вполне нормально, особенно для поварихи. Вот только готовит она ужасно.
- Теперь Эльмо. Никакого родственника по имени Гильельмо ни у Виолетты, ни у ее мужей компьютер не нашел. Хорошо бы узнать его фамилию.
- А вдруг он призрак? И топает по ночам на чердаке? – округлила глаза Николетта.
Брандолини хмыкнул, посоветовал умерить фантазию, смотреть в оба, а лучше возвращаться домой. И отбыл в казарму.
А Николетта вернулась в дом с видом человека, совершившего утренний моцион, и сразу направилась на кухню.
* * *
«Свиные щечки» с таким остервенением мешали что-то в кастрюле, что Николетта отошла на безопасную дистанцию. Эдак не успеешь оглянуться, как покроешься томатом с ног до головы!
- Что вам? – сердито буркнула Кьяра.- Не боитесь, что отравлю?
- Почему я должна бояться?
- А почему они все боятся? Заказали обед в ресторане и ужин тоже, так, глядишь, еще и не заплатят за работу. А я тут причем? Это я, что ли, отравила хозяйку? И вообще никто ее не травил, а иначе почему она осталась жива?
«Действительно, почему? Отравитель оказался неумехой или это было предупреждение, а не попытка убийства?»
- Ну, не думаю, что вы захотите меня отравить, я же не член семьи. Так что я не откажусь от чашечки кофе.
- Но суете нос во все дыры. Мешаетесь под ногами,- буркнула повариха, но прекратила издеваться над соусом.
Как ни странно, кофе оказался вполне сносным.
- Так что было в то утро? Кто присутствовал на завтраке?
- Те, что и сейчас. Когда я подавала кофе, ее сын, который банкир, говорил что-то о завещании, что они могут быть спокойны, бывшим мужьям она не оставила ни цента. Все детям.
- Это он при матери такие разговоры вел?
- Нет, хозяйка уже ушла.
- И он что, видел завещание?
- Видел ли, не знаю, но ему рассказал нотариус. Он сам так сказал, да покарают меня сантиссими санти, если я вру!
- А потом хозяйка вызвала ambulanza?
- Да, когда ей совсем заплохело. Но я тут не причем. Мне-то зачем ее травить?
«Учитывая, как ты готовишь, и умысла не нужно»- подумала Николетта и на всякий случай отставила чашку, из которой успела сделать один глоток.
- Знаете, синьора, на вашем месте я бы тут не крутилась. Всё это полная ерунда. И вообще это для карабинеров. Для властей. Но, между нами говоря, это всего лишь возраст, это я вам точно говорю. Она больше не молода и с этим надо смириться.
- Может, вы и правы,- задумчиво кивнула Николетта и быстренько юркнула за дверь, пока повариха не заставила ее допивать кофе. С нее станется!
* * *